Сиквел своей первой повести по Майору Грому я придумала дня через 3 после того, как её закончила. Через пару недель начала писать, зная практически всю фабулу. И почти сразу застряла.

Мне пришлось ждать больше года, пока текст доварится и напишется — настолько сложный, насколько я боялась не осилить; восхитительно безумный; с неожиданными поворотами, которые свалились мне в пальцы из глубин бессознательного и сделали его ещё красивее.

#процесс

Учитывая, сколько я писала про грибы здесь в Псковской, всё это похоже на правду.

#синтаксическиесвязи

⬆️Вот, например, текст про грибы, который я писала 2 года назад.

#чирикаю

Чтобы немного встряхнуть контексты и поглядеть на что-то, что обычно не находится в моем поле, я решила некоторое время почитать книжные блоги. Не могу сказать, что это очень интересно, но расширяет диапазон. А то я со своими ебущимися мячиками и не особо увлекающими, но занятными звездоплавающими яутами совсем отъехала.

Было время, когда мне казалось, что изданные/признанные книги — это что-то такое... С высокой планочкой, до которой фиг допрыгнешь. Но чем больше я писала, тем яснее понимала, что тексты в книгах ничем таким особенным не отличаются. А потом художественные книги и вовсе стали по большей части навевать скуку и раздражение, вплоть до "что за хуйню я только что прочитала? (а главное, зачем?)" Поэтому чем дальше, тем меньше я их читаю (а последнее время и нон-фик не читаю, переела).

И пока три текста, которые у меня варятся, не желают ложиться в руки, решила собрать список художки, которая вызвала именно эту, обозначенную выше эмоцию.

- Петровы в гриппе и вокруг него, Алексей Сальников (осилила только потому, что моя подруга писала по ней диплом)
- Вторая жизнь Уве, Фредерик Бакман
- Тропик Рака, Генри Миллер
- Вечный муж, Фёдор Достоевский
- Ґудзик-2. Десять років по тому, Ірен Роздобудько (первая часть была хороша)
- Другое тело, Милорад Павич (в юности я обожала Павича, а в 2020 мне тотально не зашло)
- Благие знамения, Гейман, Пратчетт (первый сезон сериала меня покорил, а книгу потом еле осилила)
- Другой класс, Джоан Харрис
- Здесь живу только я, Александр Пелевин
- Намiр!, Любко Дереш
- Люди в голом, Андрей Аствацатуров (единственная причина, почему я это читала - тот факт, что автор - сын моего любимого институтского преподавателя Алексея Георгиевича Аствацатурова)
- Петербург, Андрей Белый (очень смеялась, когда в моей повести «Варфоломеевская песнь» полезли аллюзии на эту книгу, причём такие, будто я её люблю. Потому что текстам виднее, какие аллюзии им нужны)
- Географ глобус пропил, Алексей Иванов (не устану рекомендовать другую его книгу, жуткую и душераздирающую Общагу на крови. Кстати, экранизация Общаги совершенно омерзительная, а экранизация Географа довольно приятная, мне понравилась)
- Мардона, Леопольд фон Захер-Мазох (единственная причина, почему я это читала, моя любимая преподавательница в институте дала мне книгу и очень рекомендовала)
- Die Verwandlung, Franz Kafka (эту книгу мне подарила крестная, а вышеупомянутая преподавательница говорила, что мой стиль похож на Кафку. Штош, знакомство не задалось, хотя лет через 12 я прочла его Дневники, и это было весьма интересно)
- Темные начала, Филип Пулман
- По ту сторону рассвета, Ольга Брилева (эта книга даже заслужила свое место в списке повлиявших на меня текстов)
- Хроники Нарнии, К.С.Льюис (это мне велела прочитать лучшая подруга в мои 12 или сколько там. Я и сейчас на такие рекомендации довольно легко ведусь, если честно)
- Хищные вещи века, Стругацкие (самая стремная их книга, остальные были хоть как-то мне доступны для понимания, пусть далеко не все понравились)
- Чистовик, Сергей Лукьяненко (а ведь так занятно начиналось)
- Верные враги, Ольга Громыко (насколько люблю всю остальную Громыко, настолько же эта книга мимо)
- t, Виктор Пелевин (на этой книге Пелевин для меня закончился, к предыдущему его творчеству до сих пор отношусь с нежностью, что весьма легко делать, учитывая, что книги я не перечитываю. Кстати, у Пелевина несколько вещей читала по два раза, что красноречиво говорит, насколько я его любила).
- Энциклопедия мифов. Подлинная история Макса Фрая, автора и персонажа. Том 2. К-Я (а первый том был клёвый. Но и первая, оранжевая, серия про Ехо была клёвая, а вторую, зелёную, я уже не осилила)
- Книга одиночеств, Макс Фрай, Линор Горалик (я и 20 лет назад была впечатлительная, так что больше никогда в жизни не читала Горалик, хотя допускаю, что вне соавторства с сомнительными дамами она может быть хороша. Но проверять не хочется)

