“The history of western art is just the history of men painting women as if they’re flesh vases for their dick flowers".

Офигительно. Ханна Гэтсби, "Нанетт".

Это гениальные карточки, без шуток. Внимательные и с любовью!
https://mobile.twitter.com/BukvaCe/status/1077870986165391360

Вообще у меня такое ощущение, что я на социалочке ебанусь на отлично и сделаю кулинарную книгу. Пепел ведической кулинарии, Похлебкин и все дела, опять же все мои заметки к выставке кризисного центра, как травма в работе с ней резонирует голодом и заставляет ЕСТЬ.

Как жить и не облажаться - есть жир, пить крепкое, чем поднять дух, если захандрил! (Пишу это поправившаяся за последние дни и с победным амаретто внутри) (да, люблю, что такого. Вообще люблю ликеры и настойки)

Фраза, с которой я, как выяснилось, не прочь выйти на митинг в честь Восьмарты, теперь в стикерпаках

Мать и дочь, Деметра и Персефона, два в одном.

Нахуй, Гога, нахуй.

да, записывай, как идет рука:
кофе без молока -
это если остался на ночь
и приехал под утро такой весь из себя помятый
и конечно о времени чтоб зайти в магазин ты не подумал когда наливал по пятой
когда трогал ее под столом за коленку за что придется за бог послал
когда был такой смелый такой невозможно пьяный
и сейчас ты стоишь у конфорки у плиты заляпанной грязными чьими-то господи да твоими руками
все еще пьяный

она не сказала тебе ни увидимся ни пока
ты стоишь и дуешь свой кофе без молока

Что я делаю в каникулы? пишу свою выворачивающую нутро книжку про пиздец, стою в ней трусами наружу, наплевав на то, как это холодно и страшно, чтобы кто-то с таким же прошлым смог утешиться тоже - "я не ненормальный, это нормальные реакции на ненормальное, это просто симптом". И еще кто-то чтобы смог остановиться - и никогда не совершать над другим подобного зла. Зная, прочувствовав - что это дает в адский подарок. Как бежит радиацией на десятилетия вперед, отражаясь во всем, корежа жизнь.

Чтобы можно было это прочувствовать, я вкладываюсь. Всем, чем имею, собой. Возможно, вера в возможность этого убеждения, в самую его опцию - это тоже симптом. Я выбираю думать, что это моя воля, и моя основа.

Почему я пишу о себе - потому что это ключ. К человеческому в каждом из нас.

Потому же, почему и в вышедшем сегодня на Таких делах тексте о Леше я писала о себе. А не из желания "поделиться чувствами".
Я свой инструмент письма. Вот и все.

Ну и еще это мой железобетонный принцип - вставай перед героем, не оставляй его перед толпой одного. Тебе можно быть прилюдно дурой, мерзкой, мелочной, переживешь, ты защищена положением не просящей - а если все это мерзкое и стыдное не озвучишь ты, то озвучат читатели в своей голове, и герой потеряет их. Возможных союзников в битве с той хренью*, о которой я пишу. А я не имею права оставить его без союзников.

А мерзкое, стыдное, самодовольное, озвученное кем-то чужим, дурацкой журналисткой - делает возможным выход за его пределы. Ему, прозвучавшему из чужого рта - хочется из неловкости возразить. И аргумент тут находится тот самый, главный один, нет недостойных помощи. Shit happens со всеми, и без разбору. Кончай судить.

Текст про Лешу по ссылке, в общем; у него совсем другая история, и ему можно помочь сейчас.

--
*вычеркнула слово беда, вычеркнула слово проблема. shit happens. хрень случается. со всеми.

https://takiedela.ru/2019/01/bezdomnyy-didzhey/

А еще Сережа, снимавший эту историю - мой однокурсник по фотофаку. Как и многие из фотографов в Таких делах. Очень радостно, что все на своих местах. А снимать я снимаю снова, да. Очень, очень, очень медленно и тихо. Такой вот левел ап прошедшего года.

А также один том называется КУЛИНАРНАЯ КНИГА, все правильно, я же говорила. Социалочка со вкусом курицы

Каникулы позволили выяснить интересное: если меня оставить в покое и не дергать разнонаправленными суетливыми, нелогичными и не несущими важного смысла задачами, не позволяя мне ни планировать, ни выстраивать мои собственные стратегии обращения с текстами, то я:

сперва два дня сплю, а затем с облегчением ухожу в конкретное решение конкретной задачи, концентрируюсь, ни с кем не общаюсь, почти не читаю соцсети, нигде не висну, ни от чего не отлыниваю, спокойно разбираю вещи, упорядочиваю пространство и пишу книжку.

Вывод, касающийся моей работы, весьма неутешителен. Она сильно снижает мою продуктивность, а я нет, не филоню и не самозванка, которая "кому еще нужна" и "где такое найдешь", я способна пахать.

