Москвоцентричный империализм подчас принимает самые абсурдные формы. В Кремле решили с размахом отметить годовщину Крещения Руси. Юбилей в цифрах не очень впечатляющий, 1035-летие, но это не столь важно, если пропагандистские цели побеждают здравый смысл.
Все торжества следовало бы проводить в Киеве — «матери годов русских». Собственно там, согласно летописцам, святой князь Владимир и проводил первые сакральные обряды. Но захватить столицу Украины в ходе путинского блицкрига не удалось. Про запас у Кремля есть Великий Новгород. Тем более, что там же находится и впечатляющий монумент «1000-летие России».
Однако в итоге решение в Кремле приняли самое нелепое. Весь праздник — с литургиями, хоругвями и крёстным ходом — прошёл, разумеется, в Москве. Неважно, что Белокаменной в судьбоносную эпоху Крещения не существовало. Зато там стоит в виде истукана огромный памятник Владимиру. Зачем же тогда чем-то себя затруднять?
Интересно, что князь (явно скандинавского происхождения) когда-то сам боролся с языческими истуканами. А теперь его огромная бронзовая фигура, по сути, играет роль идола. Но важно не это. Главное — внушить «глубинному народу», что всё сакральное и главное — в Москве. И без неё нет у России будущего. О том, что регионы мечтают жить без деспотии Москвы и вне России, — в Кремле никто слышать не хочет.

Известный российский литератор Валерий Панюшкин, родившийся в Ленинграде, но сделавший журналистскую карьеру в Москве, решил высказаться на тему распада России.
«Жду ли я этого распада? О, ужас! Да, жду.
Хотелось бы ошибаться, но полтора года войны совершенно убедили меня в том, что Россия не способна взяться за ум, пока остается огромным Левиафаном. Целиком для России я не вижу никакого выхода, никакого света в конце тоннеля, только, пусть и медленное, но уничтожение страны, народа, культуры, языка.
А по частям я вижу выход. Я представляю себе страну Сибирь, страну Урал, страну Татарстан и даже страну Ингрию, на которую возлагаю особенные надежды, потому что вырос там, потому что для меня пейзаж Родины — это не "то березка, то рябина", а валуны, озера и сосны, Ингрия, одним словом....
За полтора года войны Родина съёжилась для меня до размеров Ленинградской области, Ингрии, Ингерманландии. По ней я тоскую, в нее мечтаю вернуться, о ней готов заботиться, а вся остальная страна или вскоре, возможно, все остальные русскоговорящие страны — я просто не могу заставить себя о них думать».
Полный текст можно прочитать в издании «Спектр. Пресс».

1 августа в Японии открывается VII Форум свободных народов Построссии (7th Free Nations of PostRussia Forum). Ингрию будет представлять Денис Угрумов (Denis Ugriumov) Публикуем ссылку на прямую онлайн трансляцию.
Начало работы Форума в 9:30 (по местному, Токийскому времени). В Ингрии в это время будет 04:30 утра.
Важное пояснение. Из соображений безопасности, прямой трансляции первого дня Форума не будет будет. Дело в том, что встреча проводится в официальной правительственной локации. Но сразу же после завершения выступлений участников мероприятия будет выложено полное видео. Зато состоится прямая трансляция второго дня Форума (2 августа).

Накануне VII Форума свободных народов Построссии спикер от Ингрии Денис Угрюмов дал подробное интервью.
Важный диалог о неминуемости распада путинской империи и о будущем Ингерманланди смотрите на youtube-канале известного казахмтанского журналиста Ержана Тургумбая.

Этот день в истории Ингрии

29 июля 1702 года в ходе Северной войны состоялось сражение при Гуммельсгофе (посёлок Хуммули на юге современной Эстонии). Войска Петра I одержали уверенную победу над шведами. Это был уже второй успех русских в противостоянии с войском Карла XII. Пётр I сделал ещё один шаг на пути завоевания Ингреманландии.
Первая удача для Москвы случилась в сражении при Эрестфере (юго-восток Эстляндии) в декабре 1701 года. Обладая пятикратным преимуществом в живой силе и трёхкратным в артиллерии, Борис Шереметев заставил отступить отряд Вольмара Шлиппенбаха.
При Гуммельсгофе сошлись те же командующие. Причём Шереметев продемонстрировал явный прогресс в своих полководческих способностях. На этот раз у него было «всего лишь» трёхкратное преимущество в солдатах и двухкратное в пушках. Русские одержали решительную победу. Сам Шлиппенбах едва не угодил в плен.
Пётр I понял, что шведов можно побеждать. Во всяком случае, числом.

Этот день в истории Ингрии

30 июля 1938 года чрезвычайные «тройки» НКВД получили право выносить смертные приговоры «врагам народа». Это решение обернулось катастрофой для тысяч финноязычных жителей Ингрии.
Ещё до 1938 года финны-ингерманландцы и карелы подверглись репрессиям. Многие семьи были высланы из родных земель в рамках кампании по борьбе с кулачеством. Но теперь работники НКВД получили возможность без суда и следствия казнить всех, кого можно было «разоблачить» как шпиона, антисоветчика или диверсанта.
Работники НКВД Ленинграда в погоне за наградами и званиями брали повышенные обязательства по уничтожению «врагов народа». Чекисты легко находили этих людей в первую очередь среди горожан и жителей области с польскими, немецкими или литовскими корнями. Но ещё больше «предателей» можно было изобличить среди жителей финно-угорского происхождения. В регионе оставались десятки тысяч финноязычных жителей. Им стали вменять в вину работу на «белофинскую буржуазию» и с ходу выносить смертный приговор.
По «национальной линии» в последующие месяцы сотни ленинградцев-крестьян из области были расстреляны. Власти запретили в регионе все школы с преподаванием на финно-угорских языках. Ингерманландская интеллигенция была почти полностью уничтожена. Общее количество высланных и подвергнутых другим видам репрессий в 1930-е годы ингерманландцев оценивается в 35-40 тысяч человек.

