майнкрафтовый мир победил, парик оказался сильней

привет.
это не веселый пост, и на него не надо ставить реакции и писать комментарии.
в понедельник, 11 августа, у меня умерла мама.
моя мама, Ковалёва Лариса Викторовна, была очень ярким и неоднозначным человеком. творческая до мозга костей, — она писала песни и стихи, рисовала картины, писала романы.
она была педагогом музыки и очень круто работала с детьми в школах и детских садах.
она всегда была хранительницей очага.
и вместе с этим, к сожалению, она насуетила в своей жизни много нехорошего, была очень конфликтным и вспыльчивым человеком.
мама всегда будет огромной частью меня, моего брата и сестры, отца и всей нашей семьи.
я буду верить, что клетки ее тела переродятся во что-то очень красивое, искусное, музыкальное и яркое, какой она сама и была.

моя мама преподнесла мне много уроков.
чаще всего она делала это в принудительном порядке, буквально вбивая в голову то, что я должна усвоить.
таким образом я, например, усвоила, как поддерживать порядок в квартире, как готовить, как ухаживать за своей семьей, и, в целом, как быть женщиной.
ровно таким образом я усвоила основы музыки.
какую музыку слушать, как петь, как играть на музыкальных инструментах, как придумывать песни и стихи. как научиться чувствовать ноты, мотивы, и выражать свое "Я" через музыку.
среди маминых уроков, к сожалению, было много и не самых экологичных наставлений и инструкций. многие мамины советы со временем превратились в комплексы и травмы, которые не стали для меня опорой и фундаментом.
но этот текст не о плюсах и минусах родительских наставлений.

главный урок, который преподнесла мне мама, - это смирение с нестабильностью и быстротечностью абсолютно всего, что нас окружает.
в нашей семье всегда перемены были главным спутником, - мы переезжали, меняли окружения, школы, работы, интересы, увлечения, учились ко всему адаптироваться и мириться с окончанием того или иного этапа. все эти перемены всегда инициировала мама. я уже не смогу узнать, почему конкретно она так делала, - от скуки, или же правда в воспитательных целях.
ее уход стал конечной точкой этого урока. таким же резким и незапланированным, как и все остальное. и с этим также надо мириться и жить дальше, не смотря на.

а урок, который я сама для себя вынесла из истории мамы, - не стоит ожидать благословения и везения, спустив все на самотек.
не повезет и не сложится.

ребята, берегите себя, своих родных и друзей. не ждите, что все решится, сложится и вылечится само по себе.
мы не всемогущи. но можем быть заботливыми и внимательными настолько, насколько это возможно.

а еще.
никто не умирает слишком рано. все умирают вовремя.

Илюша, 7 лет: как тумбочке не скучно лежать годами?
Дима, 26 лет: ну у нее нет сознания.
Илюша: она что, упала без сознания?

Посвящается стулу

I
Март на исходе. Радостная весть:
день удлинился. Кажется, на треть.
Глаз чувствует, что требуется вещь,
которую пристрастно рассмотреть.
Возьмем за спинку некоторый стул.
Приметы его вкратце таковы:
зажат между невидимых, но скул
пространства (что есть форма татарвы),
он что-то вроде метра в высоту
на сорок сантиметров в ширину
и сделан, как и дерево в саду,
из общей (как считалось в старину)
коричневой материи. Что сухо
сочтется камуфляжем в Царстве Духа.

II
Вещь, помещенной будучи, как в Аш-
два-О, в пространство, презирая риск,
пространство жаждет вытеснить; но ваш
глаз на полу не замечает брызг
пространства. Стул, что твой наполеон,
красуется сегодня, где вчерась.
Что было бы здесь, если бы не он?
Лишь воздух. В этом воздухе б вилась
пыль. Взгляд бы не задерживался на
пылинке, но, блуждая по стене,
он достигал бы вскорости окна;
достигнув, устремлялся бы вовне,
где нет вещей, где есть пространство, но
к вам вытесненным выглядит оно.

III
На мягкий в профиль смахивая знак
и «восемь», но квадратное, в анфас,
стоит он в центре комнаты, столь наг,
что многое притягивает глаз.
Но это — только воздух. Между ног
(коричневых, что важно — четырех)
лишь воздух. То есть дай ему пинок,
скинь все с себя — как об стену горох.
Лишь воздух. Вас охватывает жуть.
Вам остается, в сущности, одно:
вскочив, его рывком перевернуть.
Но максимум, что обнажится — дно.
Фанера. Гвозди. Пыльные штыри.
Товар из вашей собственной ноздри.

