Как и положено литераторам, я подрабатываю машинописью, в наше время машинописью можно считать расшифровку.

Так вот, и это приносит в мою мир удивительное. Я расшифровываю разговоры одного исследования. И это просто-таки завораживает. Речь!!!

И все то, что я ненавижу в своих расшифровках - медленность, кропотливость, ааа да сколько можно почему это не автоматически у меня уже на бумаге! - тут отсутствует. Потому что тут я же НЕ ЗНАЮ, что будет сказано - а потому мне тупо ИНТЕРЕСНО, что дальше!

Сегодня, например, узнала о существовании пьесы Соллогуба "Беда от нежного сердца".

The Freedom Writers Diary: How a Teacher and 150 Teens Used
Writing to Change Themselves and the World Around Them.

Название само по себе уже достойно быть в записках писателя, ага.

Нарратив своей жизни как ключ к ней, как ключ от входной двери, а где вход - там и выход. На свет.

Про структуру:

"Книга поделена на 4 части, к каждой из которых есть вступление от самой Эрин Грувелл. А потом сплошным потоком идут анонимные дневники. Все они отсортированы в хронологическом порядке, так что несмотря на то, что все они написаны разными людьми, вы без проблем понимаете ход событий истории. Интерес книги состоит в том, что параллельно с основной сюжетной линией этого класса идут вставки личных историй учеников, их переживания, трагедии и победы".

Собственно, про то, как хочу и я. Паззл, мозаичное письмо. Нанизанное на нитку реальных событий, как они и идут.

То, какие у актера, играющего Капоте, нежные, уязвимые, будто готовые заранее грустно извиниться губы.

То, как в фильме Писатели свободы она, учителка, белая девочка, пытающаяся говорить с черными про рэп, все-таки не сдается и носит в криминальный класс этот свой чертов жемчуг.

То, как в фильме Гений Тому Вулфу, стоящему на крыше, издатель говорит, что он не странный, что кто-то когда-то в темноте точно так же смотрел на огонь и рассказывал историю - чтобы не было страшно в темноте.

Я люблю мыть посуду.

Во-первых это почти эротично - мокрое, пенное, в мыльной воде, забираешься пальцами внутрь бокала, пальцы скользят.

Во-вторых - ясная радость делать из грязного чистое.

В-третьих, препарируя в последний месяц свои способы обращения с writing, заметила вот: я пока мою, я структуру текста придумываю. Как-то щелкает нужное. Или проворачивается скользкое, уж не знаю - одним словом, работает.

Вернее, множеством слов. Жаль, не запишешь: мокро же.
Но я наловчилась пристраивать на посудную решетку диктофон.

Фильмы, фильмы восторга: Капоте. Писатели свободы. Гений.

Я разговариваю сквозь фильмы с нужными собеседниками о самом важном сейчас каждый день. Иногда спорю, иногда готова расцеловать как братушку.

Для этого мы живем и пишем и снимаем, верно? Смерти нет. Есть длящийся разговор.

И готовлюсь к началу writing учебы, попеременно думая: черт, наконец-то мне будет с кем поговорить обо всем этом легально вслух, и вживую, а не по сети, как со своим редактором; я с ноября об этом не произносила ни слова, как трудно без собратьев, и одновременно думаю - да я же чертов сноб, я небось задеру нос, и тут же - да ты ничего не можешь, идея уместить материал - дни, жизнь, людей, саму тебя - в структуру вызывает у тебя панику и клаустрофобию.

А вернее, идея НЕ уместить.

Сегодня утром сквозь мои березовые занавески лился очень красивый, весенний, пронзительный воздух.

Я натренирую руки и смогу выпустить всю стаю на воздух, на вольный полет. Птицу за птицей, да.

Нежный розовый беж рюкзака и шарфа - на синем пальто девушки, за которой я торопливо иду мимо площади Восстания, перепрыгивая грязные весенние островки лужи талого льда.

Ветер с Лиговки. Резкий весенний ветер.

Покалывание. То знакомое магическое покалывание в самых кончиках пальцев. Вот что я чувствую после практики пятнадцатиминуток.

Практикую соцработу через текст - теперь я знаю, зачем пишу.

Ровно то же, что говорю и другим сомневающимся - мы друг другу маяки.