#источники #процесс

П.С. Это не память у меня хорошая, конечно, а аккаунт на лайвлибе.

Лениво варилась миниатюра формата "я-ты-она", а вчера вдруг подумалось, что будет не миниатюра, а маленький рассказ в стилистике Генокода из сборника «Песни не о нас».

Но раз уж пока ничего не пишется, может, сегодня отредактирую Ниночку, а то мама давеча жаловалась, что все накачанные на отпуск книги оказались унылые и читать нечего.

#текст #процесс

Ожидание: сегодня начну писать рассказ/повесть, который уже дофига варится.

Реальность: прочитала классный мини про золотой дождь. Обычно я такое не читаю (потому что кинки на любителя или не пишут, или пишут плохо, а я ещё и не любитель), но в тегах не было указано, так что открыла. Очень смеялась потом: в тегах были "водные виды спорта". Ну... возможно, это он 🤣

#чирикаю

Я не так давно научилась писать откровенные хэппи-энды без падения в открытый финал и теперь ношусь с ними и от каждого своего текста восторженно пищу: смогли, котики! Мне кажется, что хэппи-энд в очень напряжённой экзистенциальной истории (а других у меня и нет) это классно. Сразу ощущение, что в жизни есть смысл, а не одна бездна бессмысленности (я в целом с детства очень мало смысла ощущаю в жизни).

Но я вижу, что в условно большой литературе и кино хороший конец не в чести. А мне без хэппи-энда неинтересно читать/смотреть (по крайней мере во взрослом возрасте; в юности я была более терпима к тлену и вывозила даже лютейший артхаус типа Гаса Ван Сента). Открытый финал ещё ничего (хотя стараюсь избегать таких произведений), а когда все умерли, расстались и всё такое — ощущение, что зря тратила свое время и эмоции на чтение/просмотр.

#процесс

Когда я дописала Сказки Дикого леса, мне казалось, что я точно знаю, что будет с героями после финала. Просто к истории это уже не имело отношения. Сейчас я знаю, что ничего не знаю, а вариантов развития их судьбы навскидку могу назвать не меньше трех. (Вот про кого я бы почитала фанфики, так это про героев СДЛ, т.к. сама про них писать больше не собираюсь).

Раньше мне казалось, что СДЛ это что-то вроде фэнтези, ну, городского или современного, но там же волшебные лошади. А сейчас я вижу, что это всё равно магический реализм, а никакое не фэнтези (если уж пытаться впихнуть мой лирический экзистенциализм в традиционные жанры).

(Можно ли считать автофикшном книжку, которую ты пишешь телом?)

Между тем, всё же села и написала первые 8200 в новую повесть (не по фандомам, авторскую, хотя отсылочки на мячики и китайцев там все равно лезут, но очень мелкие и незаметные)

#процесс #сдл

3 года назад я дописала свой 3-й роман - Бухта слепца (и первый в жизни макси-фик). Формально это космоопера в традиции наивной фантастики, сущностно - мой неизменный лирический экзистенциализм.

Я не тот, кто сидит на игле читательского одобрения, но от некоторых коллег, особенно в фандомах, порой хочется высокой оценки. Одна такая коллега, назовём её W., осталась разочарована романом, хотя по ходу чтения отмечала всякие классные детальки. По итогу же — "крутая работа проделана, но мне чего-то не хватило немножко. И было сложно с космическими терминами. И на мой вкус слишком много предысторий, не хватило романтичности, развития отношений. Если бы в шапке было написано, что это джен с элементами романтики, я бы не ждала, что будет больше отношений".

