Утро откровений. Я люблю посуду, всякую-разную. И русский авангард. Не весь, не всегда и не одинаково сильно. Но чаще всего к нему очень даже не равнодушна. И вот есть такая точка, где эти две страсти сходятся в одно целое. Это фарфор Анны Лепорской. Кто это? Ленинградская художница (1900—1982), ученица Казимира Малевича, сохранившая внушительный корпус его текстов и рисунков. Это первое за что мы ей благодарны. А второе — за её огромный талант. Мне лично нравятся и живописные работы, и рисунки, и акварели Лепорской. Но особенно я люблю ее эксперименты в прикладном искусстве.
Анна Лепорская начала работать в лаборатории Ленинградского фарфорового завода в конце 30-х годов и долгое время занималась исключительно поисками новых форм для массовых изделий. Роспись посуды делали другие художники. Ее белая серия в 60-х, а после возвращение к супрематическим мотивам и попытки внедрить их в форму и цвет фарфоровых изделий — это что-то невероятное! Как и авторская роспись, которую художница делала редко и только для выставок.

Кстати, если вам кажется имя Анны Лепорской незнакомым, то скорее всего это не совсем так. Несколько лет назад, а именно в конце 2021 года, “первые полосы” всех СМИ захватила новость об акте вандализма в екатеринбургском Ельцин-центре. Тогда там проходила выставка “Мир как беспредметность”, посвященная развитию концепции супрематизма. Соответственно, экспозицию выставки составляли полотна и самого Каземира Малевича, и его учеников. Так вот, некий мужчина, как будто бы даже охранник самого Ельцин-центра, пририсовал глаза шариковой ручкой на лицах двух фигур на картине Анны Лепорской “Три фигуры” (1932-1934). Оправдывался потом, думал детский рисунок и с глазами красивее будет.

А кто теперь скажет, где верх, где низ, где правда, где ложь?
Все одно, да не то же самое.

Пионы Владимира Вейсберга
1954, 1955 и 1959 годов.

500 рублей штука в Москве в сезон, на минуточку.
Тут бесплатно забирайте :)

Мое последнее большое увлечение - документальный роман коллекционера Андрея Васильева.
Про картину «Портрет Елизаветы Яковлевой», которая была определена поздней работой Каземира Малевича. Продавали ее после этого, как вы понимаете, совсем не дешево, за 20 миллионов евро. Но вот у автора книги нашлись доказательства того, что Малевич этот портрет не писал.
Невероятно интересна вся эта «кухня» подлинников и подделок, искусствоведческих ошибок и коллекционного азарта. Андрей Васильев пишет не сказать, что просто, но вполне увлекательно. Тут поясню, не просто - под мой интеллектуальный уровень. Так что претензия исключительно ко мне, не к автору.

#казимирмалевич
#книжнаяполка