Эти два товарища — не близнецы, но и не чужие друг другу — мирно уживаются в хвостовой части тела, как соседи по общежитию биофака: каждый со своим графиком, но также и с общим предназначением.

Имя им — гемипенисы. Да-да, у змей не один, а целых два пениса. Используются они по очереди, как запасной стул в лаборатории: один в ремонте — второй в деле.

Каждый украшен по-своему: кто шипами, кто бороздками, кто художественной складчатостью. Дизайн подбирался, видимо, в сотрудничестве с сюрреалистами: чтобы подходил только к самке своего вида — иначе извините, соединения не будет.

И всё это великолепие прячется внутри, как закатанная в туловище пружина: при надобности — выворачивается наружу, словно миниатюрный пневматический батончик.

А если вдруг вам показалось, что это как-то неэстетично, — просто вспомните, что природа не про глянец. Она про выживание. И в мире, где спаривание — это полевой бой без правил, каждая шипинка имеет значение.

Для соседей лучше быть проституткой, нежели они узнают, что ты терапевт.

Любезнова И.Ю.

#МГМСУ

Сейчас на дороге

Я регулярно сижу на кп, и каждый раз у меня спрашивают есть ли в этом квадрате наши. Каждый раз я отвечаю, да . Меня спрашивали уже раз 150 и 150 раз я отвечал, да. Смысл в том, что спрашивает каждый раз один и тот же человек с неизменной интонацией. А я каждый раз с неизменной интонацией отвечаю:
— Наши в этом квадрате есть?
— Да.
— А в этом?
— И в этом есть .
— А в этом квадрате?
— И в этом квадрате тоже есть наши .
— Авиацией можем сюда работать?
— Нет, в этом квадрате наши
— А что по этому квадрату?
— Тут наши
И ведь этот ПАН, зараза, знает меня идеально в лицо, знает, что я отвечу и знает, что он спросит. Но ещё ни разу ни один из нас ни жестом, ни словом не показал, что каждый из нас знает сценарий. Бывает, когда я подхожу к кп, он подсматривает за мной через масксеть, он равнодушно докуривает, выбрасывает бычок и возвращается на рабочее место:
— Наши в этом квадрате есть ?
— Да.
— А в этом?.
— Есть.
Иногда я общаюсь по телефону, тогда, стоя рядом, он терпеливо ждет пока я закончу.
— А в этом квадрате что по нашим?
— В это квадрате наши есть.
Я всегда дежурю, не могу не дежурить , ведь и он тоже на смене. Если бы у нас был тапик, он бы звонил по тапику, по проводам и без повода, он знает, что будет дальше, но не подаёт виду и равнодушно выполняет свою работу.
— Что там у нас по этому квадрату?
— В этом квадрате по прежнему наши.
Это очень суровое, по–настоящему мужское противостояние, исход которого неясен. Очевидно, что каждая сторона рассчитывает на победу.

Тот момент, когда посредственная шутка лучше всего женского стендапа