Вывод, касающийся моего состояния - прекрасный! Сказала бы "восстановилась полностью" после адаптации и всего нашего, но нет, я такой не была до нее. Так что я прокачалась (терапия, разумеется). Но и восстановилась тоже. Это клево.

А, ну и книжки читаю. Новый Кинг ("Спящие красавицы") охренительный. Лучшая поддержка в работе над тем, что я делаю сама сейчас и от чего бывает больновато (семейное насилие). Чувак самый жизнестойкий феминист, которого я знала. Недаром с юности он был мой лучший друг из мужчин. И из писателей - одновременно.

Ого. Люблю, когда идеи в воздухе сталкиваются.

1:
- Маленькие слова
на полвдоха, на перерыв, на после работы
восьмиминутное приложение "поговори со мной"

"Ваша тренировка на сегодня окончена
Вы произнесли свою норму слов успешно
Поздравляем
Напомнить завтра?"

- Я скачала и стало попроще
этот мужик, ну, тренер, не дает отмолчаться
можешь тоже поставить себе такую
там можно добавить друг друга в друзья

будем
соревноваться

(мой текстик 2015 года)

2:
Роман Кристины Далчер, выходит у нас в феврале - по ссылке. Главка "Сто слов в день".
https://gorky.media/fragments/sto-slov-v-den/

Филонов взрывом в сердце со своей "Формула весны и действующие силы" (не могу склонять название, кажется нарушением мелодики его, ритма => убивающим смысл; потому что смысл заключен и в форме тоже, елки-палки, видели бы вы, как раскладывает он весну на завиточки, на пятнышки, и во всех этих пятнышках виднеется именно что весна, и отражения в стоячей воде паводка, и почки березовые, и мокрые крыши, и всё, всё - только форма, но глазу и сердцу совершенно достаточно, это и есть основа, это и есть вся суть, достраиваемая зрителем дальше - и это совместный их, автора и смотрящего, акт)

, разговоры о саморепрезентации как по рельсам через этот московский самобичующий снобизм, котлета и прогулка под снегом, и стрелки тают, и елка сияет, и Мирка читает мне про соплеухов, и такой был день седьмой года, и день второй моих каникул. Хороший!

Саморепрезентация меня в сети почти всегда на надрыве, в жизни я куда проще, кажется (надеюсь), и застывать в каменном еблете девушки с раною / с тараном / с броневиком нет у меня ни малейшего желания. При этом и тут это акт с двух сторон, акт говорящего и акт воспринимающего; и вышагивать из однозначности мною же заданных прежде рамок проще где - да здесь, где комментов нет. Где акт разрывается.

Где из привычной, обкатанной роли можно и выходить, не будучи загоняемым хвалебным комментом обратно. Потому что любой паттерн поведения со временем затвердевает и начинает царапаться и поджимать; любые же паттерны стоит подсбивать.

(Собственные, конечно).

Спящие красавицы.
Дочитала в ночи и даже ревела (на смерти одной там у дерева. Обидной глупой смерти).

Это самый феминистичный художественный текст из всех, что я читала; и ни разу, ни в каких его книгах я не помню иного, не феминистичного отношения к женщинам.

Стив не зря рос с пианисткой Нелл и приемным братом в те годы, когда пианистке Нелл надо было из трусов выпрыгивать, чтоб их, сыновей, прокормить. Что она и делала - а Стив запомнил.

Не отказалась бы я видеть себя хоть вполовину так, как видит женщин мистер Кинг. Но я, увы, совсем не такая цельная. Впрочем, как он верно замечает прямо здесь, в этой книжке - это не моя вина, и я такой не родилась.

Опять слезы вскипают, главным образом потому, что не передать, _что_ он для меня в свое время сделал. Кем стал, защитником, другом, братом и еще и учителем по писательскому мастерству, да. И спасибо моей дорогой Т - что нас когда-то познакомила в мои семнадцать.

Брат, дружочек, любовь и обожание; по одну руку я сделана из него, по другую из Туве. В середине Мери Рено с "Тезеем".

Смотрите, какой красивый.

Мои самые любимые, "опорные" женской силы книги - кроме Темной башни, поскольку она вся мой опорный мир:

- роза марена
- долорес клейборн
- короткая дорога миссис тодд
- история лизи.

Больше всего меня греет, что а) я читала не все его книжки и б) Стив еще пишет и на мой век его точно хватит. Мне всегда будет в кого уткнуться, в чье плечо в клетчатой рубашке, проступающее среди букв.

(и да, господи, мне плевать и я заранее прощаю всю тупую срань типа "мобильника". Стиву можно. пишет овердохера человек, имеет право и на фуфло!)