Да, не все любят космофантастику. Я люблю, но не скажу, что могу много её читать. И писать её было очень странно.
Хорошо, что тогда ещё не вышел фильм МиМ и фраза "проделана большая работа" на тот момент не была обидным мемом.

Бухта это не джен с элементами романтики, а джен, написанный её инструментами. Поэтому вряд ли было бы корректно ставить в шапку джен.

Мне было важно написать эту историю поиска любви в глобальном смысле, веры, с любовной линией, но не на первом плане. Это история любви, потому что - история поиска. А где поиск без любви, где вера без любви? В конце концов, Бог есть любовь, это история о Боге, о поиске Бога в себе. Просто я не стала писать в этом романе слово Бог.

Вообще это роман про войну, и это был мой способ пережить войну, осмыслить. Но хорошая книга тем и хороша, что, если человеку неактуально, то он этой абсолютно прямой параллели не видит. И значит, он прочитал просто занимательную книжку. А не рыдал, читая её, прямо в метро.

W. увидела в Бухте не любовь, а дружбу, но для меня институт дружбы себя не очень оправдывает, и я о нем не думаю. Для романтики достаточно даже вздоха. Не могу представить, чтобы какая-то дружба меня как читателя/писателя впечатлила сильнее, чем если бы то же самое было описано в виде любви.

Малдер и Скалли всегда казались мне историей любви, хотя я и в тинейджерстве была адепткой асексуальности и меня бесила идея, что они трахаются. Но у меня не возникало фантазии, что у них дружба, а не любовь. Просто я считала, что любовь должна быть без секса. Потом почитала всякие "умные" высказывания о том, что дружба это любовь без секса. Но нет, блин, это не она.

Ася согласилась со мной: "Мне тоже кажется, что в Бухте все же романтика. И я люблю тему, что бог внутри, и что бог любовь, и что способ прекратить войну - это найти бога внутри, так что, конечно, я обрыдалась, когда поняла, к чему и зачем"

W. упорствовала в мысли, что я должна указать в шапке фика джен вместо романтики: "Дело в соотношении, неважно, сколько в тексте романтики. Если джена больше, то это джен с элементами романтики. Они могли ебаться в каждой главе на столе, но если смысл в ином, если отношения только интструмент, а не смысл, то это не об отношениях. А если не о них - то это джен. Открывая текст с тегом романтика, я хочу акцент на отношениях. Если не хочу - я открываю джен".

А я вообще не представляю, что могло бы заставить меня открыть джен. Но каждый раз, когда я открываю порнушку, я жду, что она мне даст что-то глубже. А если нет, то хотя бы просто поугораю. Или увижу какую-то необычную сцену, которую ещё нигде не видела. Или необычный переход к этой порнушке. Если на английском, может быть, я жду, что как-то расширю свой словарный запас.

Но в идеале — что увижу какие-то отношения, необязательно суперфилософские. В любом случае для меня дичь читать джен в фанфикшне, и нет, я не стану этого делать - за очень редким исключением (например, если это написал важный для меня автор).

Если я захочу почитать джен, то открою книжку Лукьяненко или Хёга. Но скорее обращусь к нон-фику про психотерапию или что-то ещё, связанное с бытием человека человеком.

#процесс #фидбэк

Потом W. читала мою повесть Ultima Thule по тому же фандому, максимально аромантичную, но зато наполненную скорбной депрессивной еблей.

«У тебя в Ultima Thule больше взаимодействия, разговоров именно о чувствах, ревности, и оно та самая сердцевина повествования. Даже через секс они что-то реализуют. А вот в Бухте убери романтику, темы главные не выпадут из смысла текста».

Если бы из Бухты можно было убрать романтику, её бы там не было.

Из Бухты можно было убрать постельную сцену И. и Л., и поэтому её там не было, хотя я размышляла о её написании. Но она там не нужна.

