Что гениального в распиаренной «Моне Лизе»?

1/2

Да, банальная тема. Но хочу попробовать закрыть а) этот вопрос для тех, кто им задавался (в том числе побывав в Лувре), б) ещё один крупный гештальт своего канала.

Начну с того, что «Мона Лиза» стала едва ли не главной картиной современности ещё при жизни да Винчи и вроде как даже до завершения (годы создания «Джоконды» — отдельная тема для дискуссий). — Рафаэль и Йос Ван Клеве копировали её совершенную и уникальную (для своего времени) композицию (зацените рафаэлевскую «Маддалену Строцци», «Даму с единорогом» или «Немую», которая лично мне нравится в разы больше работы Леонардо), а Вазари пел ей всяческие дифирамбы и говорил, что искусство наконец-то достигло своего пика. К слову, сам да Винчи считал «Мону Лизу» вершиной своей карьеры, всюду возил с собой и демонстрировал потенциальным клиентам, мол, «заплАтите много — смогу вот так».

Однако чуть позже слава «Моны Лизы» надолго угасла. Произошло это по простой причине: картину купил французский король Франциск I и она без малого 300 лет пылилась в королевских покоях Фонтенбло и Версаля, где была доступна взору единиц в лице королевских фаворитов и историков искусства вроде Андре Фелибьена. И только после Революции, в 1797-м году, «Мона Лиза» попала в постоянную экспозицию Лувра (опустим, что она ещё какое-то время провисела в спальне Наполеона Бонапарта) и стала доступна критике более-менее широких масс. И надо же. — Среди примерно 600 картин тогдашнего луврского собрания люди всё равно выделяли именно «Джоконду». Об этом мы можем судить как по дневниковым записям, так и по специальной литературе, изданной до известных событий 1911 года (напомню, что тогда картину похитили, из-за относительной тишины в прессе кражу пиарили, как второе пришествие, и о «Моне Лизе» узнали все: от великосветских салонов России до хижин в Зимбабве).

Короче, спорить с тем, что именно эта картина всегда и везде приковывала к себе повышенное внимание, — странно. Сваливать её славу исключительно и всецело на старания журналистов — попросту глупо (картины крадут ежегодно и эти события максимально широко освещаются в прессе, однако «Мона Лиза» у нас пока одна). Так в чём же дело? — А в том, что «Джоконда» — абсолютный идеал светского портрета, созданный, возможно, главным перфекционистом в истории искусства. Это канон, базовый и актуальный до сих пор.

Отдельные абзацы стоило бы посвятить примерно всему: от композиционных решений типа убранного парапета, лёгкого поворота головы и сложенных рук, образующих вместе с головой идеальный треугольник, до необычайно мягкого и плавного сочетания света и тени на переднем плане и ирреального, отделённого колоннами пейзажа на заднем. Отмечу, что ничего из вышеперечисленного (ну кроме первого пункта) да Винчи не использовал первым. Но именно он нашёл эту идеальную комбинацию и, что ещё важнее, мастерски её воплотил. Это во-первых. Во-вторых — конечно же доведённая до идеала техника сфумато, благодаря которой у объектов на картине практически нет чётко очерченных контуров, что создаёт эффект гиперреализма и как будто втягивает зрителя в туманное, полусонное пространство картины. В-третьих, устремлённые на зрителя (с какой бы стороны он ни подошёл) глаза. — Помню, как в художественной школе мы рассматривали распечатки известных произведений искусства и я отметил, что глаза «Моны Лизы» смотрят на тебя, даже если повернуть тоненький листок тыльной стороной. Ну магия же! — И, разумеется, распиаренная до мемов улыбка, которой посвящены десятки статей и книг разной степени занимательности/бредовости и которая вкупе с уже упомянутым пронзительным, но мягким взглядом создаёт уникальное для зрителя чувство, будто изображенная не просто смотрит на него, но наблюдает за ним и «знает о нём всё». И в зависимости от этого «всего» лицо Джоконды кому-то кажется насмешливым, кому-то печальным, кому-то траурным, а картина да Винчи к общей копилке достоинств получает не только внутренний, но и внешний, распространяющийся за пределы картины психологизм.

