Guns N' Roses снова в джунглях: как старики рок-н-ролла удивили фанатов в 2025 году

1 мая 2025 года. Инчхон, Южная Корея. Пока весь мир обсуждает, где Оззи повесит свой микрофон, Guns N' Roses взяли и перевернули привычный сценарий — причём с таким изяществом, что даже Джеймс Бонд бы им поаплодировал.

Они начали концерт с "Welcome to the Jungle". Впервые с 2012 года. А если быть совсем точным — впервые с начала 90-х они открыли шоу этим хитом вместе со Слэшем и Даффом Макаганом. Выдохнули? А теперь представьте лица тех фанатов, которые десятилетиями слышали «It's So Easy» первым треком. А тут — БАХ, и джунгли.

Новое шоу, новый барабанщик, старая магия

Этот концерт открыл мировой тур с шикарным названием «Because What You Want and What You Get Are Two Completely Different Things» (буквально: «Потому что то, чего ты хочешь, и то, что ты получаешь — две совсем разные вещи»). И правда — никто не ждал такого хода.

На сцене впервые появился новый барабанщик Айзек Карпентер, пришедший на смену Фрэнку Ферреру. Но звучание не только не пострадало — оно стало даже более цепким. Сетлист растянулся на 22 песни, и был украшен как классикой (Mr. Brownstone, Sweet Child O’ Mine, November Rain, Paradise City), так и каверами: от Live and Let Die до I Wanna Be Your Dog.

Фанаты рыдали, блогеры снимали, Слэш играл

Слэш снова вытащил на свет "Coma" и "Estranged" — эпопеи из Use Your Illusion, которые в живом исполнении звучат как мини-оперы. Аксель, несмотря на возраст, по-прежнему умеет превратить каждый припев в маленькую истерику с нотками шекспировской драмы.

Что дальше?

Guns N' Roses не просто ожили. Они вытащили из шкафа всё, что пылилось с начала 90-х, оттрясли и предъявили миру как доказательство: рок-н-ролл жив, и он всё ещё не извиняется. И плевать, сколько нам лет и какой год на дворе. Джунгли зовут.


---

Подписаться на «Rock Music News»

Землетрясение по имени Metallica: фанаты вызвали толчки под Enter Sandman — и это не метафора

В Вирджинии зафиксировано землетрясение. Причина? 60 тысяч металлистов одновременно прыгнули под “Enter Sandman”. Metallica не просто качает зал — она буквально трясёт землю.

⸻

Землетрясение на концерте Metallica — звучит как кликбейт с жёлтой полосы, но это чистейшая правда. Вечером 7 мая 2025 года, во время выступления Metallica в Лэйн-стэдиуме Вирджинии, сейсмологи зафиксировали реальные подземные толчки. Всё произошло во время исполнения Enter Sandman — гимна, проверенного годами, наушниками и стадионами. И вот теперь — сейсмографами.

По данным Virginia Tech Seismological Observatory, синхронные прыжки 60 тысяч фанатов вызвали ощутимые вибрации почвы. Научное объяснение? Простое: если вы соберёте под одной крышей 60 тысяч человек, напоите их адреналином и включите “Enter Sandman” в правильном темпе — Земля скажет вам «спасибо» дрожью.

⸻

Metallica в Вирджинии: музыка, которая двигает небо и землю

Это не первый случай, когда Metallica буквально шатает всё вокруг. Но впервые это подтверждено учёными. При этом Enter Sandman вызвал толчки не где-нибудь, а именно на домашнем стадионе футбольной команды Virginia Tech — где эта песня играет как ритуал перед каждым матчем. Что ж, теперь у команды есть не только саундтрек, но и свой персональный сейсмособытие.

Местная спорторганизация даже написала в соцсетях:
«Спасибо, что прыгали с нами, Metallica! Возвращайтесь в любое время».
Надо признать, не каждый день хард-рок-группа получает приглашение на гастроли от университетской кафедры.

⸻

M72 тур 2025: когда каждая дата — потенциальный природный катаклизм

Всё это — часть глобального M72 тура 2025, который Metallica ведёт с момента выхода альбома 72 Seasons. Тур включает 21 выступление по Северной Америке, и если каждая из них будет такой же сейсмоактивной — геофизикам стоит держать приборы под рукой.