По той же причине нет романтической линии в Сказках Дикого леса. Не потому что её там не может быть (при желании штук пять вариантов там можно накрутить, эх, где мои фанаты-фикрайтеры?), а потому что она не нужна. Сказки Дикого леса — это развитие людей. Люди общаются и тесно коммуницируют. В итоге у них из этого может вырасти любовь. А может не вырасти. В той истории, которая рассказана в СДЛ, любовь ещё не доросла, это дружба.

А Бухта выросла из романтической линии. Она вся на этой линии построена. И тут мне говорят, что её можно убрать и ничего не изменится. Да всё изменится, эти люди никуда бы не улетели, не смогли бы улететь без этой линии!

В "Последнем сезоне", втором томе «Жены Гильгамеша», очень много вещей, которые в некотором смысле сделаны просто для антуража. Например, когда героиня раздвигает ноги, у неё там мелькает алмазный плаг. И когда я редактировала текст, у меня были большие сомнения, а нужны ли эти моменты, сделанные для антуража, и не стоит ли их убрать.

Но потом я поняла: если они для антуража, если они его подчёркивают (например, там очень много описываются платья героини), это всё очень сильно отвлекает - должно отвлекать и героев, и читателя - от некой сути. Вот эти пустые разговоры, как в психотерапии: вы треплетесь о чём-то, а что вы сказать-то хотите? "Последний сезон" во многом на этом построен.

Для меня вот был вопрос, что можно убрать, а что нельзя убрать? Или, например, когда я ещё только писала "Последний сезон", у меня был кусок, который я думала, что войдёт в эту историю. А потом поняла, что нет. Он там вообще не нужен, он не оттуда. И не надо его брать. И просто не стала вставлять, потому что это было понятно и очевидно.

#процесс #фидбэк #сдл #женагильгамеша

Зря я радовалась, что начала писать оридж: у меня нет ресурса писать такой тленный и сложный психологически текст. Так что оставлю до лучших времен.

Фик по Грому туда же.

Других идей нет.

#процесс

Смотрела с любопытством на челлендж про рефлексию писательских долгостроев. Вчера вспомнила, что у меня даже есть подходящий текст - Последний сон, который (не) пишется с декабря 2016 года.

Но вот беда, я не рассказываю про недописанные тексты. Поэтому мне надо всё дописать вовремя - у меня нет Елены Сергеевны, которая дописала бы Мастера и Маргариту за меня. А даже если бы и была, то у меня нет черновиков и записей, где бы описывался конечный замысел. Записываю только детали и иногда размышления, а что должно получиться в итоге - или не знаю сама, или держу в голове.

И хотя про Последний сон я рассказывать не буду, оттого, что я его мысленно потрогала, он зашевелился и начал очередной раз выползать из тупика. Может, зимой попишу.

#процесс

Некоторые писатели любят "ломать" своих героев в процессе текста. Мои длинные тексты по структуре похожи на психотерапию для персонажей, так что обычно они мне достаются "сломанные", а я помогаю им собрать себя обратно.

У меня герой (все они) обычно с "багажом", даже если кажется вполне адекватным. Входя в сюжетный конфликт, он, конечно, сталкивается со своими травмами и по ходу дела разматывается, как в хорошей долгосрочной терапии, а затем собирается в целостность, как в её завершении. Я же чаще всего про любовь и экзистенциальный поиск пишу, так что там большое поле для этих процессов.

Люблю ощущение пути в процессе письма. Ни герои, ни я уже не те, что были в начале, даже если текст написан за несколько дней.

#процесс

Всегда восхищаюсь, если читаю, что идею для текста писатель добыл из своих снов. Веет чем-то волшебным именно по факту происхождения.

Я всю жизнь (ну как всю, как и веду дневник, с 10 лет) записываю сны, но с текстами они живут в параллельной жизни. Всего пару раз пыталась перевести сон в текст или фрагмент текста, еще лет 20 назад, но мне не особо нравился результат.

К слову, в норме люди не запоминают сны или запоминают редко. Об этом я узнала несколько лет назад из книжки "Мозг во сне", и тревоженька моя сновидческая закончилась. Дело в том, что в моей личной норме всё ровно наоборот: я запоминаю сны почти всегда, только 1-2 раза в неделю могут быть пропуски. Или чуть чаще, если в реале очень бурная жизнь происходит. Раньше я очень переживала и грустила, если не могла вспомнить сон.

