– Что я чувствую или не чувствую – не твое дело.
– Следи за своим тоном, Лия, – его голос понижается с неприкрытой угрозой.
– Или что?

– Если никто не говорил этого тебе, то просто знай, что я так горд тобой, – Джереми опускает подбородок на мою голову.

Насте казалось, что ее обнимает не Мира, а Даша – единственная ее настоящая подруга в далеком детстве, когда ей казалось, будто весь мир отвернулся от нее. 

Я знала Алену с первого курса, уже много лет. Каждый день мы общались по телефону, виделись несколько раз в неделю, вместе отдыхали. Я считала ее близким и дорогим человеком. Когда ей было плохо, я помогала, когда она была счастлива – я радовалась вместе с ней. И я не думала, что однажды потеряю ее.
Но прошедшая ночь, кажется, все изменила.
Всего лишь одна ночь разрушила нашу дружбу.

#1 – Мне многое нужно. И вообще, где наш обаятельный и веселый придурок, ежеминутно совершающий тупые поступки?
– Заткнись.
– Что ты мне сказал? Нет, поставлю вопрос по-другому – это ты мне сказал? – негромко спросила девушка, а потом без перехода заорала на всю аллею. –Да ты кто такой?!

#2 – Только потому, что я голодна, не уйду, – прошипела она.
Девушка вновь уселась в кожаное кресло с удобными подлокотниками и высокой спинкой, несколько раз проведя тыльной стороной ладони по своим губам.
– Твоя романтика мне не понравилась. Стремная она, знаешь ли, – отрезала Ника.

#3 – Настя, – прошептал Ярослав, вновь пытаясь обнять меня.
– Я тебя уложила, – сообщила я сидя-щему под деревом Зарецкому и, поправив кофту, быстрым шагом пошла к домику с гордо поднятой головой.

#4 – У тебя лицо такое, будто ты задумала месть.
– Нет, что ты. Как муравей может отомстить слону?

Я глубоко вздыхаю, когда воспоминания о зловещих голубых глазах вторгаются в мою голову. Иногда это лучшая часть сна, а иногда – самая ужасная вещь в кошмаре, единственная вещь, которая заставляет меня просыпаться посреди ночи.

– Ты уверен в себе? – внимательно посмотрела на него бледная Полина. – Мы сможем оттуда выйти?
– Конечно. Просто доверься мне, Маслова. Хотя бы раз в жизни. Я не хуже его, – вдруг с горечью сказал Степа. – Не хуже твоего Ярослава.
– Сомневаюсь, – гордо вскинула подбородок Полина.

И крепко, грубо для девушки, поцеловала Карла. Вместо удовольствия и нежности он чувствовал лишь раздирающий холод, проникающий внутрь его тела, как прозрачная ядовитая змея.
Что бы ни делала эта женщина – все для него было законом.