(36:1) Йа Син
(36:2) Этемлĕхе сĕм тĕттĕмрен çутта кăларакан, çут тĕнчери мĕн пур чуна чăнлăха вĕрентекен Коран ячĕпе тупа туса шантаратăп!
(36:3) [Мухаммад!] Эсĕ чăннипех те çут тĕнчери халăхсене чăн тĕне вĕрентекенсенчен пĕри, эсĕ Аллах хушнипе килнĕ çын,
(36:4) Эсĕ тÿрĕ çулпа утатăн.

— Коран, Сӑваплӑ Коран тафсирӗ

(36:1) Йа - Син. С этих двух букв начинается данная сура, подобно некоторым другим сурам Корана, которые начинаются с отдельных букв.
(36:2) Клянусь Кораном, в котором мудрость и полезные знания.
(36:3) Поистине, ты, о Мухаммад, из числа тех посланников Аллаха, которых Аллах посылал к людям с руководством и религией истины,
(36:4) на прямом пути, а именно, - вере в Ислам.

— Коран, аль-Мунтахаб фи тафсир аль-Куран аль-Карим

(36:1) Йә син – мәгнәсен Аллаһ үзе генә белә.
(36:2) Хикмәт иясе, ягъни шәригать хөкемнәре иясе булган Коръән белән ант итеп әйтәмен.
(36:3) Тәхкыйк син туры юлга күндерелмеш рәсүлләрдән.
(36:4) Кешеләргә туры юлны күрсәтер өчен Аллаһ тарафыннан җибәрелдең.

— Коръән, Ногмани-хәзрәте тәфсире

Кроме этих, встречается еще несколько народов, которые или смешанные тартары, или прежде были подчинены им и теперь находятся в повиновении у Их Царских Величеств. Сперва встретили многочисленный народ мордву, говорящий на ломаном тартарском языке, однако они не имеют письменности. Живут без всякой религии и даже не знают никаких изображений или идолов. Они только говорят, что признают высокого Бога, которому они в темных лесах и деревнях приносят жертвы и почитают праздниками. Они упоминают и святого Николая (о котором они слышали в преданиях) в своих клятвах, при жертвоприношении, попойках и призывают его как святого заступника. В остальном они очень грубы и воинственны.

Среди тартарских народов числятся еще черемисы, чуваши, вотяки и другие народы, которые имеют одну веру с мордвинами. Среди них некоторые, в особенности среди черемисов, исповедуют тартарскую веру (это магометанство). Эти народы, однако, не принуждаются к участию в московитских военных походах, хотя они признают Их Царские Величества и платят им дань, равно как и самоеды и другие народы, живущие около Ледяного моря, находясь под его властью и на службе.

— Николас Витсен

Северная и Восточная Тартария, включающая области, расположенные в северной и восточной частях Европы и Азии, 1692 год

Этот народ [башкиры] смугловатый, черноволосый и черноглазый. Они не очень дикие, а довольно разумные и не так некрасивы, как калмаки. Живут в домах из веток, в которых сделано дымовое отверстие, лучше снабжены, чем вятские. Они покрывают свои лачуги шкурами. Живут разбросанно, без деревень. Они не знакомы с огнестрельным оружием. Они все стоят перед судом, если есть разногласия между ними, в русских крепостях, и, хотя это свободные люди, они обязаны платить дань Их Царским Величествам, и они это признают. У них нет собственных глав, как у калмаков и других, только незначительные мурзы, которые ими управляют под владычеством русских. Они хорошие солдаты. Они и большинство сибирских народов добродетельны, хотя несколько склонны к воровству и грабежу.

Башкиры обычно ездят верхом, особенно во время войны. Они никогда не воюют пешими, употребляют лук и стрелы; они хорошие стрелки из лука, неоднократно воевали с калмаками. Это их большие враги.

— Николас Витсен

Северная и Восточная Тартария, включающая области, расположенные в северной и восточной частях Европы и Азии, 1692 год

В их [башкир] стране есть много свиней, но они их не едят, в чем следуют закону Магомета, ибо многие, в особенности те, которые живут на юге, – это и наиболее умные и знающие, имеют веру, составленную из магометанства, как у турок, и язычества, а некоторые – совсем магометане.