2/2

И что имеем по итогу? — А то, что у «Моны Лизы» нехилый такой для «просто распиаренного» рядового портрета набор. Другой вопрос, что подобного внимания заслуживает целый ряд обделённых известностью произведений искусства.

И в связи с этой мыслёй отдельно отмечу, что гениальность «Моны Лизы» для специалистов и обывателей — принципиально разная. Если с точкой зрения первых мы худо-бедно разобрались, до вторые оценивают «шедевральность» исключительно по цитируемости работы или, проще говоря, её узнаваемости. Выводы делаются либо из учебников/каталогов/разного рода топов, составляемых специалистами, либо из СМИ и поп-культуры, ориентирующихся в вопросах искусства на те самые учебники/каталоги/топы. Поэтому в Лувр до сих пор ходят, чтобы посмотреть на «трёх женщин», а на «Сидящего писца», Дендерский зодиак (то, как этот древнеегипетский памятник потерял свою краску — отдельная грустная история) или великолепные работы Джотто, Дюрера, де Ла Тура, Мантенья, заслуживающие таких же очередей и хайпа, абсолютному большинству плевать.

Ну и последнее на тему «Моны Лизы». — Мой, наверное, любимый портрет эпохи Возрождения. Та самая «Немая» («La Muta») Рафаэля, написанная примерно в 1507 году. Почему «немая», спросите вы? — А вот хуй его знает. Название условное. Сам Рафаэль никакого имени картине не давал.

Посмотрите на эти филигранно прописанные руки и детали одежды, на контраст сверкающей кожи и темного фона и поймете, откуда вырос гений Караваджо и главного караваджиста, мастера светотени, Жоржа де Ла Тура.

Erwin Wurm. «Selbstportrait als gurken» (2008)

Без комментариев. Понятия не имею, что это. Но ха-ха словил. Может, и вам повезёт.

Кстати! Вы в курсе, что огурцы чувствуют боль (а чуваки на картинке, судя по всему, особенную)? — Я вот тоже не знаю, как теперь жить с этой информацией...

​​Для разнообразия контента решил порекомендовать вам одного из моих любимых писателей — Уильяма Батлера Йейтса, знаменитого ирландца и лауреата Нобелевской премии по литературе. Объяснить, почему я его люблю, сложно. Но… думаю, у всех нас есть авторы, читая которых мы чувствуем какое-то удивительное единение. У меня такое только с Йейтсем. — Просматривая его тексты, я раз за разом ловлю себя на мысли, что если бы я умел красиво писать, если бы обладал таким невероятным талантом рассказчика, если бы чувствовал мир так тонко и самобытно, я бы создавал что-то… вот прямо такое же.

Среди всего корпуса текстов Йейтса мой личный magnum opus — это «Кельтские сумерки». Наверное, с них и стоит начинать знакомство. Предупреждаю, что это не цельное произведение, а такой... неформальный фольклорный сборник авторских воспоминаний, мыслей, впечатлений и зарисовок разных лет. В них, словно из тумана, перед читателем проступает чудесная повседневность простых ирландцев, их отношение к миру сверхъестественного и необъяснимого.

Из русской литературы по букве и духу ближе всего, наверное, бунинские «Тёмные аллеи». Так что любителям Бунина должно зайти определенно.

Кто заценит, обязательно отпишитесь. Это правда магия.

Вышел трейлер новой экранизации «Мастера и Маргариты». Кто что думает? По мне — в целом норм. Аугуст Диль смотрится великолепно. Картинка — тоже невероятна хороша. А идея совместить роман и реальную жизнь Булгакова (в новой интерпретации Мастер — автор скандальной пьесы, постепенно уничтожаемый цензурой и пишущий роман о Сатане в сталинской Москве 30-х) — интересна и при хорошем подходе избавит оригинальный текст от рваности повествования. Но черт, как же плохо играют Цыганов и Снигирь…

Кстати, если кому интересно, я не являюсь фанатом «бессмертного» романа Булгакова. Слишком уж он неоднородный и ... незаконченный. Ершалаимские главы — красивы, но многословны и скучны, московские — забавны, но сквозят ильфпетровскими мотивами (ну не люблю я все эти «водочки», «сортирчики» и прочее, простите), а всё, что про любовь, — пафосно до скрежета в зубах. При этом я, разумеется, не отрицаю значимость этого романа. А способности Булгакова по части придумывания мистических сюжетов и описания еды — необыкновенно роднят его с Николаем Васильевичем, моей уже безусловной любовью.

https://www.youtube.com/watch?v=8uCvGtkOvTg

Вышел новый выпуск моего любимого «Подкаста о философии». На этот раз говорили про искусство. И не с кем-то, а с самим Арменом Апресяном.

