Едет старенький трамвай
По засекреченным маршрутам
А я ищу себе сарай
На жёлтых улицах Бейрута.

Неправда что мы с тобой слабее стали
Но я хрупкий стал как полоса стекла
Стихам моим неважно чтобы их читали.
Ну хотя нет, им надо, чтобы ты прочла.

Кому-то снятся помещения пустые
кому-то снятся стены полные людей
ступени лестницы широкие крутые
и одиночество бескрайних площадей
и кто-то прозванный кубышкою за скупость
бараньим профилем бодая небеса
фотографирует бессмысленную глупость
фасады зданий барельефы облака
а у него всего-то сбережений
как будто сорок лет назад заснул
по блату добытая книга отражений
и анекдот про бронепоезд и кабул
зал опустел разъехались без злости
колдует силуэт над башмаком
строгая выпирающие гвозди
при выключенном звуке терпугом
зачем снимать покинутые здания
на фоне безутешных новостей
коль за порогом зала ожидания
ни рельсов ни перрона ни путей.