В субботу в 18:00 у нас в гостях — Елена Дорофеева.

Скандинавская литература пользуется большим успехом у читателей многих стран мира. Северные авторы умеют смело и искренне рассказывать о многообразии современной реальности, хрупкости природы и человеческих отношений. Произведения самых разных жанров – детективы и психологическая проза, комиксы и книги для детей и подростков – переводятся, издаются, экранизируются, ставятся на театральной сцене, в том числе в России.

Поговорим о своеобразии скандинавской литературы, опыте создания серии «НордБук» в московском издательстве «Городец» и наиболее успешных и ярких проектах серии.

Придёте? + в комментариях.

​Сьон
«Я – спящая дверь»

Заключительную часть трилогии «CoDex1962» исландского поэта, прозаика, драматурга etc. Сьона уже можно читать по-русски. Сьон работал над трилогией четверть века, постмодернистски играя с жанрами: от любовного романа к откровенной эротике, от детектива к мистическому триллеру, от научного исследования к философской притче; темами и сюжетами. Вдохновившись однажды в Праге историей о Големе, созданном раввином Лёве для спасения евреев, Сьон пообещал – себе и тому раввину – интегрировать пражско-еврейский миф в исландскую культуру. И сделал в итоге гораздо больше.

В трилогии «CoDex1962» внимательный читатель обнаружит множество сюжетов, характерных для культуры разных стран: от космогонических и эсхатологических мифов до историй о всемогущем советском разведчике или безумном учёном. Всё это парадоксально собрано в гармоничное полотно, парадоксально, потому что гармония эта часто обнаруживается благодаря элементам сюрреализма и даже абсурда. Это чтение может быть лёгким и развлекательным для тех, кто гонится за сюжетом и оригинальными персонажами, а может обернуться затяжным исследованием для того, кто замахнётся на интерпретацию. Не случайно одним из важных сюжетов в «Я – спящая дверь» становится создание гобелена «Дама с единорогом», монументального полотна посвящённого, кроме прочего, перцепции.

«Я – спящая дверь» с подзаголовком «научный роман» продолжает историю Йозефа Лёве, глиняного мальчика, которого отец привёз в шляпной коробке в Исландию и оживил на новой земле. Но, как и в предыдущих частях, Йозеф не столько герой, сколько рассказчик. Он делится историей своей жизни с интервьюером, которую нанял руководитель проекта CoDex1962, гениальный генетик, задумавший выделить исландский ген. Генетик уверен, что в 1962 году, когда в мире проводили мощные ядерные испытания, в Исландии родились дети с различными мутациями. Теперь он ищет этих выросших детей, чтобы получить генетический материал и истории жизней.

Что же, получается, это роман о генетике? Нет. Это роман о генезисе. О происхождении жизни, человека и человечества, народов и поколений, любви, одиночества и смерти, которая появляется вместе с жизнью. Вместе с тем это роман о поэзии, о Слове, возможно, том самом, что было в начале.
Если смотреть на трилогию в целом и на третью часть отдельно – это не просто спираль (истории, ДНК, развития цивилизации, речи отдельного человека и пр.), это замкнувшийся круг жизни. Последнее предложение трилогии – первое предложение трилогии, а название третьей части – строка из стихотворения Сьона. Автор будто не даёт возможности дочитать цикл и оставить его без внимания.

И, как всегда, Сьон лихо обращается с формой. Не стану говорить о постоянной смене жанров и стилей, скажу лишь об интермедиях. Здесь они названы «танцем» и представляют собой перечисление – пол, дата рождения и смерти – данных младенцев, рождённых в Исландии в 1962 году. Иногда автор парой предложений говорит о причине смерти того или иного «танцора», а в финале «Танца» они сами обращаются к читателю со словами: «дорогие братья и сёстры, родившиеся в 1962 году, мы ждём вас здесь…» Какое-то время эти «Танцы» воспринимаются, то как античный хор, то как Гомеровский список кораблей, который скучно читать, но необходимо. Необходимо, потому что всякий живший имеет право быть произнесённым. Но в финале, когда Сьон меняет представление этих безликих персонажей, становится ясно, что речь не о смерти и увековечении, а о намёке на перерождение. Или на то, что рождение и смерть – суть одно.

Посмотрите:
«Служащий банка ведёт автомеханика, который ведёт фермера, который ведёт домохозяйку. Домохозяйка ведёт ремесленницу, которая ведёт футболиста, который ведёт секретаршу. Секретарша ведёт бригадира, который ведёт рабочую рыбозавода, которая ведёт журналиста…»
И так несколько страниц… Это же «Авраам родил Исаака; Исаак родил Иакова; Иаков родил Иуду и братьев его;», только у Матфея отцы вели сынов в мир после первого вдоха, а у Сьона герои становятся друг за другом после последнего.

#читаеткуплевацкая @idgorodets