Дань, которую они платят Русской империи, незначительна. Серебряный камень встречается в этих краях, где напрасно искали серебро. Но хрусталь и русское стекло там добывается в диких горах под названием Уральские горы. (...)

Они берут себе столько жен, сколько хотят; жены своим мужьям очень услужливы. Когда муж слезает с коня, жена ему помогает. Он покупает жену у соседей путем обмена на лошадей. Иногда они отдают шесть или семь лошадей за одну жену. Они содержат своих жен в разных местах и ездят от одной к другой.

— Николас Витсен

Северная и Восточная Тартария, включающая области, расположенные в северной и восточной частях Европы и Азии, 1692 год

Тартары, живущие в Казанской области и в нескольких краях, соседних с Московским государством, в городах, местечках и деревнях, имели прежде наибольшую власть, и количественно еще превосходят других тартар вне Крыма. Они сохранили до сего дня свой язык и письменность. И хотя они по верованию магометане и имеют собственных ходжей, то есть духовных лиц, и мечети, они все же живут в полной свободе. Их оружие – стрелы и луки, а в военное время они служат Их Царским Величествам верхом. Если бы по всему русскому государству собрать под одним руководителем всех рассеянных тартар одного происхождения с крымскими тартарами и самых благородных из всех тартар, то они составили бы большую армию.

Второй вид тартар – это башкиры, которые пользуются в Московии такой же свободой, как и вышеупомянутые. У них одна вера и говорят они на том же языке. Это самые храбрые воины, они храбрее, чем какие-нибудь другие европейские или азиатские Тартары. Да, они вселяют страх в калмаков и всех полевых тартар, и презирают их. Они употребляют, кроме стрел и лука, еще и пики и огнестрельное оружие, и большая часть их одета в латы. Они могут собрать армию в 30000 человек. Башкиры живут около города и реки Уфы являются подданными московского двора. Но иногда, когда, по их мнению, воевода Уфы нехорошо с ними обращается, они бунтуют и причиняют большой ущерб. Они живут в различных местечках и деревнях, занимаются скотоводством. Скот развозит домашнюю утварь и палатки своих хозяев, для чего просторные поля вокруг Уфы очень пригодны. У них письменность и язык тартарские, хотя и несколько отличаются от языка казанских и крымских тартар.

Эти два вида тартар превосходят по численности и храбрости Астраканских и черкасских тартар, которые живут вокруг города Тарк и на берегах Каспийского моря. Из последних многие приняли святое крещение и тогда московиты допускают их к власти и к управлению страной у московитов. Они признают их когда некоторые из них вступают в члены совета.

— Николас Витсен

Северная и Восточная Тартария, включающая области, расположенные в северной и восточной частях Европы и Азии, 1692 год

ПО ПОВОДУ СТРОЕНИИ ЗЕМЛИ КАЗАНИ — МЕСТОЖИТЕЛЬСТВА БОРЦОВ ЗА ВЕРУ

В прежние времена это была столица Чингисхана. Много раз переходила она от одного царя к другому, а ныне пребывает во власти Москвы, став местом обитания злосчастного правителя. Здесь свободно разместилось несколько тысяч постоялых дворов, соборных мечетей, имаретов, квартальных мечетей, медресе, обителей, бань, лавок и рынков торговцев тканями, навесов. Много здесь назидательных диковин и чудес. Ныне имеется три тысячи домов, крытых тростником и камышом, двадцать церквей, семь мечетей. Ибо здесь много мусульман из хешдеков* и ногайцев. Насчитывается до шестисот лавок... Однако из страха перед калмыками мы в тот вечер всех коней накормили травой, называемой «оставшаяся с прошлого года». Хаким этого места — везир по имени Ракырия [или Захария?], назначаемый Москвою; он распоряжается десятитысячным войском из неверных-мужиков и хешдеков.

В нем также нет садов и палисадников, однако имеется множество огородов с плетнями.