30 июля 1950 года в Ленинграде был открыт Приморский парк Победы. По своей площади, 168 гектаров, — это одна из самых крупных зелёных зон вблизи исторического центра города.
Данное событие вряд можно было бы считать особо значимым, если бы не реалии жизни Санкт-Петербурга в XXI веке. Потому что с 2003 года в гигантском мегаполисе не появилось ни одной новой парковой территории. А открытый тогда с большой помпой Парк 300-летия Петербурга за время своего существования по площади уменьшился в 2,5 раза (до 38 гектаров, из-за «отгрызенных» зон).
По сути, назначаемые Москвой губернаторы ведут себя как временщики-колонизаторы. Всё направлено на выжимание материальных ресурсов. Например, с помощью превращения любых территорий в зону жилищного строительства.
Получается, что даже в людоедскую сталинскую эпоху власти хоть как-то заботились о будущем горожан. При городском планировании промзоны и жилые кварталы чередовались с парками. То же само происходило и в последующие годы существования СССР.
Не стоит думать, что к XXI веку места для парков не осталось. После 2000 года огромные пространства были освобождены от бывших заводских корпусов. Но нигде пространства для парков не нашлось. Всё было продано застройщикам.
Ещё более катастрофическая ситуация на окраинах мегаполиса. Там, где когда-то был «зелёный пояс», — созданы гигантские монстры, именуемые «человейниками». На месте рощ и лугов впритык друг к другу построены сотни безликих многоэтажных корпусов. Без скверов, без парковок, без инфраструктуры. А часто и без нормальных подъездных дорог.
В будущей независимой Ингрии эти жуткие кварталы и катастрофическая нехватка парков станут огромной головной болью для новых городских руководителей.

Очередную программу из цикла «Крушение империй» мы посвятили истории образования Соединённых Штатов. Британские колонисты на западной берегу Атлантики ни языком, ни верой, ни обычаями не отличались от подавляющего большинства жителей Англии. Но жить с ними в одном государстве всё равно не хотели. Борьба за освобождение от власти Лондона оказалась сложной. В итоге колонисты хоть и добились отделения от метрополии, но оказались отрезаны от современных инноваций и финансовых ресурсов. Ведь Великобритания была самой передовой и богатой державой той эпохи. И тем не менее, обретя независимость, американцы смогли создать могущественное процветающее государство. Как им это удалось? Рассказывает известный адвокат, юрист Павел Ивлев.

Философ Вадим Штепа опубликовал рецензию на новую книгу историка и культуролога Александра Эткинда «Россия против современности».
Вот главные тезисы:
1. Вторжение в Украину лишь часть большой войны российского государства против глобального прогресса;
2. Территориальное расширение, немыслимое в XXI веке для развитых стран, остается для кремлевских деятелей самоцелью;
3. Клика Путина стремится остановить продолжающееся развитие современных обществ, отбросить историю в прошлое;
4. 58% национального богатства принадлежит одному проценту населения, причем основные доходы сосредотачиваются в Москве, тогда как остальные российские регионы фактически остаются сырьевыми колониями
5. Чем дальше продолжается война, чем более варварские формы она приобретает, тем больше вероятность того, что привычное существование России прервется.

От редакции «Ингрии без границ» большое спасибо Вадиму как рецензенту, который позволил в очередной раз убедиться в проницательности и мудрости Александра.
Полный текст рецензии можно прочитать в издании Postimees.

Этот день в истории Ингрии

1 августа 1927 года была образована Ленинградская область. Этот субъект СССР серьёзно отличался от современного региона. Ещё в 1926 году советское правительство сформировало Северо-Западную область. Помимо прежней Петербургской губернии туда также включили Псковскую, Новгородскую, Мурманскую и Череповецкую. Площадь новой области составляла 368 тысяч квадратных километров (в четыре раза больше нынешней). Более того, Ленинград являлся центральным городом и столицей региона, а не отдельным субъектом.
Впоследствии советские власти ещё не раз перекраивали границы областей. В итоге площадь региона уменьшилась в разы, а Ленинград был превращён в город республиканского подчинения.
История с радикальным изменением границ Ленинградской области (причём решения принимались всегда в Москве) не уникальна. В любой империи по воле метрополии регулярно меняется нарезка границ провинций. Соответственно, всегда можно поднимать вопрос о «несправедливом переделе» и требовать «возвращения исконных территорий». Однако для XXI века такие инициативы неприемлемы.
При распаде империй надо в любом случае брать за основу уже существующие границы субъектов, а в дальнейшем строить отношения с соседями так, чтобы границы со шлагбаумами и таможни уходили в прошлое. Современный Евросоюз является самым ярким образцом единого экономического пространства, где существуют десятки суверенных государств, но можно проехать на машине от Финляндии до Португалии и не встретить ни одного пограничника.
В будущей независимой Ингрии (Ингерманландии) никакой разумный политик не будет требовать «возвращения к границам 1927 года».