Хоть я и выкладывал уже этот солячек, но сегодня тот самый день, когда дождь будто сам просит включить что-то старое и настоящее.
Просто сесть, выдохнуть и дать музыке сделать свое дело.

Под такую погоду очень захотелось сыграть соло из Whitesnake — Is This Love.
В нем есть какая-то тихая теплота, которая особенно цепляет, когда за окном серо, мокро и весь день как будто немного на паузе.

Иногда такие песни возвращают в какое-то свое состояние.
Туда, где все чуть медленнее, чуть эмоциональнее, а может быть лиричнее, но без лишних слов.

Сегодня вот так.

На днях сдал свой объем музыки для 4 сезона «Основания» по одноименной саге Айзека Азимова.

Не могу сказать, что я поклонник этого сериала, но сама работа получилась для меня очень живой и интересной. Всегда есть что-то особенное в таких задачах, когда через музыку пытаешься нащупать настроение, характер, внутреннее движение сцен. Это довольно тонкая штука, и, наверное, именно в этом для меня был главный интерес.

Увидим ли мы 4 сезон и когда это случится — не знаю, правда. Моя часть пути здесь на данный момент сделана.

Но сам опыт остался хорошим. Теплым, любопытным и точно не пустым.

Смотрели? Какие впечатления?

«Поговори же ты со мной, гитара семиструнная…»
Сегодня с ужасом обнаружил, что у моего любимого семиструнника от неистовых занятий повылезали лады — с 13‑го по 17‑й. А вы тут про хваленый Richlite…
Гитара будто шепчет: «Бро, я все» Но отступать нельзя — взял себя в руки (и инструменты вруки тоже). Вооружился фрет‑рокером, надфилями и рекраунером — и вперёд, спасать этот «меч Оденбурга»! И даже не привлек внимание санитаров.
Жопыт научил: даже самый крепкий инструмент требует заботы — и периодического ТО.
А у вас бывали подобные казусы с гитарой? Как решали? Делитесь в комментариях — может, есть лайфхаки, которые помогут мне в будущем избежать таких сюрпризов? Без советов -сходи к мастеру.

Моему поколению правда повезло. Мы застали великанов.

Не в переносном, в книжном смысле — а по-настоящему. Огромные фигуры на больших сценах, перед морем людей. Они светили так, что этот свет долетал до каждого, даже если ты стоял где-то далеко, в последнем ряду, у экрана, у старого магнитофона, у своей первой дешевой гитары. В них было что-то большее, чем просто музыка. Они как будто проводили через себя ток, мечту, силу, свободу.

На них хотелось быть похожими. Им хотелось верить.

И вот спустя много лет я могу сказать от себя: не зря я тогда поверил великанам. Они многому меня научили. Где-то — не сдаваться. Где-то — держаться за свое. А главное — они дали мне возможность поверить в совершенно безнадежную сказку с названием музыка.

И я просто хочу об этом напомнить. Я помню то время. Помню этот свет. Помню великанов и фестиваль мира 1989г

Иногда рифф вползает в пространство, как тёплый ток по венам старого города.
Словно кто-то расплавил металл, добавил в него сумерек, немного машинного масла и заставил это дышать.

В таких штуках нет лобовой атаки.
Они работают иначе.
Обволакивают и затягивают.
Как длинная тень от неоновой вывески на мокром асфальте.
Как вязкая мысль, от которой не хочется избавляться.

Вертикальное видео — будто щель в стене, куда на секунду можно заглянуть и увидеть, как звук меняет плотность воздуха.
Просто рифф.
Плавный. Обтекаемый.
Но с характером такой странной воды, в которой, кажется, отражается небо, а на деле — что-то электрическое, подземное и дышащее.

Ночной мегаполис в лиловом цвете.

Такой, где стекло домов дышит вечерним теплом, неон течет по асфальту, а где-то между этажами застряла мелодия.
Сидим в студии и собираем эту песню по кусочкам: немного воздуха и чуть тревоги, щепотка красивой городской тоски.

Иногда кажется, что город за окном тоже слушает.
Просто делает вид, что ему все равно.

Викторина! В какой группе какой гитарист играл какую песень?

Сегодня третье мая — день паяльника.

Спустя полгода после того, как я поставил на свой Fender Jaguar звукосниматели Seymour Duncan Hot Jag, стало окончательно ясно: не мой звук.