В этих странах вина не бывает. Все неверные употребляют питье и хмельные напитки, называемые: водка, горилка, медовуха. Что касается народа хешдек, то он ест конину и пьет бузу, кумыс, талкан и язма. Вследствие приятности воды и воздуха здесь множество влюбленных обоих полов; все влюбляются страстно. Как у мужчин, так и у женщин для этого множество поводов.

На головах все здесь носят островерхие шапки, однако они не похожи на татарские шапки. Они носят островерхие колпаки на особый манер. А женщины из народа хешдек и христиан Москвы разгуливают с открытыми лицами.

Этот город Казань расположен также || в пределах седь- 826
мого пояса земли, и мы в час заката, задав коням корм, совершили
вечерний намаз. Кони за час съели свой корм. А пока мы трапезничали, наступил час Шафи, настало утро. И не прошло часа, как настал день. Таким образом, ночь длилась всего четыре часа с четвертью, ибо здесь середина седьмого пояса земли. Зато день здесь очень длинный. Солнечный свет, [однако], не обладает такой силой и мощью, как
в других поясах земли.

Хвала богу, такова была наша доля, когда мы, прибыв в
сей город Казань — местопребывание борцов за 'веру, — в нашем
странствии вступили в седьмой пояс земли...

— Эвлия Челеби, рахимахуЛлах

Сейахатнаме, 17 век // Книга путешествия (Извлечения из сочинения турецкого путешественника XVII века), перевод и комментарии. Выпуск 2, земли Северного Кавказа, Поволжья и Подонья, изд. "Наука", 1979

*Татар-мусульман Астрахани и Казани Челеби называл «хешдек» (от персидского «хешдех» – «восемнадцать»), по числу протоков в низовьях Волги – он сам в тексте упоминает эти протоки, впадающие в Каспийское море.

ПОВЕСТВОВАНИЕ О ВЕЛИКОЙ БИТВЕ НАРОДА ХЕШДЕК С РАЗБОЙНЫМИ КЯФИРАМИ МОСКВЫ И НЕВЕРНЫМ НАРОДОМ МУЖИК

Однажды ночью из упомянутого города Мужик исчезли люди народа хешдек — 2—3 раза по 100 тысяч. Когда прошло уже довольно много времени после рассвета и мы уже намеревались отправиться в путь, везир области прибыл к послу — нашему спутнику, и тот начал проявлять какую-то тревогу. Речь его стала путаной. Мы решили не ехать и остались, [вновь] расположившись на отдых. Каждый из кяфиров начал укрывать собольи и беличьи шкурки, рыбий зуб и 835 прочие ценности. Мы видели это. На следующий день на заре 2 раза по 100 тысяч хешдеков схватились в битве с несколькими сотнями тысяч кяфиров Москвы. Мы, будучи гостями, вышли на пространство перед городом Мужик; битва длилась до [вечерней] зари, и ни один из кяфиров не спас душу.

Все хешдеки сказали: «Погрузимся-ка на суда и поедем в страну Алатырь и попросим о подданстве дому Османа». И в течение... дней и ночей они благополучно пребывали в степи Хейхат всем народом, с семьями. И если бы Мухаммед-Гирей-хан не отрекся от власти, то он, по всей вероятности, перевел бы сей народ хешдек в местность Алты-Сунуны, под крепостью Азов, и если бы они там обосновались, тогда только область Азова и пребывала бы в безопасности как от Москвы, так и от калмыков.

Между тем это племя хешдек, а их было 200 тысяч воинов, напало на сына короля Москвы, сбило дозоры и учинило грабеж. А у этого народа хешдек было столько коней, верблюдов, коров и овец, как ни у одного падишаха. Эти хешдеки как раз и были теми, кто в ту ночь, получив достоверные сведения от жестоких ногаев и своего племени [о приближении войска московитов], оседлали коней и исчезли из города.Они внезапно напали на царевича, который остановился на ночлег в степи, и, не дав тем кяфирам взяться за оружие, так ударили по ним своими мечами, что один царевич был убит, еще один царевич попал в плен, трех везиров заковали в цепи рабства — вот какая произошла битва. Когда они прибыли к Мужик-керману, где мы пребывали в гостях, это и было причиной шума, случившегося в тот день на противоположном берегу реки Волги.