IV
Четверг. Сегодня стул был не у дел.
Он не переместился. Ни на шаг.
Никто на нем сегодня не сидел,
не двигал, не набрасывал пиджак.
Пространство, точно изморось — пчелу,
вещь, пользоваться коей перестал
владелец, превращает ввечеру
(пусть временно) в коричневый кристалл.
Стул напрягает весь свой силуэт.
Тепло; часы показывают шесть.
Все выглядит как будто его нет,
тогда как он в действительности есть!
Но мало ли чем жертвуют, вчера
от завтра отличая, вечера.

V
Материя возникла из борьбы,
как явствуют преданья старины.
Мир создан был для мебели, дабы
создатель мог взглянуть со стороны
на что-нибудь, признать его чужим,
оставить без внимания вопрос
о подлинности. Названный режим
материи не обещает роз,
но гвозди. Впрочем, если бы не гвоздь,
все сразу же распалось бы, как есть,
на рейки, перекладины. Ваш гость
не мог бы, при желании, присесть.
Составленная из частей, везде
вещь держится в итоге на гвозде.

VI
Стул состоит из чувства пустоты
плюс крашенной материи; к чему
прибавим, что пропорции просты
как тыщи отношенье к одному.
Что знаем мы о стуле, окромя,
того, что было сказано в пылу
полемики? — что всеми четырьмя
стоит он, точно стол ваш, на полу?
Но стол есть плоскость, режущая грудь.
А стул ваш вертикальностью берет.
Стул может встать, чтоб лампочку ввернуть,
на стол. Но никогда наоборот.
И, вниз пыльцой, переплетенный стебель
вмиг озарит всю остальную мебель.

VII
Воскресный полдень. Комната гола.
В ней только стул. Ваш стул переживет
вас, ваши безупречные тела,
их плотно облегавший шевиот.
Он не падет от взмаха топора,
и пламенем ваш стул не удивишь.
Из бурных волн под возгласы «ура»
он выпрыгнет проворнее, чем фиш.
Он превзойдет употребленьем гимн,
язык, вид мироздания, матрас.
Расшатан, он заменится другим,
и разницы не обнаружит глаз.
Затем что — голос вещ, а не зловещ —
материя конечна. Но не вещь.

Иосиф Бродский

внимание внимание!

Сегодня из квартиры гражданки Юлии Максимовны сбежал кофе. Последний раз его видели 10 сентября в 8:30 в компании корицы и соленой карамели.
Особые приметы: африканской внешности, черный, молотый. Зовет себя Фреско Арабика.
Состоит в недружественных отношениях с туркой и плитой.
В результате предварительного следствия выяснено, что в день побега Фреско поругался с вышеупомянутыми лицами, и после этого сбежал.
В месте, где его видели в последний раз, найдены переваренные частички самого господина Фреско.

При наличии любой информации обращайтесь к Юлии Максимовне!

на стриминговые площадки вернулся мой любимый трек у НИЧЕГО!

эта песенка много чего значит лично для меня, а в скором времени у них появятся новые, не менее замечательные и залипательные песни!

слушаем. преисполняемся. запоминаем.

https://music.yandex.ru/album/38107692/track/142626537?ref_id=041B034F-BC87-441F-8979-F3D296D07109&utm_medium=copy_link

великий бдюн Юлий Максимович к вашим услугам. съем ваши дирижабли, наругаю за грязные полы, оплату беру переводом на карту (не меньше ста миллионов деняк)

я в последнее время увлеклась изучением своей генеалогии, и внимательно шерстю по родственникам и интернетам все, что может быть полезно в этом направлении.

что действительно впечатляет:

из неизвестного мне ранее: в раскопках по маминой линии я нашла своего прямого предка, родившегося в Ульяновской области аж в 1752 году (!)
в этом направлении мне еще предстоит долго трудиться, но сам факт того, что удалось раскопать до 18 века, меня очень будоражит.

из того, что я уже знала, и частенько обсуждала с отцом, — это наследие моего прадеда, Ачкасова Алексея Степановича, родившегося в 1920 году.

он прошел Великую Отечественную Войну, побывал в нескольких немецких концлагерях и неоднократно бежал из них, совершенно удивительным образом выжил при всех этих обстоятельствах.
остался при этом крайне позитивным и жизнелюбивым мужичком.
уже после войны получил заочно несколько образований, добился успехов в карьере, обзавелся семьей и дожил до 82 лет.
короче, легендарный дед.

он оставил после себя мемуары о своей жизни и о том, как проходила для него война.

во-первых, это просто очень интересно безотносительно того, что я его правнучка.

а во-вторых, прикольно находить прямые пересечения с собой в тексте своего предка, хотя я и не видела его при жизни (он умер в 2002 году).
пересечения с тем, как его манера повествования похожа на мою, как он описывает свои переживания («да я б точно также описала!»), как иронизирует над всем, чем можно (и на чем нельзя, тоже, с особой ухмылкой)

короче, круто иметь возможность поизучать, из какого теста тебя слепили, и как события прошлого, позапрошлого и прочих веков напрямую отразились на твоей личности.