А сейчас я мысленно делаю ставочки, удастся ли мне на этот раз закончить долгострой про мир сновидений - повесть «Последний сон». Это моя (не)любимая детка, которая пишется с 2016-го. Раз в пару лет в него смотрю, он смотрит в ответ, и мы видим друг в друге фигу, хотя там написан почти весь массив истории.

Решила не ждать зимы, а снова потыкать в него астральным хуем.

Кстати, фанфакт: поскольку он начат в те времена, когда я ещё не писала про секс как экзистенциальную категорию, постельных сцен там нет. Да и с любовной линией, к моему огорчению, напряженка. Она как бы есть, но очень туманная. Но, кажется, главгерой останется с одной из двух героинь. А может, у них броманс.

#процесс

Увидела интересные вопросы про работу над текстами, будет три поста.

1. Как вы разрабатывали внешность ваших главных героев? Были ли у них прототипы среди реальных людей, известных личностей, или, возможно, это собирательные образы?

Я в принципе не разрабатываю внешность героев и редко визуализирую кого бы то ни было при письме и чтении.

Если читаю фанфики по незнакомому фандому, то довольно редко иду гуглить внешность. Обычно она сама возникает в голове, когда начитываешь какой-то массив текстов. А совпадает с оригиналом или нет, не так важно. Например, Петю Хазина в фильме текст играет Иван Янковский, но при письме и чтении мой мозг почему-то всегда визуализирует Леонида Бичевина.

Если брать мои оригинальные тексты, Лала и Магда определенно похожи друг на друга, судя по тому, как я их когда-то рисовала, но среди актрис я не смогла бы назвать подходящий референс.
Синтаксея и Яда тоже явно похожи, только у Синты волосы почти до земли, а у Яды обычные.

Внешность одной фоновой героини «Контракта» я частично списала со знакомой девчонки, а через пару лет встретила барышню, которая оказалась точной копией описанной в повести. Об этой барышне написана добрая половина текстов сборника «Жена моя смерть».

Иштар визуально очень похожа на девчонку из вичхаусной тусовки, но это просто та девчонка хорошо вписалась в образ, а её фоток у меня в любом случае не осталось, потому что было бы неэтично показывать в виде референса чьи-то личные фото.

Гильгамеш немного похож на Гребенщика, потому что с него началась эта история. Песнопевец в Гильгамеше и во всех миниатюрах списан с реального человека, но внешность там играет не слишком большую роль.

В новом оридже (который, конечно, заклинило, пока я разгребаю ловца снов) я описываю внешность обоих мужских персонажей — просто потому что это прикольно, они оба выглядят нестандартно, в обоих намешаны разные нации. Как выглядит героиня — без понятия. Как угодно. Возможно, она брюнетка и похожа на меня.

Если я пишу оридж как псевдофанфик, то визуализирую персонажей через канон. Например, Дао беспредельности при желании можно читать как фанфики по Our Flag Means Death, а Свою печаль — по Ходячим мертвецам. Но в самом тексте это не особо играет роль. Если только я упоминаю какие-то характерные черты внешности, по которым можно угадать исходного героя.

А вы как визуализируете моих персонажей? А своих или каких-нибудь ещё?

#процесс
#женагильгамеша
#эстафета_три_вопроса

В моей ленте сегодня крутая статья про фэнтези, а я взмахом пера экстраполирую на то, что болит конкретно у меня — на фанфикшн, в частности тексты про условно отношеньки 18+.

По ссылке первая часть, а под ней сразу вторая.

Если коротко, не всё то фигня, что вам хочется ею обозвать.

#источники

2. На что вы опирались, когда начинали писать свою книгу/историю/фанфик? Какие источники вдохновения или исследования использовали на старте?

Философский вопрос. Последний раз я начинала «писать книгу» в детстве (и закончила 90% начатых, об этом у меня были какие-то заметки во «Внутреннем тексте»). Потому что я не пишу книг, я пишу тексты.

Я всегда опираюсь на опыт, даже если понимаю это много позже.

Старые тексты из сборников косы не суламифь и ...накануне любви в моменте казались мне абстракциями, не имеющими к моей жизни отношения. Спустя 20 лет я увидела, что они абсолютно отражают мой эмоциональный опыт средствами фэнтези, сюрреализма и других «нереалистических» форматов.

