ЗОЛОФТ ДЛЯ КИШЕЧНИКА

Те попытки связать психический статус и тем более расстройство с какими-то ни было соматическими признаками, что применялись в XIX веке, не прошли проверку временем. Ни этикой, ни наукой. Однако, как известно, не прижившиеся идеи не вымирают и растворяются, а разбираются на запчасти, и попытки найти признаки болеющей души в знаках, которые подаёт тело не прекратились

Сегодня активно разрабатываются методы диагностики биполярного расстройства по составу клеток в общем анализе крови. Это не исключает личной беседы, но добавляет уверенности врачу в его решениях

Вполне возможно, что вполне надёжным инструментальным методом диагностики БАР скоро может стать анализ речи пациентов. В статьях появляется всё больше данных о корреляции многих звуковых характеристик голоса с патологическим эмоциональным состоянием и даже возможности предвосхитить новую фазу

Даже бактериальной среде кишечника в современных исследованиях приписывается возможная роль в психиатрии. Снижение уровня некоторых бактерий, производящих короткоцепочечные жирные кислоты (в частности, бутират), повышение уровня молочнокислых бактерий, а также бактерий, участвующих в метаболизме нейромедиаторов зачастую коррелируют с развитием ментальных расстройств. Так кишечник может стать новой точкой приложения психофармакотерапии.

Пламенная алая нить…
Ярко. Вспышка.
Холодный неинтересный белый свет…
На серой двери задвижка.
Луч солнца сквозь жалюзи слепит глаза…
Немного тепло. Но не слишком.
Оставь меня, ладно? Я слишком больна.
Стол, кофе, закрытая книжка.

Ирина, которая так и не отозвалась
26 сентября 2025, 05:23

Образ Сильвии Плат давно стал символом красивой трагедии — «печально безумной музы», слишком остро чувствовавшей этот мир. Но если отбросить ассоциации, в её очень личном романе «Под стеклянным колпаком» мы увидим другое: не одержимую демонами страдалицу, а трезвого, ироничного и до жестокости честного аналитика собственного распада. Именно этот модернистский текст наиболее полно становится метафорой депрессии

Плат настаивала на дистанции между собой и персонажем, и это принципиально: вымышленное «я» позволило договорить то, что в автобиографии вышло бы криком. Эстер —жертва самого стеклянного колпака — прозрачного, но невидимого состояния, в котором нет воздуха. Депрессия у Плат — не шторм и не боль, а пустота и медленное отравление собственной жизнью, когда мир теряет объём (как и текст на страницах), а желание жить исчезает без следа

Даже история с мужем, поэтом Тедом Хьюзом, которого феминистки оскверняли после её смерти, не укладывается в простую схему «гениальная женщина погибла из-за жестокого мужчины». Первый тяжёлый эпизод депрессии и попытка самоубийства случились у Плат задолго до встречи с Хьюзом. Именно поэтому сегодня в психиатрии существует «эффект Сильвии Плат» — статистически доказанная склонность поэтесс к суициду. Но Плат стала символом не из-за своей смерти, а потому что первой описала депрессию как атмосферу, как стеклянный колпак, под которым можно жить годами, медленно задыхаясь. И этот колпак — не история одной американской женщины из 1953 года, а состояние, которое может лишить дыхания практически каждого

Мы уже показывали, как писатели модернисты использовали психическое неблагополучие в качестве языка на примерах Вулф и Беккета.

Сегодня предлагаем вам почитать текст Мадины Тазетдиновой о Шарлотте Перкинс Гилман и её истории болезни среди "жёлтых обоев"

ЗДЕСЬ

Причины биполярного расстройства – это сложный клубок факторов, нити которого протягиваются как через биологию, так и через культурную жизнь человека. На это косвенно указывает и существенная разница встречаемости заболевания в зависимости от части света. Например, в Восточной Азии болезнь диагностируют редко (около 180 случаев на 100 000 человек), а в Австралии, Западной Европе и Латинской Америке — часто (более 1000 случаев)