Конечно, за отведенные 2 часа ничего толком не обсудить и во всех вкусностях не покопаться. Но по самым занимательным моментам пробежались, за что уже спасибо. Я даже узнал кое-что новое. Например, что кто-то считает Зураба Константиновича хорошим художником. Уверен, вам тоже будет интересно послушать.

https://www.youtube.com/watch?v=NgIvcR7wuVs

​​В рунете до сих пор распространено мнение, мол, традиционное африканские искусство примитивно до ущербности. Как пишет одна из моих подписчиц, «дальше туземных статуэток из глины и дерева, ярких тканей и бус из когтей и зубов дело у африканцев не пошло». Да и вообще (её же цитата) «какая у африканцев может быть культура? Блюзы, рэпы, дикие пляски, барбекю и баскетбол? Или, может быть, банды, разрушение африканской семьи, где куча детей от разных отцов, мало кто работает, мало учится, но все знают, что их беды — от белых…»

Да... Не всеми своими подписчиками я горжусь. Попытки рассказать про древнее царство Куш, про нубийских фараонов, про значимость джаза и рэпа для музыки, про Луи Армстронга, Дюка Эллингтона, Нину Симон, Эллу Фицджеральд, Майлза Дэвиса, Билли Холлидэй и Чарли Паркера... В конце концов про то, что правнук одного такого африканца (эфиопа/камерунца, если быть точным) создал русский литературный язык, на котором мы все тут говорим и пишем, — обернулись провалом.

Пытаться доказать таким людям, что популярное африканское искусство (маски, статуэтки и вот это всё) не является примитивным, я считаю бесполезной затеей. — Лично мне оно кажется великолепным. Просто африканские художники почти никогда не стремились к реалистичности. По такой «логике» можно говорить о примитивности Хокусая (мол, куда ему до Рембрандта?) и о беспомощности средневековых живописцев, которые, видимо, массово потеряли зрение и поэтому не умели сравнивать нарисованное с натурой. (Кстати, если вдруг будет интересно, у меня есть статья о том, почему художники на самом деле всегда умели в реализм.)

Короче, для таких вот мыслителей решил зайти с другой стороны. — Дело в том, что вообще-то реалистичная скульптура у африканских народов встречалась. Ярчайший пример — искусство народов йоруба из города-государства Ифе. Не буду расписывать, насколько великолепны созданные ими бронзовые и терракотовые вещи. — Убедитесь сами. — Но отмечу, что до такой реалистичности (и психологизма) современной этим шедеврам европейской средневековой скульптуре было капец как далеко.

P.S. Мне самому интересно, что это за полосы и борозды у них на лице. О скульптурах (как и о самих йоруба) известно очень мало (по крайней мере, в разы меньше, чем того бы хотелось). Но есть версия, что эти линии изображают характерные татуировки. Либо же имитируют нити мелких бус, которые в форме вуали подвешивали к коронам царей и цариц.

​​По примеру всех я заценил «Подземелья и драконы: Честь среди воров». — Если что, это экранизация культовой настолки Dungeons & Dragons. Фан-база у неё уступает разве что… «Гарри Поттеру».

Так вот. Знаете, очень даже. Вроде бы лёгкое развлекательное кино. Сюжет — простой и почти без косяков, экшен — плотный и креативный, шутки — чаще улыбают, чем нет… Обычно это называют «звёзд с неба не хватает». Но… в последние минуты просмотра я вдруг понял, что абсолютно не хочу расставаться ни с этими героями, ни с их миром. Давно такого не было. Быть может, это и есть магия Dungeons & Dragons?

Рекомендую.