МАЯКИ

Губы твои на моей макушке - отеческая любовь. Губы твои на мочке моего уха - страсть. Глаза твои - преданность и готовность быть рядом с каждым моим шагом.

Я без макияжа, в чем-то домашнем, грею руки о чашку чая. В полудреме, в полусознании, на границе миров. Ты - маяк - световая линия, у которой надо остановиться, чтобы не разбиться в клочья о неразличимые берега.

- Я и забыл, что здесь остались твои вещи. И вместе с ними, наверное, и часть тебя.

Я и забыла, что в губах твоих на моей макушке, на мочке моего уха, в твоих глазах - не твоя любовь, не твоя преданность, не твоя готовность идти рядом мой путь. Интересно было бы вспомнить, когда это стало мне ощутимым, ясным и понятным - невозможность твоей любви.

Как свет маяка.

Свет есть. Я вижу его. Я вижу его сквозь туман, сквозь ночь, сквозь закрытые веки. Но он не для того, чтобы подняться по винтовой лестнице, сесть у пылающего очага и остаться жить в этом доме. Он для того, чтобы разглядеть остановку в пути, пришвартоваться, а потом снова отплыть.

Интересно, что в небесной канцелярии тебе предложили взамен на нелюбовь ко мне? Чем тебе компенсировали отказ от человеческой любви, от бытового счастья, от удовольствия дышать моим дыханием? Что тебе дали за то, чтобы твоими глазами смотрел на меня мир, чтобы твоими губами вселенная целовала меня в макушку, твоими словами мироздание шептало мне на ухо: "Будь!"?

- Ты - та, кто ведёт на дорогу по следам любви. Ты тропинка рядом с большой дорогой. Ты маяк в ночи.

Я - маяк - световая линия на твоей клавиатуре, по которой ты собираешь слова в тексты. Тексты не для меня, тексты не обо мне. Интересно, что мне предложили взамен на обещание не переступать порога твоего текста, твоей жизни: я - маяк, ставший фонарем на входной двери в твой дом.