Разница в цифрах может быть связана и с тем, как врачи ставят диагноз (охотно ли, точно ли) или с доступностью психиатров. Однако, есть и культурные причины. Например, на Гаити, где психиатров мало, распространенность БАР всё равно высокая. Это, отчасти, объясняется местными верованиями: там существует понятие «лунного расстройства» (maladi lalin), когда связывают смены настроения с фазами Луны. Также, неожиданно выяснилось, что среди молодых людей (20–24 года) случаев заболевания за последние 8-10 лет стало больше всего в странах с высоким уровнем жизни

Социальное и материальное окружение, а также культура, в которую мы погружены имеют на нас гораздо большее воздействие, чем мы привыкли думать. Дополняя генетические факторы, они играют отнюдь не меньшую роль в формировании тела заболевания и могут даже влиять на выраженность и амплитуду фаз

Мы очень рады за Екатерину Белоусову, которая обогатила наш самый первый номер своим экспериментальным рассказом. Не так давно у нее вышел дебютный сборник "Самое ценное во мне"!

"Сомневающаяся невеста, путешественник по Амазонке, приютившая больную птицу молодая пара, матери и их дети — герои этих рассказов, типические и экзотические, остро чувствуют свою отчужденность и связанность с другими.

А у очень любимой нами Анны Глазовой, автора перевода эссе В. Беньямина, вышла книга в издательстве «Носорог»– перевод Кафки "Разыскания одной собаки"

Читайте только хорошие книги!

Дорогие читатели! Издательство оказалось в сложной финансовой ситуации. Такое бывает, и мы, разумеется, выкарабкаемся. Но нам нужна ваша помощь – прежде всего информационная. Прошлым летом ваши репосты помогли нам выжить. Распродажа для такого маленького издательства, как Jaromír Hladík press, это всегда будущие убытки, но она помогает удержать равновесие, когда становится совсем хреново. Если, конечно, о ней узнаёт много хороших людей.
Ссылка на сайт:
https://jaromirhladik.com
Репосты очень важны. Спасибо!

Где ты теперь? С нищетой горемычной
Злая тебя сокрушила борьба?
Или пошла ты дорогой обычной
И роковая свершится судьба?

…допев романс на стихи Некрасова подсудимая Прасковья Качка выстрелила из револьвера в своего возлюбленного где-то в мебелированных комнатах на Басманной…

Романс – не беллетризованная деталь криминального дела, но литературный факт уголовного «Дело Качки», которое слушалось 22-23 марта 1880 года. Песня о детстве, отягощённом отсутствием нежной заботы и алкоголизмом отца, во много откликалась жизненной драме подсудимой, и именно в это обрамил свою речь в защиту «московский златоуст» адвокат Ф. Н. Плевако. Тогда, по мнению историков психиатрии, был первый случай применения слова «психопат» в зале суда, в рамках дела. А словечко это в то время только начинало сходить со страниц немецких учебников по психиатрии и невропатологии

Сам Корсаков, которого приглашали к освидетельствованию Качки, описал позже её «дисгармоничность чувств, раздвоение душевной жизни и смену эмоциональной направленности», что также было подведено под «конституциональную психопатию». Это смещало оптику с модного тогда понятия «вырождения» на расстройства личности – патологии характера и поведения, не являющихся психическим заболеванием. Это сделало процесс суда более гуманным и ставило вопрос о вменяемости.

Подсудимую, действовавшую в «умоисступлении» суд определил «для лечения в больницу» (Качка правда потом покушалась на жизнь российского императора Александра II с незаряженным револьвером)

Клиническая ликантропия (бред превращения в волка) может рассматриваться как разновидность сенестопатии, при которой соматосенсорные искажения (например, ощущение роста клыков, оволосения, изменения черт лица) вторично обрастают (sic!) бредовой интерпретацией. В более широком смысле ликантропия относится к синдромам бредового нарушения самоидентификации — наряду с синдромом Капгра (замена близкого самозванцем), синдромом Фреголи (незнакомец как переодетый знакомый), редупликационной парамнезией (дублирование места/человека) и интерметаморфозой (физическая и психологическая трансформация другого человека).

Помимо интерпретации синдрома в оптике психозов и бредовых расстройств культурный контекст также играет важную роль: в Западной Европе волк — символ зла и опасности, на Ближнем Востоке — нечистоты, в Японии вместо ликантропии встречается превращение в лису (кицунецуки) – важное животное мифологии. Это пример синдрома, при котором психиатру необходима как нейробиологическая, так и культурная перспектива, чтобы понять это расстройство.