Эра Водолея писалась как полная абстракция, пока я не обнаружила где-то посреди текста, что это история моих отношений с Нулевым. Мама, когда читала, сказала, что Шляпник больше похож не на него, а на Песнопевца. (Про мои отношения с этими и другими в высшей степени высокохудожественными мужиками повествует большинство миниатюр, которые по нынешней моде можно было бы обозвать автофикшном, но я таких слов не знаю и не знакома с жанром, у меня лирический экзистенциализм с вайбами магического реализма.)

В ходе долгосрочной психотерапии я получила от своего мозга бонус в виде умения писать длинные тексты. И вот в них отразился мой опыт той самой психотерапии — не только моей, но и рассказов друзей и прочитанных книг. (Есть всего четыре темы, в которых я по-настоящему шарю, и это заметно в моих текстах: психотерапия, лошади, современная музыка, сексуальность.)

Когда в 2022 я начинала писать фанфики, опиралась на желание прочитать то, что никто не писал до меня и вряд ли напишет. Вот уже три года эта мотивация двигает мои тексты в сфере фанфикшна. Но и там я в первую очередь черпаю субстрат (торф, ага) своего опыта. Как я люблю говорить, всех мужиков списала с себя.

Год назад я писала повесть Вопросы субординации и с удивлением узнала в одном из центральных персонажей себя десятилетней давности. А через несколько месяцев, пока в последней части романа кисэру всё прирастала стеклищность, там вдруг распаковались бездны моего эмоционального опыта аж из тинейджерства. Не то чтобы они вообще были упакованы, просто в текстах как-то не проявлялись. И так без конца — чем глубже, тем глубже.

(К слову о стеклищности, в последние годы я всегда опираюсь на хэппи-энд. Знание, что мой текст закончится хорошо, помогает мне не сдаваться, если текст сложный.)

В лошадках, в смысле в романе «Имена драконов и как их выбирают», я вообще не всегда могу разобрать, где мой личный конный опыт, а где фантазии. «Сказки Дикого леса» в этом плане намного более литературно-фантазийные, хотя в них очень много телесного опыта.

А вот истории я обычно не начинаю писать, а заканчиваю. Потому что историями я чаще зову свои сборники любовно-публицистических писем и прочей эссеистики. А сборник формируется или из уже готовых текстов, или когда готов основной их массив.

Если говорить об источниках исследования, я очень-очень много, но весьма поверхностно гуглю в процессе письма, но редко провожу какое-то предварительное исследование. Навскидку помню три таких случая: перед «Бухтой слепца» гуглила основы астрофизики и прочих сложных вещей, перед СДЛ — географию Канады, перед Гильгамешем прочитала все доступные переводы эпоса на русский.

#процесс
#эстафета_три_вопроса

Спонсор этого поста — прокрастинация. Прокрастинация — зачем дрочить капризного ловца снов, если можно подрочить на свои успехи.

И последний пост под тегом #эстафета_три_вопроса

3. Если бы вы могли сотрудничать с любым писателем, живым или умершим, кто бы это был и почему?

Сотрудничать, чтобы что? Что подразумевается под сотрудничеством?

Вот мы с Асей музы друг для друга. Это считается? Или тот факт, что в мой сборник «Дао беспредельности» вошёл один её текст — без которого фактически не было бы сборника.

Или вот Нулевой был моей музой при жизни и остаётся после смерти. Для меня он не был писателем, потому что в период нашего общения не писал.
Но его единственная книга, тогда ещё не изданная, пробила мне сердце насквозь. Это сотрудничество? Или сомученичество?

В целом мне не нравится быть в кругу писателей. Я всегда любила тусоваться с музыкантами и художникам, делать с ними и для них мероприятия. Быть среди них уникальной, единственной в своём роде.

С писателями я неплохо сотрудничаю как редактор. Но только если мне нравятся их тексты.

Я бы хотела сотрудничать с какими-то надёжными независимыми проектами, где мой труд оплачивался бы соразмерно (пока что все мои опыты заработка — в благотворительных и творческих проектах — показали, что дешевле не работать). Но писатели тут явно ни при чем.

#процесс #источники