В поддержку на разогреве выступают: Pantera, Limp Bizkit, Suicidal Tendencies и Ice Nine Kills — своеобразная сборная звёзд альтернативного зоопарка 90-х и 2000-х. Не тур, а праздник для тех, у кого на плейлисте Korn соседствует с Kill ’Em All.

⸻

Enter Sandman — трек, который всё ещё раскачивает мир

Что мы имеем по итогу? Enter Sandman вызывает землетрясения, Metallica всё ещё способна собрать 60 тысяч человек и устроить им катарсис, подтверждённый датчиками. А фанаты? Они не просто слушают музыку. Они танцуют так, что вибрирует континентальная кора.

Это не концерт. Это сейсмическое заявление. Это напоминание о том, что рок может быть не просто громким, а фундаментально трансформирующим. И пусть сегодня Metallica не изобретает ничего нового — но она напоминает: когда они играют Sandman, земля дрожит. И мы вместе с ней.

⸻

Чё там у рокеров? Подписаться

...плутание экономической мысли между разнообразными вариантами классической экономики и кейнсианства — это довольно забавная история, при пристальном рассмотрении весьма разрушительная для веры в научность экономики.

Представим себе небольшой городок, в котором есть мастерская, выпускающая стулья. В соответствии с классической экономической теорией — той самой адам-смитовской «невидимой рукой рынка» — мастерская эта произведёт столько стульев, сколько в состоянии купить жители городка. В разгар стулотворения классическая теория прекрасно работает, проблемы начинаются тогда, когда горожане перестают покупать новые стулья. На вопрос, что в этой ситуации делать мебельщику, классическая экономика отвечает: да что угодно. Переквалифицироваться в гончара, например — в городе дефицит горшков.

Такой динамизм выглядит красиво в журнальных статьях, но не в жизни. В реальности мебельщик не стяжает успехов у гончарного круга, будучи вытеснен с этого рынка более опытными гончарами. Придётся ему продавать мастерскую и эмигрировать в колонии.

И тут на авансцену выходят кейнсиане и поют песню о том, что саморегуляция рынков — вредная ересь, что ничего само по себе не регулируется, и во всём необходима твёрдая направляющая рука мудрого государства. Зачем доброму мебельщику бежать в колонии, — поёт кейнсианский хор, — есть способ лучше! Государство должно дать ему заказ на изготовление табуреток для ближайшей казармы, и мастерская оживёт. Так и происходит.

В западной экономике этот хор зазвучал в 1930-е годы, в качестве реакции на Великую Депрессию, которая ознаменовала собой, как тогда считали, крах классической экономики. На протяжении десятилетий кейнсианство рулило на западе, и наш стулотворец чувствовал себя вполне комфортно.

Однако в 1970-е годы механизм даёт сбой. Спонсировать производство стульев государству становится всё сложнее и дороже, а тут ещё и политика поднимает цены на горючее, увеличив уже и без того раздутые казённые расходы. Государственная поддержка стопорится, и стулопроизводство останавливается — на сей раз намертво.

Тогда на сцену, отталкивая кейнсиан и торопливо подключая электрогитары, выскакивают энергичные монетаристы, и под бодрый рокенрол выдают речитатив о том, что государственное стимулирование экономики — суета и тлен, а главное — нежное управление денежной массой. И чтобы с чего-то начать, надо дать народу дешёвых кредитов, и уж они сами развернутся.

Глотнувшая денег экономика оживляется. Стулья жителям городка всё ещё не нужны, но в городке начинается строительный бум. Стулотворец продаёт мастерскую вместе с хорошим участком земли застройщику — и становится скромным рантье. Нирвана длится до второй половины 2000-х, когда финансовые рынки накрывает кризис, и деньги мебельщика испаряются.

Наш герой привычно смотрит на сцену, где уже выстроился хор посвежевших кейнсиан, поющих старую песню о благотворной роли государственного регулирования, но слегка на новый мотив и с новым припевом, в котором слышится выражение «количественное смягчение».

Песня эта так и звучит с 2008 года — до следующего кризиса, когда со сцены вновь запоют о «невидимой руке рынка», ну а стулотворец тем временем работает менеджером проекта в фирме, торгующей импортной мебелью.

И вот этот-то концерт у нас зовётся «экономической наукой» — симпозиумы, рецензируемые статьи, диссертации, всё как у людей.

Если столица Ирана – Тегеран, то почему столица Ирака не Тегерак?