Пациенты с клинической ликантропией иногда утверждают, что они превращаются в волков в зависимости от лунных циклов. В китайском исследовании учёные показали некоторую зависимость случаев госпитализации пациентов с шизофренией от лунного цикла – пациенты с параноидной шизофренией с большей вероятностью госпитализировались в полнолуние. В Швейцарии при этом луна никак на поступления в стационар не влияла…

Мы же предлагаем вам понаблюдать за превращениями языка в стихотворениях Анны Гринки и посмотреть на луну на фоне «золофтового неба»

Вот немного прямолинейного экзистенциализма по теме номера. От нашей подписчицы Jane Rebel


Когда поблекнет солнца луч,
И поглотит нас море,
Сгорит закат свинцовых туч,
А мы – больны душою.
Я разбиваюсь о буйки,
И холод стынет душу.
Эмоции так далеки,
Что чувствую лишь стужу.
Имеет все конечный путь,
Прошло и наше время.
Устали, надо отдохнуть -
Уже не тянем бремя.
И с каждым годом меньше сил,
Чтоб чувствовать надежду.
Все то, что сильно так любил,
Уже не будет прежним.
Остыло солнце, мир погас -
Выходим на конечной.
В последний путь, наш пробил час.
Ведь ничего не вечно

иллюстрация Марии Дмитриевой

Церковная лавка в мефедроновой пустоте, пёс Ребус навечно испугавшийся ужасов озера Троцкого и Краснодар превратившийся в голого Мунка: таков нынешний мир художницы Катрин Ненашевой, передавшей самиздату свой весенний дневник перфобытия. Катрин сделала художественным актом свою жизнь в России — внутри «беспросветной тоски бесконечной родины». Она блуждает среди станичных пацанов, алкоголиков и ветеранов СВО, попадая в психиатрическую больницу где-то неподалёку от Пасхи.

Дневник акционистки выходит в цикле публикаций «Хроники русского перфобытия», поддерживающих новый социальный проект Катрин Ненашевой ТРАВМПУНКТ, который собирает средства для помощи людям, пострадавшим от насилия.

По данным ВОЗ, около 40 млн человек в мире страдают БАР, однако диагностика часто бывает затруднена из-за неочевидности симптомов.

В когнитивной сфере у них даже в стадии ремиссии наблюдаются нарушения. В частности, в системе принятия решений – трудно вовремя понять, когда нужно менять стратегию выбора в меняющихся условиях. Исследователи из НИУ ВШЭ и других центров провели эксперимент с участием 22 человек с БАР в ремиссии и 27 здоровых добровольцев. Участники должны были зарабатывать очки, выбирая один из двух цветов на экране, вероятность выигрыша для которых неожиданно менялась (например, с 70% на 30%). Результаты показали, что люди с БАР воспринимают среду как более изменчивую, чем она есть на самом деле, и даже после удачного выбора могут необоснованно поменять стратегию, тогда как здоровые участники действуют более последовательно.

На ЭЭГ нейронная активность в медиальной префронтальной, орбитофронтальной и передней поясной коре, которые во многом отвечают за волевые решение и планирование у участников с БАР была выражена слабо. Несмотря на достоверные корреляты нейрофизиологической активности и поведения авторы подчёркивают, что выводы следует переносить на реальную жизнь с осторожностью, В будущем результаты могут быть полезны для разработки методов диагностики БАР, прогнозирования рецидивов.

Хоть диагностика ментальных расстройств больше всего нуждается в персонифицировании, инструментально выявленные нейрофизиологические, клинические и нарративные стандарты могут послужить хорошую службу в качестве справки в сложных случаях и дорожной карты плана лечения

Пусть всегда будет так!

В своём младенчестве психиатрии, как известно, больше нравилось объяснять расстройства поломками нервной системы, чем удавалось лечить их. Но долгое время связь мозга и психики была не столь ясна, как связь глаза и зрения. С тех времён психиатрия унаследовала то, что Кендлер назвал "метафорическая мозговая риторика"

Такие пассажи как "бешенство матки" дополнялись туманными конструкциями вроде "неравномерность возбуждения" или "снижение тонуса извилин"...

