Энн Ламотт, Птица за птицей

Я ее читала черт знает сколько, как бывает у меня с книжками – нырок, прошел месяц, снова нырок, прошло два месяца, нырок в хвост, нырок в начало, ну и вот дочитала по кольцу.

Прекрасная и поддерживающая! особенно тем, как писались ее этюды. Как эскизы. Каждый день, просто то, что видишь.

Ну и да, птица за птицей. Я внезапно (хаха, внезапно) осознала, что мне надо писать каждый день. Работай, и будут плоды. А не жди, пока накатит (откладывая в ужасе дописывание, тк страшно боишься финала и оценки).

Дисциплина станет друг и перильца. Если каждый день по 2 часа. То.

(Есть и то, с чем я не согласна категорически - и это перенос удачных характерных черт от одних людей другим героям. Но это мои фишки правды, фиксаторства правды максимально точным образом. Потому что правда как корешки, одно незаметно, другое на поверхности, но все они составляют единый узор и все играют на одну симфонию - а если сочинять и разбивать по своему усмотрению, то выйдет хвост от птички, клюв от бегемота.

Но об этом и у нее есть. Подставить блокнот под реальность, такое. Очень люблю это. Мне бывает важно в дне - зафиксировать фразу какой она была, сказанную прохожим. Да, это важно. Мне).

Сергей Бодров:

"С каждым днем меня это все больше и больше тревожит. Время - одна из тех вещей, на которые мы не в состоянии повлиять. Единственное, что мы можем сделать - это наполнить наши дни, сделать их длиннее, шире. И средство одно - любовь и внимание к окружающим. Как у ребенка. У него день очень длинный: он найдет листик, рассматривает его полчаса, и целый мир разворачивается у него перед глазами. А можно не листик рассматривать, а людей. Делать как можно больше, писать, снимать. Наполнять жизнь".

Писать не дожидаясь момента лучшего - вдохновения, идеального состояния - начинать и писать. Состояние придет. Если ты хочешь сформулировать хорошо, важно намерение. В процессе выйдет сделать это. В процессе ожидания - не выйдет.

Поговорили с коллегой вдруг.

- В прошлом году написала космическую оперу, просто взяла и написала. А так вообще благодаря ежедневному писательству стала замечать, что мне все легче и легче приступать непосредственно к писательству. Конечно, еще встречаются какие-то затыки, но их все меньше и меньше.

- блин, вы крутая. вот я поняла как раз на днях, что это - ежедневное писательство - и есть путь.

- я к нему шла несколько лет, прежде чем в прошлом году стала писать каждый день, а не как левая пятка почешется.

- да, понимаю. я вот так же и осознала вдруг - пока я жду "правильного состояния", чтоб не испортить собой, негодной, хорошую свою же идею - так и жизнь пройдет, и они вовсе будут не написаны никак, идеи мои.

- да и это правильно. Если так ждать постоянно правильной идеи/состояния/ и вот что я в отпуск напишу... Так можно и никогда ничего не написать. Да и подготовка тоже не должна занимать целую жизнь. Как по мне писательство - это то, где все это познаешь по практике, как и рисование. Одно дело читать, а другое самой делать.

- так оно и есть. у меня дочь как раз учится рисованию - а я на практике с ней постигаю простые вещи) вроде бы азы, а выходит, я их игнорировала - "у меня все иначе". но нет, все эти правила общие для всех.

Тарелкой куриного супа
в гриппозную стужу
меняю судьбу прохожего.

(мой вариант перевода хайку, да)

ПОСЛЕДНИЙ ДЕНЬ ЗИМЫ и новая рубрика «Переводим сами»


Многие мои подписчики присылают свои варианты перевода того или иного хайку, о которых я пишу. Мне показалось, что попробовать себя в шкуре переводчика японской поэзии было бы любопытно практически любому из вас. Поэтому предлагаю самостоятельно перевести одно зимнее стихотворение поэта Иссы, того самого, что писал про знаменитую улитку.


Прелесть задачи сострит в том, что я не знаю русских переводов этого трёхстишия — получается своего рода поэтический дебют:)


Вот это стихотворение:

行く人を皿で招くや薬食い


Для тех, кто не читает по-японски, я распишу все слова трёхстишия.