У этого народа хешдек — изумительные кони, отличные латы и кольчуги, остроконечные мечи из области Махан, прекрасные ружья из области Мазандеран, отменные стрелы и луки из областей Шираз и Гилян, хорошие щиты и пики. Все это племена и народы кочевые, подвижные. Среди них есть два царевича из Дадиани. У них очень много ученых, богословов. И зимой и летом || они ведут войну с калмыками, ибо у них весьма много отважных и могущественных батыров и джигитов, 100 тысяч стрелков из ружей, 100 тысяч лучников; имеется также шесть пушек шахи.

А упомянутые царевичи пришли ко мне, ничтожному, в городе Мужик и просили о следующем: «О милосердный из милосердных, избранник войска дома Османа! Покажитесь нам, прибыв [сюда] с зеленым знаменем [пророка] и несколькими тысячами войска. Выведите нашу общину Мухаммеда, обитающую в этой Московской земле, переселите [ее] в ту степь Хейхат, завоюйте для себя Московскую землю и уберите из степи Хейхат двенадцать падишахов калмыков. Избавьте Азов и Крым от мучений, [претерпеваемых ими] от казаков и калмыков. И тогда мы заставим поток сала течь через Черное море [прямо] в ваш Стамбул. И каждый год мы станем отправлять несколько сотен тысяч баранов, а также сало на кухню цезаря-падишаха».

Тотчас же бывший вместе с нами посол, из кяфиров, сказал [нам]: «Остерегайтесь, не отправляйте их в Азов! Хешдеки и казаки — это одно [целое], и они вырвут у вас Азов из рук. Ибо это народы, прежде незнакомые [вам]. Уже сколько веков они были нашими подданными, а вот теперь подняли мятеж, бунт, вырезали двести тысяч наших христиан, одного нашего царевича убили, другого пленили, а сейчас перешли на противоположный берег реки Волги. Вот я теперь отправлюсь к нашему падишаху — что я скажу [ему] о калмыках?». Обуреваемый гневом, он выходил из себя. [Тем временем] несколько сотен тысяч из народа хешдек толпами переправились через реку Волгу. После этого кяфир не мог даже слова сказать этим хешдекам.

А между тем одному богу известно число других хешдеков
мусульман, обитающих внутри Московской земли.
Все время, пока продолжался их мятеж и бунт — целую
неделю, — мы вместе с послом провели в городе Мужик, отдыхая
и предаваясь отменным наслаждениям и покою.

— Эвлия Челеби, рахимахуЛлах

Сейахатнаме, 17 век // Книга путешествия (Извлечения из сочинения турецкого путешественника XVII века), перевод и комментарии. Выпуск 2, земли Северного Кавказа, Поволжья и Подонья, изд. "Наука", 1979

*Татар-мусульман Астрахани и Казани Челеби называл «хешдек» (от персидского «хешдех» – «восемнадцать»), по числу протоков в низовьях Волги – он сам в тексте упоминает эти протоки, впадающие в Каспийское море.

...граничит на севере прежде всего с Великой Булгарией, откуда происходят булгары, живущие между Константинополем, Венгрией и Склавонией. Ведь та, что расположена в Европе, - Малая Булгария, [и там] говорят на языке булгар, живущих в Великой Булгарии, которая находится в Азии. А эти булгары из Великой Булгарии — злейшие сарацины [мусульмане]. И это удивительно, ибо земля эта отстоит от Железных ворот, или от Каспийских ворот, более чем на дней пути через пустыню; и она лежит в северных пределах - вот почему в высшей степени странно, что до них, столь удаленных от сарацин, дошло учение Магомета [Мухаммада]. За ними находится вышеупомянутая река Этилия, вытекающая из Великой Булгарии, о которой будет сказано ниже.