Я читала "тави" на заборах и стенах - и решалась на прыжок. Имел ли в виду это целью - писавший, вероятно, название своей любимой группы?

Какая разница.

Я пишу это, стоя на мосту.
Каждый текст - это мост человека к другому. К выходу из болот.
Я чувствую покалывание в пальцах.
Магия происходит.

По ночам, когда под глухие рыдания и надежды укопан в глубокую миску с рисом очередной напрочь промокший телефон - маленькие рисинки раскрываются, как ракеты, двумя половинками, и из каждой наружу вылезают, прищурясь, толпы маленьких трудолюбивых нанокитайцев...

А у кого телефон и наутро все равно не работает, это вы просто рис для плова брали.
Или вовсе краснодарский.

Я не ожидала - ни такого сопротивления, ни такой паники перед началом, ни такого трэша идей, что польется из меня - когда я положу руки на клавиатуру.

Непредсказуемого трэша. Хотя и полностью укладывающегося в картинку. В то мое решение, что я приняла - или оно меня приняло - вчера. В то, зачем я пишу.

Ничего этого я не ожидала, когда начинала эту практику.

Панюшкин, любовь. Я грущу по редактору. По моему главреду, который читал дай Бог хоть один мой текст ("Дары волхвов", думаю).

Я тоскую, потому как я очарована. Учитель, да.
Один из моих учителей.

"Фокус сторителлинга в том, что ты «насобачиваешься» рассказывать историю не тогда, когда она тебе случайно пришла в голову, а когда тебе это нужно"

"Управление автомобилем, сторителлинг, секс и многое другое — это в первую очередь навык, который отрабатывается. Хорошо водит не тот, кто много знает, а тот, кто много ездит!"

(вообще снова мои метафоры сексуальной и творческой энергии; да она правда одно)

"Навык приобретается тренировкой, желательно под руководством инструктора, который покажет, где ты делаешь ошибку"

"Самое главное, чтобы история, которую ты рассказываешь, каким-то образом тебя формировала, вернее, переформировывала всякий раз заново. Люди рассказывают истории, чтобы напоминать себе: кто мы такие, зачем мы здесь, откуда мы пришли, чего мы здесь хотим.

Человеческий мозг так устроен, что мы все время забываем ответы на эти вопросы. Это такой куличик из песка, который все время рассыпается, и главная потребность человека — его восстанавливать. Иначе ты перестаешь быть человеком".

"Все, что человек пытается из себя выдавить, — это не история. Это попытка важничать, или соответствовать ожиданиям, или решать какую-то задачу, очень далекую от творчества.

(ДА! почему меня тошнит от тех моих рассказов - потому что они были напыщенным решением проблемы присоединения к тусовке, важничаньем, итд)

И вот в этот момент, в момент неспособности рассказать историю, ты действительно не совсем человек. Только что в курилке ты был человеком — рассказывал о себе, о своей собаке или своей теще. Ты мог формировать себя и мир вокруг себя из этих историй. А потом перед компьютером с тобой что-то случилось, что отняло у тебя эту естественную человеческую способность к рассказыванию историй. Чаще всего это происходит тогда, когда ты отказываешь себе в праве быть человеком и становишься функцией".

(А вот это уже другое ДА - про отказ мне в праве создавать только потому что я функция "журналиста", "профи", "могу любое" - вот именно это и убивает жизнь)

"Чтобы история полилась, нужно сделать то же самое, что нужно сделать, чтобы вода полилась — нужно наклонить кувшин. И тогда вода польется. Чтобы история полилась, нужно наклонить смысл, наклонить событие. Надо вывести их из равновесия"

http://wnow.ru/blog/panyushkin_storytelling

И мой личный прекрасный любимый редактор тоже ушел из редакции. Ну блять пиздец.

Вчера на 15минутке поняла три вещи:

- что мои тексты рождаются из бегущей воды (мытье посуды, душ, прогулки на мосту)

- что я хочу работать с детьми и переводить их - на язык родителей, быть проводником

- что мои тексты будто пересказ, а я может так и хочу, кратко, как и съемка нарочито грязно и с шумами - чтобы приблизиться эффектом к речи, к простоте языка соцсетей, и тем шагнуть под самую кожу. (потому не прямая речь?)

И вот почему inkerbell. Вот почему и кто я. Соцработа через текст.