юкухито-о/сара-дэ манэку я/ кусуригуи


юкухито — прохожий, прохожая или прохожие (род и число в японском мы узнаем из контекста)


о — показатель винительного падежа (то есть им обозначается прямое дополнение)


сара — тарелка или тарелки, блюдо


дэ — показатель творительного падежа


манэку — приманивать ( глагол стоит в словарной форме и в настоящем времени, причём в японском нет разделения на лица, здесь приманивать могу я, а может быть он или даже они)


я — восклицательная частица


кусуригуи — главное значимое слово трёхстишия. Состоит из двух частей - кусури (лекарство) и куи (еда). Куи озвончается и превращается в гуи


В древности японцы почти не ели мяса, но зимой для поддержания в теле здорового духа ( в качестве лекарства) принимали в пищу мясо диких зверей типа оленей и кабанов.


Итак, что мы имеем?

юкухито-о — прохожего или прохожих


сара-де — тарелкой, блюдом


манэку — заманивать или заманиваю, заманивает, заманивают


я — восклицание типа «ах!», которое относится к глаголу


кусуригуи — мясо диких зверей, которое едят для поддержания здоровья


Дословный перевод:


Прохожих (прохожего)/

Заманиваю ( заманивают,заманивает) тарелкой (тарелками)/

мясо диких зверей, которое едят зимой для здоровья


Как вы переведете слово «кускригуи»? Или дадите транслитерацию и сделаете для него сноску? Или обойдётесь описанием?
Сохраните ли вы в переводе значение «лекарство»?
Мясо будет у вас жареным?


Как вы думаете, кто кого приманивает? Что делает условный лирический герой? Он свидетель этой сцены или участник?


И не забудьте про восклицание «я», которым заканчивается вторая строчка. Хотя многие переводчики опускают восклицательные слова, оставляя просто восклицательный знак!


Ваши варианты, если захотите поделиться ими, присылайте сюда - @semida


#исса #зима #кусуригуи #перевод

Почему так сложно написать тему, которую ЗНАЕШЬ - как сложно рожать мне было Мост между тьмой и светом и Дары волхвов, и вот сейчас про лошадок - да потому что сказать хочется так много, вместить - столько, и стоишь, растопыря ладони, и сквозь них все течет, будто светом, а ты ловишь этот свет, увязываешь в косу.

Трудно, в общем.

А то, во что нырнул коротким нырком - то проще. Как вот с ТТ.

Читаю про Юлю С. и про Игоряна - и вот же: смелость! имей смелость втягивать читателя в свой мир, в то, о чем ты ему рассказываешь.

Деликатность из серии "нууу это наверное неинтересно, я лучше ужмусь" - только вредит. НЕ ЖМИСЬ, маши широкими мазками! Это мир, рисуй его щедро и с упоением от самого мира!

Влюбившись в него.

А не скромно ожидая, пока разглядят, влюбятся сами, пойдут тебя спрашивать о чем-то. Не та тактика. Не бойся показаться влюбленной. Люби)

И так же как с фотографией - можно строить, можно кроить, необязательно любую муви-стори начинать с моего поезда туда, НО И: так можно. Можно дословно так, и это правда и костяк - как ехала, как шла, как договаривалась, как говорила.

Я репортер. И еще раз: "вернем в журналистику человека" - это же про меня саму)

И да: мои персонажи ждут, чтобы проявиться, и истории ждут, и они заслуживают этого - быть проявленными.

И вот еще (Ольга Нечаева):

"Я очень хорошо помню этот внутренний саботаж, и помню, как я его прошла. И помню, как работающей аргументацией для меня стал посыл, что "очень высокомерно - ожидать от окружающих, что они должны потратить время и силы, чтобы каким-то образом тебя найти, напрячься и узнать поближе, самим оценить, что ты знаешь, и что нет, на что годен, и на что нет. Этакая позиция мелкого барства "я сижу здесь весь такой офигительный, но вы уж как-то сами соизвольте это понять и заметить". Мне это мозги поменяло. Это, мне кажется, проистекает, из требования к миру "никогда ничего не просите. Сами все предложат, сами все дадут". Но если представить, что к вам пришла на работу няня, и вместо того, чтобы улыбнуться, рассказать о себе, помочь вам понять, кто и что она, она сидит надменной букой на кухне в сознании, что она и так крутая".