— Roger Bacon

Opus Majus, 13 век

И поскольку мы полагаем, что закон Магомета может смениться только законом Антихриста и астрономы также единодушны в том, что будет какой-то властелин, который установит мерзкий и магический закон после Магомета, каковой закон подчинит все остальные, то было бы весьма полезно божьей церкви [автор, очевидно, имеет в виду католическую] поразмыслить о времени этого закона, — наступит ли оно сразу после падения закона Магомета или гораздо позднее. И философ Этик в своей "Космографии" подчеркивает, что народ, который был заперт за Каспийскими воротами, ворвется в мир и выйдет навстречу Антихристу и назовет его богом [среди] богов. И, несомненно, тартары были за этими воротами и вышли [оттуда]. Ибо уже взломаны ворота, как нам доподлинно известно. Ведь братья-минориты, которых послал государь король Франции Лодовик, правящий ныне, прошли с тартарами через середину ворот далеко-далеко среди гор, где они были заперты. И известно не только всем восточным народам, что тартары вышли из этих мест, но и [людям], хорошо знающим расположение мира и узнавшим обитаемые края и разнообразие районов из астрономии и других авторов, [таких] как Плиний и Марциан и прочих, описавших районы мира, и из историй.

— Roger Bacon

Opus Majus, 13 век

Вдалеке от Бергсонов, просиживающих свои идиотские университетские кресла, я нахожу — в опаснейший момент сражения — решение многих вопросов, которые философы никогда не могли найти в книгах, поскольку жизнь не раскрывается нигде, кроме самой жизни. Тайное соединение прошлого с будущим в самом сознании открывается тем, кто всё своё минувшее пережили, перестрадали, выплакали, расцеловали, откусили и пережевали, и тем, кто хотят — посреди ласк или смертельных ударов — прожить, расцеловать, прожевать и выстрадать своё будущее.

— Filippo Tommaso Marinetti

Стальной алкьов

Привозят тюрков из Булгара,
Чтобы соблазнять людей.
Губы и зубы этих луноподобных красавиц
Такой красоты, что не следовало бы подобных сотво­рить,
Ибо из-за любви к губам и зубам их
Нужно зубами кусать губы.

— Носири Хусрав (1004-1088)

О том, как государственная православная инквизиция насильно крестила, а затем сжигала мусульман:

Пойманную башкирку [Кисябика Байрясова], которая была крещена и дано ей имя Катерина, за три в Башкирию побега и что она, оставя Закон Христианский, обасурманилась, за оное извольте приказать на страх другим казнить смертию – сжечь, дабы впредь, на то смотря, другие казнились»

(ГАСО. Ф. 24. Оп. 1. Д. 818. С. 243).

Впрочем, взятые в плѣнъ башкирцы могли освобождаться отъ ареста и отъ отдачи въ крѣпостное состоянiе, если принимали христианство. Въ числе такихъ...былъ башкирец Айлинской волости Тойгильда Жуляковъ...
Между тѣмъ новокрещенный Тойгильда жилъ на свободѣ в Башкирiи и совратился опять в магометанство. Доведено было о томъ до свѣдѣнiя Татищева. Онъ, вслѣдствiе этого, 11-го марта 1738 г. послалъ из Мензелинска предписанiе въ Теченскую слободу къ полковнику Арсеньеву...о томъ, чтобы Тойгильду со всѣмъ семействомъ его отправить въ Екатеринбургъ къ маiору Угримову. Въ то же время Татищев писалъ къ Угримову:
"Татарина Тойгильду за то, что, крестясъ, принялъ паки махометанскiй законъ, — на страхъ другимъ, при собранiи всѣхъ крещенныхъ татаръ, сжечь; а женъ и дѣтей его, собравъ, выслать въ русскiе городы, для раздачи; изъ оныхъ двухъ прислать ко мнѣ в Самару".

(Русская старина. Том XXIII. 1878. Выпуски 9-12, стр. 312)

2 iюня 1740 г. послѣдовала резолюцiя казаку Исаеву за принатiе магометанской вѣры: въ этой резолюцiи считается вполнѣ установленнымъ, что Исаевъ и обусурманился, и сообщался съ ворами (бунтовщиками) башкирцами, почему его слѣдуетъ безъ всякихъ отсрочекъ и дослѣдованiий казнить [сжечь] въ С. Петербургѣ...

(Викторский С. И. История смертной казни в России и ее современное состояние. - М., 1912., стр. 204)

Сей же окаянный Смирной у них [черкессов] обусурманился.

