В Историческом музее сегодня, 18 марта, открылась любопытнейшая выставка «Люди как люди. Любят деньги». Деньги в романе М. А. Булгакова «Мастер и Маргарита». Она продлится до 18 января 2027 года, и построена вокруг эффектной и вечной темы – деньги как нравственное испытание человека. А я даже и не знаю, кто ярче и интереснее, чем Михаил Афанасьевич, написал об этом.
Мне посчастливилось вчера попасть на пресс-показ, и я до сих пор хожу в полнейшем восхищении теми людьми, кто это всё придумал, реализовал, а главное доказал, что из такой узкой темы можно сделать самостоятельное насыщенное выставочное повествование.
Поверьте, при скромных размерах кураторам удалось создать нечто потрясающее!

Выставка соединяет два мира “Мастера и Маргариты”, ершалаимские главы и советскую Москву 1920–1930-х годов.

Четыре зала, четыре истории.

📖 Первая начинается так:

В белом плаще с кровавым подбоем, шаркающей кавалерийской походкой, ранним утром четырнадцатого числа весеннего месяца нисана в крытую колоннаду между двумя крыльями дворца Ирода Великого вышел прокуратор Иудеи Понтий Пилат.

Здесь все экспонаты создают образ древней Иудеи, тянутся невидимыми лучами к центру зала, где в стеклянном кубе россыпью чернеют тридцать серебренников. Незначительная кучка металла. В витринах свои истории: блеск и величие римских легионов, убранство личных покоев прокуратора, и монеты, монеты, монеты. Меня трудно заподозрить в нумизматических пристрастиях, но в таком контексте разглядывать монеты необычайно увлекательно. На стенах офорты и акварели XVI и XIX веков, они поют о безмятежных красотах Иерусалима и о случившейся там истории предательства.

📖 Делаем шаг и булгаковская машина времени, сквозь скучные подъезды, увешанные почтовыми ящиками, уже переносит нас советскую Москву 1920–1930-х годов.
Здесь стучат на кухне кастрюлями в коммунальной квартире и переругиваются с соседями в коридорах. А вечером отправляются в варьете на невиданное представление заморских артистов.
Эта история звучит так:

Всюду гудело слово "червонцы, червонцы", слышались восклицанья "ах, ах!" и веселый смех. Кое-кто уже ползал в проходе, шаря под креслами. Многие стояли на сиденьях, ловя вертлявые, капризные бумажки.

На выставке собраны образцы советских червонцев 1922–1937 годов, и через них можно буквально проследить, какие деньги превращаются у Булгакова в часть театра, соблазна и фокуса.

📖 Еще шаг. И мы оказываемся в торгсине на Смоленском рынке и слышим восторженное восклицание:

— Прекрасный магазин! Очень, очень хороший магазин!
Публика от прилавков обернулась и почему-то с изумлением поглядела на говорившего, хотя хвалить магазин у того были все основания. Сотни штук ситцу богатейших расцветок виднелись в полочных клетках. За ними громоздились миткали и шифоны и сукна фрачные. В перспективу уходили целые штабеля коробок с обувью, и несколько гражданок сидели на низеньких стульчиках, имея правую ногу в старой, потрепанной туфле, а левую — в новой сверкающей лодочке, которой они и топали озабоченно в коврик. Где-то в глубине за углом пели и играли патефоны.

Торгсин. За этим словом, которое расшифровывается как «торговля с иностранцами», скрывается система магазинов, где продукты и дефицитные товары продавали не за рубли, а за золото, валюту и драгоценности. На выставке показывают редкие товары и те самые ордера – специальные внутренние расчетные документы, которые действовали только внутри этой системы. В финальных главах романа один из таких магазинов эффектно громят Коровьев и Бегемот.

📖 И над всем этим, конечно, витает дух гения, великого режиссера этого невозможного и при этом абсолютно реального мира. Раздел «Кабинет писателя» с личными вещами Булгакова собирает всю выставку воедино.

Друзья, тут без вариантов. Надо идти!
С большой любовью проделана абсолютно уникальная работа. Это чувствуется в каждом сантиметре выставочного пространства.

P.S. в комментариях еще картинки с выставки.

#ГИМ