Не "другие тексты" и "работа", а все - едино. Каждая буква про людей и для людей. Потому что это имеет смысл

Читать о каналах, встречать и "дидактическую прозу", и "портить язык инфостилем", и "автобиографические рассказы о детстве", и неброская режиссерская стилистика... Все мое.

https://gorky.media/reviews/novaya-russkaya-proza-yanvar/

Черт возьми, это ж правда. Свобода мечтать, верить в интуитивность и в то, что она ценна - и имеет право на жизнь.
А не рационально "работать".
Вот что! Мечтать. Уходить в мой мир. Как Айрис в кино. Как я в глазах дочери, дисконнект с миром живых и уход в мир моей холодной книги.

Где я отделена от людей.

Потому что присоединена очень сильно - в реальности. А тут я их - отпускаю. На волю.

"Все великие мемуары — это голоса, звучащие в голове у читателя. Это некая система доставки чужих переживаний — огромный широкополосный кабель, по которому несётся сияющим потоком каждый пиксель внутреннего и внешнего мира автора. Каждый из этих голосов подчёркивает индивидуальный талант писателя или то, как он смотрит на окружающую его действительность. В процессе написания мемуаров вы начинаете действовать вслепую — набрасываете факты, вспоминаете забавные истории из жизни. На то, чтобы нащупать свой собственный стиль повествования, отражающий именно ваш жизненный опыт, у вас может уйти много времени и сотни испорченных страниц. Но когда это произойдёт, вы почувствуете, как весь ваш плотский и чувственный опыт предстанет перед вами с необычайной ясностью, а ваша работа получит поистине электрический заряд. Читатель должен слышать ваш голос с первого же предложения".

"Пожалуйста, избавьтесь от привычки говорить, что вас посетила идея для короткого рассказа. Искусство не рождается из идей. Искусство не рождается из разума. Искусство рождается в месте, где мы мечтаем. Искусство рождается в подсознании, оно берёт начало в нашей душе. Есть ли в этом смысл? Вы понимаете, что я имею в виду? Если вы считаете, что можете продумать свою книгу наперёд, провести детальный анализ вашего произведения, то это полностью противоречит самому определению искусства и тому месту, где оно рождается. Но если у вас есть стремление, и вы умеете тонко чувствовать, то вы поймёте, что я имею в виду, и сможете отключить холодный разум. Чтобы создать настоящее произведение искусства, вам нужно искать вдохновение в совершенно ином месте".

"Самую важную вещь, которую я понял о писательстве, это то, что его можно отнести к бессознательной активности. Что я имею в виду, говоря это? Я имею в виду, что роман — это нечто большее, чем ваше сознание. Связи, характеры, метафоры, переживания, которые возникают в процессе работы, рождаются где-то глубоко внутри вас. Иногда вы сами будете удивляться написанным словам. А иногда вы будете охвачены прямо-таки лихорадочным азартом, пытаясь разобраться в сложном характере героя вашей истории. В эти моменты ваш разум соединяется с таким местом в вашей душе, в котором и рождается жажда писать. Чтобы добраться до этого места, вы должны писать каждый день"

https://www.livelib.ru/translations/post/33218-kak-napisat-knigu-25-zamechatelnyh-sovetov-ot-izvestnyh-avtorov

И еще такой момент:

"Пишите со страстью. То, что вы пишите, становится тем, кто вы есть… Удостоверьтесь, что любите то, что пишете!"

- это то, что я есть. Другого шанса не будет. Предъявляться в каждом тексте!

http://papawillcall.ru/page2480479.html

- А ты помнишь, что однажды сказала Джоан Роулинг?
- "Куда бы потратить миллион долларов"?

(Rewrite, прекрасный)

Маленькие тени, маленькие мысли, у меня идеи рассыпаются из-под пальцев, как научиться заканчивать? Как научиться кончать, вопрос в мои двадцать.

Ответ как и прежде - расслабиться. Открываться. Идти на контакт. Закайфовать от самой себя. Текст это секс, воистину

Мальчик с волосами цвета стекающей меди, мальчик с ногтями, выкрашенными в красный и синий, женщина, говорящая мне - а вы всегда были такой мудрой, девочка, берущая у меня интервью, которой я подсказываю вопросы