Я честно пытался с ними сжиться. Привыкнуть. Найти угол, где оно вдруг задышит. Но нет. Слишком хмуро, плоско и скучно. Как будто у короля сёрф-рока отобрали океан и выдали подвальное помещение без окон.

Jaguar — он ведь не про «пожирнее» и «позлее». Он про нерв и «то самое и эту странную винтажную магию, где нота не просто звучит, а будто бы переливается.

Сегодня ставлю совсем винтажные Fender-звучки, которые совершенно случайно удалось приобрести.

Надеюсь, король Сюрфа снова вспомнит, кто он такой.

Играю тяжелый шагающий рифф.

Думаю у него есть вес, ботинки, маршрут и плохое настроение. Он крепко сидит на ритме, как бетонная плита на арматуре: никуда не спешит, но при этом тащит свой первобытный камень.

Но в этом есть и что-то городское. Цифровое. Ночное. Будто не гитара звучит, а район после полуночи: светофоры мигают, провода гудят, окна высоток пялятся в темноту, а где-то под асфальтом щелкает метроном большого промасленного механизма.

И вот весна уже пришла не открыткой с цветочками, а теплым воздухом из дворов, запахом пыли, бензина, мокрого камня и первого ночного тепла. Весна это здорово!

Город оттаивает.
Металл в нем становится мягче.
А рифф — тяжелее.

Сегодня закончил конкретизировать свои воспоминания для книги о истории слот. Набралось всего то 10 страниц текста. Честно говоря, думал что будет больше. Что то удалил, ибо показалось незначительным. Спустя время и на опыте от пережитого какие то воспоминания стали красочнее и важнее, а какие то наоборот потеряли свой цвет или вовсе скукожились до пылинок, которые пришлось просто сдуть. Раз за разом падая в историю и возвращаясь обратно ощущаешь, что это серьезный и трудный путь самурая или самураев, а всей той книжной романтики в стиле сказочный рок н ролл по сути кот наплакал.

С Днём Победы.

Это главный праздник страны. День, в котором слишком много боли, чтобы говорить громко. И слишком много величия, чтобы молчать.

9 мая — это память о людях, которые прошли через невозможное. О тех, кто ушёл и не вернулся. О тех, кто вернулся, но уже никогда не был прежним. О тех, кто держал фронт, тыл, завод, дом, детей и надежду на победу.

Мы родились уже после. Мы не знаем той тишины после взрыва, холода страшных зим, блокадного голода, звериной жестокости врага и настоящей цены победы. Но мы обязаны помнить внутри с ебя. По настоящему и навсегда.

Спасибо всем, кто победил. Всем, кто выдержал. Всем, кто подарил нам право жить, любить, писать музыку, строить планы, спорить, мечтать и встречать весну.

С Днём Победы.
С вечной памятью.
С благодарностью.

Любите ли вы музыку для детских мультиков так, как я ее люблю? 😏

Викторина! В какой группе какой гитарист играл какую песень?

Начинаю подготовку к релизу своего сольничка. Немного со съемок видосов на одну из песен. Атмосфера 80х. Тех самых, где остался Delorian, VHS, двухкассетники мечта о будущем. Где люди уже привычно покоряют космос, но в воздухе пахнет кожей и бензином.

Вчера кое что снимали секретное со слот. Посмотрим, что из этого выйдет.

Перечитываю «Охоту за Красным Октябрём» Тома Кленси — тот холодновоенный технотриллер 1984 года, где подводная лодка становится почти мифологическим существом: сталь, глубина, паранойя, хладнокровная измена.

И там есть маленькая деталь, от которой я завис.. Политического офицера на борту «Красного Октября» зовут Иван Юрьевич Путин.

Просто персонаж. Просто фамилия. Просто 1984 год.

Иногда даж легкочтивная литература оставляет ненароком такие случайные металлические заусенцы, о которые через десятилетия цепляется и начинает слезиться взгляд
.
Вот за это я и люблю старые книги про холодную войну: читаешь вроде про подлодки, сонары и секретные приказы, а между строк внезапно слышишь, как ударяется и скрежещет большая история.

Были на шикарном фесте Рок над водой! Мы приехали и в этот момент выступала группа Мастер. Фактически группа моего детства. Мне очень нравилась их первый винил Мастер. Как сейчас помню «кровь как вода уходит в песок. Надо опять начинать с нуляяяя!» кайф! Была еще арийская Здесь куют металл. Шикарный качевый и очень узнаваемый бит! Ну и торреро. Такая плавная фламенкийская атмосфера.