Зарабатывая деньги на тоске...

И всё, дальше кроме куске и волоске другой рифмы у меня для вас нет.

В твой внутренний Бейрут
Меня с утра запрут
Мышей туда натрут
Они умрут

Ты зря вот так молчишь
Картав и сладок движ
Ты вряд ли прилетишь
В чужой Париж

Твой внутренний Агдам
Я туркам не продам
Там древний минарет
А рядом храм

Горят концы ресниц
Скрипят жильцы больниц
Ты больше не фанат
Моих столиц

Прикол что это декабрь 2020

Грязные делишки
Странные мальчишки
Гонят всё пургу

Вязкая метода‌
Дым из-за завода
Будто бы Сургут

Чёрное подальше
Белое как раньше
Он в итоге се‌р

Мягкий знак из фальши
Ёбаный обманщик
Мир жестокосерд

Образы и прыти
Стянутые нити
Чето там ещё

Чето там попросят
Куда-то увозят
Всё это не в счёт.

Нарциссичные невротики - это холерики часто, кстати.

Каждый вторник он обнаруживал, что наносит ей увечья тем, что необъяснимо любит в ней что-то больше, чем ее саму.

Старики обживают улицу, как траншею,
осторожным шажком: налево, направо зырк.
И у каждого колокольчик на тонкой шее
обездвижен и безъязык.
Им понятно, что бой неравен, а ров неровен.
Все труднее дышать под маской беззубым ртом.
Срок просчитан, а колокольчик пронумерован,
вписан в ведомость, и его заберут потом.
Старики семенят, сбивая в ходьбе набойки,
так прозрачны в апрельских сумерках, что дитя
пробегает сквозь них, тинейджер летит на байке,
оперяются клены, гривами шелестя.
Безнадзорные, сокращающие до мига
путь извилистый от собеса к небытию,
слышат музыку: это вслед им поет Доминго
на балконе, как на переднем своем краю.
И покуда ты, в добровольной томясь тюряге,
в сотый раз подсчитав, как список смертей подрос,
кипятишь молоко, отхлебываешь из фляги,
очевидное, словно мантру, бубня под нос:
что не Юлиус Фучик ты и не Януш Корчак, -
твой сосед внизу
все звонит, звонит в беззвучный свой колокольчик,
сглатывая слезу.

окно закрыто не сквозит
кондишен на нуле
и вновь послание скользит
как надпись на рубле

переползая по стене
стремится к потолку
и на невидимом ремне
подобно пауку

накручивает сквозь года
лихой аттракцион
и снова пахнет как тогда
расколотый флакон

Но самое сексуальное это то, что он способен понять и рассмеяться в глаза безумному пиздецу.

По средам он швырял свое сердце в окно. А когда оно разбивались – оказывалось, что это её.

- Что будет дальше?
- Сначала самообман. Потом безумие: «Может в этот раз всё будет по-другому?»