Смеется сатана над стариком
Причастным к опрометчивым зачатьям
Сожительствуя с потным кулаком
Старик справляет золотую свадьбу

Химерой за неделю овладев
Легко профукав длительную битву
Перед глумленьем юношей и дев
Беспомощна молитва и поллитра.

Нравится слово номенклатура.

как будто последние волны
здесь озеро давит из вод
я жил тут все лето безвылазно зол на
лета исход

на ягодный бунт краснопёрый
и сырости запах грибной
на приторный привкус историй который
собрался за мной

бесхозная эта долина
нечищенный издавна лес
куда я прожив промотав половину
со страха залез

я знаю мне только по силам
старанием множить ущерб
по хлеву разбросанный силос по хлебу
тоскующий серп

тут русского Фроста наденешь
упрямые впадины щёк
я дачник я страшного датчик нигде не
привитый дичок

Дорога выходит из леса,
и снова во весь разворот:
еврейский погром разновесов,
разнузданный теннисный корт.

И снова двоичная смута
у входа встает на ребро.
Невидимой астмой раздуто
бетонное горло метро.

Бессмысленней жаберной щели,
страшней, чем в иконе оклад,
они безобразней гантели,
и гуще ширенги солдат.

Налево пойдешь - как нагайка,
огреет сквозняк новостей.
Направо - опять контргайка
срезает резьбу до костей.

Я вычерпал душу до глины,
до черных астральных пружин,
чтоб вычислить две половины
и выйти один на один

с таким оголтелым китайцем,
что, сколько уже ни крути,-
не вычерпать, как ни пытайся,
блестящую стрелку в груди.

Не выправить пьяного жеста,
включенного, как метроном.
не сдвинуться с этого места.
Чтоб мне провалиться на нем.

Нравятся слова:
Разну́зданный
Поволокло́
Телепа́ет

Сцепка
Штопка
Скрепка
Решётка
Громко
Кратко
Скрытно но
Стыдно.

В десять начинается будильник
В девятнадцать будет кавээн
Трупы покидают холодильник
Фирменной походкой Boney m.