Недочитанность ненасытность
недоеденность недосмазанность
пассажиристая транзитность
неприкаянность непривязанность
от бессонницы замирая
с дикой думой про фунт махорки
под софитами загорают
лежа в беспотолочном морге
киновед директор завода
силовик и работник мида
в эту ночь вынимают фото
а на нем фарисей и мытарь
утомленные круговертью
зимней дозы больших снежинок
семенят за химерой смерти
по коврам бесконечной жизни
высока она высока
лампа в храме без потолка.
недоеденность недосмазанность
пассажиристая транзитность
неприкаянность непривязанность
от бессонницы замирая
с дикой думой про фунт махорки
под софитами загорают
лежа в беспотолочном морге
киновед директор завода
силовик и работник мида
в эту ночь вынимают фото
а на нем фарисей и мытарь
утомленные круговертью
зимней дозы больших снежинок
семенят за химерой смерти
по коврам бесконечной жизни
высока она высока
лампа в храме без потолка.
Когда копчений дефицит
копти местечко
мирощущенье дев и цып
оптимистично
полубомонд полукагал
спешит к максиму
слюною капает оскал
отца и сына
восходят вдовы на костер
в шузах модельных
а женщина-гипнотизер
таращит бельма
осуществляется ленд-лиз
всё дело в корме
и поощряется стриптиз
в пределах нормы
кого-то в грязь кому-то язь
в прудах валдая
но журналисты затаясь
не голодают
не важно где кто там кто здесь
вся суть в котлете
и даже корпулентный тесть
где - на диете.
копти местечко
мирощущенье дев и цып
оптимистично
полубомонд полукагал
спешит к максиму
слюною капает оскал
отца и сына
восходят вдовы на костер
в шузах модельных
а женщина-гипнотизер
таращит бельма
осуществляется ленд-лиз
всё дело в корме
и поощряется стриптиз
в пределах нормы
кого-то в грязь кому-то язь
в прудах валдая
но журналисты затаясь
не голодают
не важно где кто там кто здесь
вся суть в котлете
и даже корпулентный тесть
где - на диете.