Был на берлинском ‘первомае’, уже второй раз. День труда отмечен колготками, иногда тупо жопами, иногда глаз смотрит на тебя - второй на дерево, короче , обычный день, только шествие 20к ментов на 12к шагающих, поджигающих тачки, орущих леваков (я дома, я к либертарианским движениям ближе, я знаю, что не поймут-с).

Так как этот к[анал] - моя, в большей степени, беллетристическая, чем анонсная жизнь, своего рода, публичные дневники, зарубки на карте перемещений для близко-далеких, я его не пŷшу, не ищу случайных знакомств/читателей, отношусь чрезвычайно похуистически, честно, без ложных ложек и развилистых вилок. Так вот, решение - буду объявлять всех, кто сюда пришёл и кто ушёл. Я не знаю каким чудом многие здесь очутились, в столь замечательной компании, посему, не могу не сделать своё гусарское ‘пха!’

Сводка новостей к этому часу:

Старый добрый поезд Берлин - Амстердам.
За окном: снова Голландия, чистые ровные дорожки (гусары - молчать, речь о велосипедах), приятный ландшафт, молодежь на грядках. Думаю, как эта (относительно) небольшая страна бережёт каждый уголок земли, борется за него со стихиями, осушая грунт и тп. Были разные периоды у этих мест, чего уж тут. Ну, вот мы-то здесь, и, вроде бы даже, сейчас. Ты попробуй докажи через неск. лет, что в Киеве был, за гривны в Севастополе чурчхелу покупал, Насте из Черновцов смс-ки с сердечками втридорога слал.

Аня, рад вас приветствовать, ставьте побольше реакций, тут это не возбраняется.

Катерина, хлопайте дверью, фыркайте, бейте в набат - умоляю, но только бы не по сюжету Островского. Вам ещё жить и жить, это была славная подписка, мы никогда не встретимся, будьте собой и ничего не бойтесь!

в жопу себе этот снег засуньте (не метафора. не перевозка товара через границу. оздоровительные процедуры)

Пива дай стаканчик
Подойди ко мне банвиванчик

Радость встречи с деепричастием в ник-нэйме! Herzlich willkommen!

Приснилось: я на опере. Зевнул 17 раз, пукнул 1 раз, Кукушкин сказал всего одно слово за 3,5 часа (‘Сюзанна’, +ему расцарапали лысину), Светка фоткалась с Шольцем, пили кофе. На аплодисментах я проснулся, вокруг - аплодисменты.

Проиллюстрировал (приручивший юную нейросеть) Женя Перевалов - команданте сновидений.

Что ответить?

Хочется написать: как дела? А кому - не знаю, зачем - тоже. Такой сиюминутный порыв, знаете ли, из самой глубины души. Вот, просто - ну, как дела? Как ты там? Как в целом? Твои в порядке? Настрой? Бодрость духа? Не грустишь? И правильно, грусти, иногда полезно. Что нового? Да, и у меня. Ну ладно бери (шучу), давай! Ага, ну давай. Да! держись.

Из пустого-полумечтательного впервые написал Жене в СИЗО, впервые за год с лишним.

Nеимоверено Naслаждаюсь Nововыми Nочными Naпарниками, Nамутим Naрративов?

Net…

Три неизданных альбома Лубнина за неделю. Три! Сердце - не камень, как говорит Юля в таких случаях. Выпить водки не с кем, но это ничья печаль.

Бродяги собирали тряпки, там, пожитки,
Челик в метро начертил чем-то серым дорогу,
На лавке под окнами, мастурбировала бомжиха,
Деды, облачённые в латэкс, пересекали дорогу.

«Никто никому не ответил, а значит никто не приедет» -
Я слышал не раз за вечер, что перетекал в рассвет,
Никто никогда не родится, а, значит, и не уедет,
А, значит, никто на кухне не выключит едкий свет.

Мы с ними едва знакомы, как звери - по водопой,
За первый попавшийся угол, ссутулившись прём толпой -
Таинственная братва,
Тяни, да передавай;
Тяни, да передавай;
Тяни, да передавай;