Того же бусурманина Смирнова [Маматова], узнав, что он обусурманился, повелел [царь] мучить разными муками, а напоследок же его, окаянного, повелел обдать нефтью и повелел сжечь. Тут окаянный и скончался.

(Новый Летописец, О посылке и о побоище на Тарках, 1630)

Фатиха.

Этнографическая карта Европейской России на конец XIX века, напечатанная в Париже. История и география – общий атлас Поля Видаль де ла Блаша, Париж, 1898 год.

Прошу заметить, что племена, на месте которых расположены татары, названы "musulmans" — очевидно, это было самоименованием современных татар до образования модернистских наций в регионе. Впрочем, и современные "tatars" уже указаны.

Напоминаем: https://t.me/idelural/63

Ни для кого не тайна, что мухаммеданская про­паганда с давних пор велась среди инородцев Поволжья и конечно должна была усилиться и дей­ствительно усилилась за последнее время при объяв­ленной свободе вероисповедания, толкуемой не редко татарами в смысле права пропаганды своего вероучения. В одном из всеподданнейших отчетов Обер-прокурора Св. Синода констатируется, что “оказываясь самыми косными и упорными в заблуждениях своей религии, мухаммедане, сверх того, стараются совратить в нее инородцев, принявших христианство, и употребляют для этого все средства систематической пропаганды”. Другой отчет того же Обер-прокурора указывает, что эта пропаганда сильно развита не только в муллах, но и в каждом последователе Ислама. В отчете обер-прокурора за 1884 год замечается: „из всех инородцев, населяющих восточную часть России, наименее доступны воздействию христианства маго­метане. Их фанатизм опирается на ложном, но, тем не менее, определенном религиозном мировоззрении, которое последователи его считают более высоким сравнительно с христианским учением. Магометанское духовенство, по-своему образованное, достаточно владеющее словом и диалектическими приемами и пользующееся в народе уважением и авторитетом, поддерживает эти заблуждения, вос­прещая магометанам в то же время какое бы то ни было образование, кроме исключительно религиозного. Таким образом, установился тот замкнутый круг магометанской исключительности, который надолго отнимает у христианства всякую надежду проникнуть в среду последователей этого учения, как путем миссионерской проповеди, так и посредством просветительного влияния науки. В виду этого, православная миссия направляет свою дея­тельность не столько на приобретение последователей из среды коренных магометан, сколько на удержание от вероотступничества тех из них, кото­рые однажды примкнули к христианству. Но даже и в этих пределах усилия миссий не находятся в соответствии с приобретаемыми ею результатами, ибо крещеные татары, вследствие различных бытовых связей со своими единоплеменниками-магометанами, воспитывают подрастающие поколения в магометанских понятиях и обычаях, и приуготовляют из них тот класс вероотступников, которые в течение нескольких десятилетий напоминают о себе своими непрерывными движениями к отпадению от православия, не прекратившимися и до сих пор.

— Машанов, Михаил Александрович

Современное состояние татар-мухаммедан и их отношение к другим инородцам, 1910

Все мусульманско-татарские книги и брошюры доселе печатались исключительно арабским алфавитом, но вот недавно явилась книга, содержащая краткое изложение учения и практики ислама, в рус­ской транскрипции, с очевидною целью пропаганды ислама среди крещеных татар, чего нисколько не скрывает и сам автор этой книги. Мы разумеем брошюру под названием „Исьлям дини“ на татарском разговорном языке, напечатанную в Казани в 1906 году. На первой же странице автор прямо заявляет, что он имел в виду крещеных та­тар, знакомых с русской грамотой, но незнакомых с мусульманской татарско-арабской транскрипцией. Издатели брошюры называют крещеных та­тар старыми мусульманами и своими братьями, советуют им теперь открыто исповедовать мусульманскую религию со всеми ее догматами и обрядами, причем для убедительности намеренно допускают искажение фактов в жизни крещеных татар и не редко позволяют себе оскорбительные выражения не только против истин христианства, но и против русской власти, называя последнюю кефир (невер­ною). В самой брошюре идут нередко полемические опровержения христианского учения. Далее реко­мендуется крещеным татарам ревностно заняться изучением ислама: “до постройки мечети и мектебе не годится жить ничего не делая, но, пригласивши шакирда, надо начинать учить молодых людей мусуль­манской грамоте, старикам вашим нужно учиться от того шакирда молитвам в роде намаза согласившись вместе, надобно начинать совершать намазы; в более маленьких деревнях, где недостаточно имеется (душ) для постройки мечети, также нужно пригла­сить шакирда, от которого дети ваши будут брать уроки, старики ваши будут учиться истинам и обрядам религии, приставши к нему, сделавши его муллою, будете совершать намазы. Этого шакирда надобно женить, взять за него грамотную женщину, и жена шакирда девочек ваших наставит в вере и научит молодых девушек чтению и письму”. Таким образом, в этой брошюре начертана даже самая программа омусульманения крещеных татар.

