Цепкая болотистая лапа стыда.

Я бы тебя на руки взял,
Я бы тебя взял и унёс,
Тихо смеясь на твои «нельзя»,
Вдыхая запах твоих волос.
И, не насытившись трепетом тел,
Стуком в груди нарушая тишь,
Всё просыпался бы и глядел,
Плача от радости, как ты спишь.

Я бы к тебе, как к ручью, приник,
Как в реку в тебя бы вгляделся я.
Я бы за двести лет не привык
К бездонной мысли, что ты моя.

Если бы не было разных «бы»,
О которые мы расшибаем лбы.

Никаких ковров, никаких правильных контуров,
Никаких псов в конурах, мониторов, роторов,
Никаких рвов, рваных ран, ртов распростёртых в оре,
Прерванных нервных реплик, рокота в разговоре

Никаких букв Р

Надоело

Плавленную любовь лучше
Ласково пустить в дело

Память о далёком детстве
В надписях на стенах
Не химическое средство
Пузырится в венах