📌 Если бы не было Зигмунда Фрейда, Лев Толстой изобрёл бы психоанализ за него.

В 1900 году идеи Фрейда находят широкую аудиторию.
Параллельно Фрейду Лев Николаевич препарирует человека, внимательно разглядывая его душу. Чего там больше? Низкого, животного или чистого, духовного?

"Воскресение" (1889-1899):

"И он вдруг понял, что то отвращение, которое он в последнее время чувствовал к людям, и в особенности нынче, и к князю, и к Софье Васильевне, и к Мисси, и к Корнею, было отвращение к самому себе. И удивительное дело: в этом чувстве признания своей подлости было что-то болезненное и вместе радостное и успокоительное".


И вот ещё здесь же.

Про мать Дмитрия Нехлюдова:
"Желая вызвать в себе хорошее воспоминание о ней, он взглянул на ее портрет за 5000 рублей, написанный знаменитым живописцем. Она была изображена в бархатном черном платье, с обнаженной грудью. Художник, очевидно, с особым старанием выписал грудь, промежуток между двумя грудями и ослепительные по красоте плечи и шею. Это было уже совсем стыдно и гадко. Что-то было отвратительное и кощунственное в этом изображении матери в виде полуобнаженной красавицы".

❓ Уж не про Эдипов ли комплекс здесь начинает рассуждать Лев Николаевич?

📘 «Воскресение» 📘

Две главы подряд (XXXIX - XL ) Лев Николаевич жёстко критикует богослужение и его сопутствующие атрибуты в арестантской церкви. Удивляется нелепости происходящего, которое абсолютно точно противоречит заветам Иисуса. И тут же даёт объяснение этому.
Удобно верить в то, во что верит духовное и светское начальство. Удобно верить в то, что оправдывает собственную жестокость. Удобно верить в то, что даёт надежду «приобресть большие удобства в этой и в будущей жизни».
Неудобно усомниться, критичнее взглянуть на происходящее.
А кто так посмеет сделать, тем более открыто, во всеуслышание, того можно и даже нужно отлучить от церкви. Что и случилось с Толстым в 1901 году.

📘 «Воскресение», глава XLV 📘

❓ Вопрос с подвохом.

О каком писателе говорит адвокат Фанарин в беседе с Нехлюдовым, сетуя на свой тяжелый труд ?
«… Ведь и мы тоже, как какой-то писатель говорит, оставляем кусочек мяса в чернильнице».

Какой-то писатель - это и есть сам Лев Николаевич. Такая вот пасхалочка :) 🐇📘

📌 Лев Николаевич вел обширную переписку с американцами.

Ему писали как обыватели с просьбой дать личный совет, так и видные политические, религиозные, общественные деятели того времени. Присылали газеты, свои произведения, деньги для поддержки крестьянства и различных религиозных течений, рассказывали о реакции американской публики на новые произведения автора и т.д. Толстой в ответных письмах высказывал свои соображения на филосовские, религиозные, этические проблемы времени. Да и совет мог дать. Правда такой, что адресат мог и опешить. 😳

1️⃣ Так, две негритянские школьницы просили Льва Николаевича высказаться о проблеме расовых отношений. Он посоветовал любить тех, кто их унижает и ненавидит.

2️⃣ Американский строитель, прочитав “Крейцерову сонату”, был под большим впечатлением. Он недавно женился и был очень смущен неловкостью, появившейся в отношениях с женой после первого интимного опыта. А также странным чувствам и переживаниям внутри себя.

Толстой ответил на письмо:

“...Вы спрашиваете, разумею ли я, что следует совершенно воздержаться от половых сношений? Отвечаю: да. Каждому мужчине и каждой женщине следует знать и верить, что для него или для нее было бы лучше оставаться совершенно целомудренными (как в браке, так и вне его) и вовсе не иметь половых сношений…”

📌 Факты о том, что Лев Николаевич - мировая суперзвезда и тогда, и сейчас.

В течение 16 лет Толстой переписывался с американцем Эрнестом Кросби, верным последователем его учения.
Кросби много хлопотал над изданием “Воскресения” в США. И в марте 1900 года писал Толстому:

➖ “Наконец-то Додд, Мид и Ко выпустили “Воскресение”.

А уже в ноябре того же года сообщает Льву Николаевичу, что:

➖ “Додд продал более 25 000 экземпляров “Воскресения”, несмотря на то, что появились два пиратских издания. Все это определенно говорит об интересе публики к радикальной критике существующего порядка вещей".

В марте 1903 года Кросби пишет:

➖“Две недели назад я посмотрел инсценировку “Воскресения” в нью-йоркском театре и остался очень доволен. В ней правдиво показано развитие характеров Нехлюдова и Масловой, и переполненный зрительный зал следил за действием с большим интересом”.

И чуть дальше добавляет:

➖ "На днях я слышал как уличный торговец кричал: “Воскресение! Популярный роман Графа Толстого, всего десять центов!”.

📌 История о "дурацком" доме

Но сначала предыстория.

Прямо напротив выхода со станции метро Арбатская, на улице Воздвиженка, под номером 16 расположился диковинный особняк. Невозможно пройти мимо, не разглядев его чудное убранство фасада. Здесь точно кроется какая-то интересная история, подумала я, впервые увидев особняк. И не ошиблась.

Именно о его строительстве вскользь упоминает Лев Николаевич Толстой в “Воскресение” - Дмитрий Нехлюдов, дивясь масштабу развернутой стройки, называет будущий особняк глупым ненужным дворцом какого-то глупого и ненужного человека.

Действительно, масштаб стройки на Воздвиженке сильно удивил москвичей, но еще больше впечатлил результат.
Да и сейчас дом поражает своей сумасшедшей оригинальностью.
Поэтому пару слов о владельце, архитекторе и истории дворца от момента создания до наших дней точно стоит сказать.

❗️Итак.

⬇️. ⬇️ ⬇️

📌 Часть первая. Владелец.
Арсений Абрамович Морозов.

Арсений был младшим и, конечно, как полагается самым непутевым сыном в семье. Семья эта принадлежала знатной и очень богатой династии промышленников Морозовых. Кутить Арсений мог себе позволить ровно столько, сколько хватало фантазии. К семейному делу он был равнодушен, им заправляли мать Варвара Алексеевна и старший брат Михаил Абрамович. Всю энергию Арсений отдавал своим экстравагантным прихотям. Сохранились истории о том, как Арсений глушил рыбу динамитом на Москве-реке, устраивал загонную охоту в Нескучном саду, кормил гостей черной икрой. В общем, всячески оправдывал славу прожигателя жизни.

Вряд ли Арсению были приятны сравнения со старшими братьями. Оба успешные предприниматели, щедрые меценаты, увлекающиеся коллекционированием предметов искусства. Про старших братьев, Михаила и Ивана, их выдающейся коллекции живописи можно писать бесконечно. Но сейчас речь об Арсении.