Именно так, как я училась уважать своих детей-фотографии и давать им право дышать и быть выложенными и выставленными - точно так же давай уважать и истории. Они ИМЕЮТ ДОСТАТОЧНО ХОРОШУЮ МАТЬ. И да мать их расскажет. И да мать их отстоит, защитит и расчистит дорогу - потому что ну они достойны выступить, быть увиденными, замеченными и сиять.

И я могу сказать "подожди, вот послушай", и рассказать. Я имею на это право, потому что они имеют на это право: они истории про людей.

И как мои друзья-сокурсники стали фотожурналистами и херачат - потому что сосредоточились. А я нет. А я сосредоточусь теперь!!!

Лежа в кровати после сданного с недосыпом текста поймала предвкушение работы завтрашней; писать - это кайф) это власть и это красота. Творить в этом пространстве текста, композиционно танцевать!

Я веду материал; чутко слушаю и следую, но все же я веду и я капитан. Я прокладываю курс. Не стыдливо жмусь, боясь взять ответственность на себя и прикрываясь "ну реальность лучше знает", нет! во мне фонарь, у меня руль, ну вот я и веду. Красссиво!)

Это тоже все - про силу и смелость принять руль, взять вожжи, чему я и дочь учу. И учусь сама. Как и предъявлять миру свои плоды-своих детей, детей своей души. Как и всему остальному.

Еще: как спала сегодня под чудесную улыбку Наташи (на самом деле нет, но пусть так; это будто моя мама, принять ее. Не ненавидеть сардонически, радоваться и улыбке ее и свободе быть незнающей, мягкой, смешной, собой и творить).

Вебинар Write Like a Grrrl.

- Я прочитала Тони Моррисон и подумала - а что, так можно?! ладно, программа жмет, пора снова читать мертвых белых мужчин.

- Я когда-то в школе прочла Вирджинию Вульф и испытала удивительное чувство: где-то в мире есть человек, что меня понимает. Был; но я могу с ним поговорить.

- Может быть вы не напишете гениальный переворачивающий мир роман, но кто-то прочитает вашу книгу, которая его поддержит - и напишет.

(на самом деле ее зовут Света Лукьянова и она клевая).

А вообще хокку мое погодное должно быть таким:

Куриным бульоном
в гриппозную стужу
меняю судьбу.

А ведь да, ведь это (райтинг, писательство) действительно для меня про феминизм и про свободу. Про снятие обязательств притворяться не собой, рациональной такой, чтобы быть принятой папой (=и миром, он же принимает только таких, ведь только такой быть правильно, так папа сказал). А я хочу быть собой, русалочка отбирает голос и шлет вас нахуй с вашими ножками и ножами, у меня есть хвост, go catch me in the water bitch

кто вообще сказал, что воздух - единственно правильная концепция и надо деформировать себя под нее

(Андерсен сказал, и про душу тоже. А я скажу, что моя душа уже есть. Тут. И она имеет наглость плыть)

Купила курс, кароч.

Сегодня день писателя. А ночью я приняла-поймала то желание, что гнало меня в Питер, то желание, что гнало меня в фотографию, то желание, что гнало меня в сказки, то желание, что гнало меня к детке и в приемное материнство - то бешеное азартное желание буравить тему.

И кайфовать от этого. От того, что я могу, у меня получается.

Я снова с ним - и мы идем в писательство. Мне было шестнадцать, я была на первом курсе и я была влюблена в профессию, но с годами зачем-то наклеила на себя копирайтерско-глянцевый стыдливый цинизм.

Так вот, нет. Я снимаю его, и я буду писать, я пишу.

Две недели, четыре текста. Кони, лагерь, хостел, и поправить аутизм.

А потом Оно. Пятым. Вот мой март. В котором начнутся курсы.

Между страхом смерти и страхом провала - все мы и живем. Мы все в море, и на моем корабле есть хороший запас провианта - и талант, и поддержка друзей, это главное. Я отправляюсь в плавание, я рискую жить так, как хочу жить. А иначе я не хочу. И я имею право жить так, как хочу жить. Папин и мамин голос "ишь выискалась" - я отказываюсь слушать их. И разрешая дочери жить всей собой - талантом - я разрешаю и себе.

Я - писательница. И я начинаю работу, каждый день.

Писать каждый день. И даже простые дневниковые заметки писать - одно роскошное, роскошное удовольствие, если писать их щедро. Не останавливая себя и не обрезая секатором то, что льется. Те широкие мазки слов. Иногда гинекологические, а иногда акварельные - бывает по-разному, да.