На Пике пьянка. Звучит так громко, и не зря, празднование Дунчжи проходит очень ярко и тепло. Пельмени и спиртное в компании ученической семьи — лучший способ сбросить напряжение и поприветствовать начало нового цикла.
Луна давно взошла, укрыв небеса звездным покрывалом, а в отдаленной беседке Цзымин все еще держится за чарку. По розовеющим щекам и дураку ясно, что говорит в нем давно не разум, а выпитые кувшины вина, но менее душевными речи его от того не становятся.

— Как жаль, что шисюн не с нами.. надеюсь в Гуюэе тоже празднуют, иначе я буду крайне огорчен.

Вэйюй слушал его, особенно не отвечая. Голова его занята была отнюдь не вопросами о Ши Мэе, и даже не остатками спиртного в пиале. Голос брата, к счастью, не был столь громким, осев от прохлады и количества выпитого, иначе пришлось бы бросить в него чем то, чтобы тот, наконец, помолчал, но.. внезапно сказанное им заставило все же выползти из дебрей размышлений.

— Точно. Сегодня такой день особенный, будешь загадывать желание?.. Псина, ты вообще меня слушаешь?

Нахмурившись, юноша переполз к Мо Жаню поближе, заглядывая, перегнувшись, в лицо.

— Эй, я с тобой раз-..
— А если бы моим желанием стал ты?

В откровенном недоумении уставившись на брата, Сюэ пытался понять, шутит он, или серьезен. Но Вэйюй правда сказал то, что думал, пусть и выпалил это, как необоснованный подкол. Он с самого начала не надеялся на какой либо ответ, лютой в здравом уме не стал бы ждать чего то от Цзымина, но вопреки отсутствующим ожиданиям, неловкость смазалась вином и тихо осела на губах молодого человека.

— Тогда я сказал бы, что не верю в совпадающие желания.

Вместо тысячи слов, невысказанных по разным причинам, их забрали молча и без предупреждения.
Подробностей и наглостей того вечера нам не суждено узнать. Чувства останутся секретом для окружающих, но отдушиной для тех, кто препирался и ругался всю сознательную жизнь.
Может… так и будет правильно.

#艺术”