— Машанов, Михаил Александрович

Современное состояние татар-мухаммедан и их отношение к другим инородцам, 1910

محمد بن زياد المقدسي: سمعت ابن أبي عَبْلة يقول لمن جاء من الغزو: جئتم من الجهاد الأصغر فما فعلتم في الجهاد الأكبر، جهاد القلب ؟

سير أعلام النبلاء ٦/٣٢٥

Мухаммад ибн Зийад аль-Макдиси сказал:

«Я слышал как Ибн Аби ‘Абля говорил воинам, возвратившимся с битвы:
— Вы вернулись с малого джихада, но что вы сделали на большом джихаде, джихаде сердца!»

Сияр а’лям ан-Нубаля 6/325

Мою душу охватило желание собрать прочитанные мной в народных преданиях и книгах известия, чтобы умы жителей тех краев увидели суть происходящего и пробудились от долгого сна. Я надеюсь, что в них проснется любовь к родине и ревностное отношение к своей религии и вере, когда они поймут, какими были их предки, и куда скатились и какими стали сейчас они сами. И они поднимутся со дна униженности, никчемности и презренности, и они начнут действовать в поисках путей спасения от беды бесчестья и гибели. И они потребуют свою религиозную свободу, подобно другим свободным людям во всех странах, которые уже обрели ее.

— Мурад Рамзи, рахимахуЛлах

Тауфик аль-акбар

Башкирецъ гостепрiименъ. Прiѣзжайте къ любому башкиру, онъ васъ приметъ, угоститъ васъ всѣмъ, что у него есть, не требуя за это платы. Если онъ зарѣзалъ барана, то варитъ его непрiмѣенно за один разъ, потому что знаетъ, что другiе къ нему придутъ, чтобы поѣсть; онъ знаетъ, что самъ пойдетъ къ другимъ. Потому, кто бы ни приходилъ къ нему, онъ угощаетъ всѣхъ, не разбирая, богатъ ли, бѣденъ, простой ли башкирецъ, или чиновникъ: въ этомъ случаѣ всѣ равны. Потому онъ, приходя къ кантонному, или къ помощнику его, или къ старшинѣ, не снимаетъ передъ ними шапку, не цѣлуетъ ихъ руки; а здоровается, какъ съ равнымъ себѣ. Башкирецъ добръ, снисходителенъ къ другимъ и не помнитъ нанесенной ему обиды. Я говорю о тѣхъ башкирахъ, которые удалены отъ городовъ, которые гордятся тѣмъ, что они башкиры. Они-то и составляютъ цвѣтъ Башкирiи. Они не будутъ отказываться отъ службы, выискивая для этого разные предлоги, и отправляютъ ее всегда съ честью и добросовѣстно. Приближаясь къ городамъ, замѣчаешь перемѣну въ характерѣ башкира. Онъ становится развязнѣе, хитрѣе; не прочь украсть что-нибудь, а обмануть ему ничего не стоитъ.

— Семенов, Дмитрий Дмитриевич

Отечествовѣдѣнiе. Россiя по рассказамъ путешественниковъ и ученымъ изслѣдованiямъ. Учебное пособие для учащихся. Томъ III. Кавказъ и Уралъ.