Сегодня это маркер шарлатанства. В начале века Ясперс критиковал такую "мифологию мозга", предостерегая от редукционизма и приравнивания клеток и волокон со сложнейшим человеческим опытом.

Так, например, уже более близкая нам и относительно жизнеспособная моноаминовая теория стала метафорой "дисбаланса серотонина" при депрессии, активно используемой психиатрами как в общении с пациентами, так и в коммерческом продвижении препаратов. Хотя современные генетические исследования не склоняются к решающей роли серотонина в развитии депрессии, а головная боль не вызывается дефицитом аспирина.

Метафорическая риторика с одной стороны узаконивает действия врача в его глазах и в глазах пациента, а с другой – обнажает белые пятна психиатрической науки. Выбор добросовестного донесения сути явлений до коллег и пациентов остаётся за самим врачом. Однако не стоит прикрывать неопределённость природы душевных мук неоднозначными нейрофизиологическими метафорами, стоит исходить из желания пациента знать "всё, как есть".
Доверительные отношения между врачом и пациентом, держащиеся за метафоры и красивые истории о "дисбалансах..." мы в Гиперфокусе считаем незрелыми.

Библиометрический анализ выделил 50 самых цитируемых статей и 50 самых цитируемых авторов в психиатрических журналах с 2000 года. Самой цитируемой публикацией стала работа Ronald Kessler и соавторов о распространённости в течение жизни и возрасте дебюта расстройств DSM-IV в National Comorbidity Survey Replication – 15 001 цитирование по данным Web of Science.

Психиатрия XXI века часто описывается через большие научные события: выход DSM-5, рост интереса к биомаркерам и персонализированной терапии. Но есть и другой способ посмотреть на то, что действительно стало частью научного языка дисциплины. Библиометрический анализ показывает, какие статьи чаще всего становились опорными точками для дальнейших исследований.

Среди наиболее цитируемых работ преобладали эпидемиологические исследования, новые шкалы, обзоры и рандомизированные исследования. При этом анализ показал и структурные особенности академической психиатрии: среди 50 наиболее цитируемых авторов женщины составили только 22%, а значительная часть ведущих авторов была связана с крупными американскими университетами и программами, финансируемыми NIH.

🔗 Читать подробнее про 50 статей, которые сформировали психиатрию XXI века

Развитие БАР больше чем на половину сопряжено с россыпью генетических поломок. Они влекут за собой нарушения работы нейронов и того, как они обращаются друг с другом. Из-за этого в худшую сторону меняется работа мозга, и за ней – поведение человека. Нарушенное поведение человека несёт за собой всё личное и общественное бремя этой болезни. Это если кратко…

О том, что происходит в глубине и на поверхности биполярного расстройства, и что оно отнимает, простым языком рассказывает психиатр Сергей Фёдоров

Что отнимает биполярное расстройство?

КНИГА

Для тех, кто в творческих или исследовательских изысканиях да и даже из праздного интереса ищет штрихи, жирные мазки или законченные образы людей с ментальными расстройствами. И пускай подаётся это с намёком на оккультизм

В сборнике «Психопаты» (1893) А. В. Амфитиатров «охотник до странных характеров, исключительных положений и настроений» разбросал по страницам персонажей, надрывы и мотивы, действительно балансирующие на грани нормы и патологии. Психическое расстройство в качестве катализатора для сюжета – это очень хорошо. Обитатели одиноких поместий, заражённые криптоманией, доставшейся им от дедов вместе с библиотекой мистической литературы; молодые женщины с истерией и галлюцинациями; вдовцы, жаждущие встречи с призраками своих умерших жён; сомнамбулы.

В рассказе «Он» фантом больного воображения сексуально фрустрированной героини –

«странное непонятное существо, ни человек, ни демон, ни зверь, ни призрак, ежедневно налагающий на меня свою тяжёлую руку»

– интерпретируется, пожалуй, как что-то существующее внутри неё, но без неё. Даже либидальное.

А вот как выглядит встреча страдающего галлюцинациями персонажа с «призраком», воплощением своего второго я в этюде «Сказка тёмной ночи»:

«Быть может, я ничто иное, как твоя безумная, печальная, острая злая дума в то самое мгновение, как она зарождается в твоей голове…отделившаяся от тебя и представшая тебе полувоплощённой… я – ничто… я – инстинкт…»