Прямиком возле старой ограды,
Поблизости от горящего звездами маяка,
Изгородь,где мы вместе прошли все преграды,
И вместе смотрели на все свысока.
Где мы вдвоем сидели на прутьях без листвы,
Там где стены умели говорить,
Забытое место,там где мы уже давно мертвы,
И последний май,в котором я умел любить.

Мрачная квартирка на окраине крохотного городка не встретила меня теплом и уютом. В коридоре не было слышно запаха аппетитного ужина и не было слышно соседских котов. Даже лунный свет,предпочел обойти это место стороной.
Я снял свое изношенное до дырок пальто,оставил на столике ключи и вошел в одинокую,единственную комнату. Беспросветная тьма окутала небольшое пространство и лишь снег за окном напоминал про настоящее. Прошлое когтистыми лапами скреблось в двери,а я всеми силами старался его удержать.
Я присел на ветхий,протертый до белых проплешин диван и тяжело вздохнул,вдруг осознав что будущее скрыто за пеленой невзрачных ложных мечт и страданий.

Отрывок из моей повести,над которой я сейчас работаю*

Укрывает луна печали затмений,
Укрыло небо в себе набор голосов,
Не наблюдают в округе изменений,
Биения сердца двух неистовых творцов.

Тропа тонущая в сумрачном мраке,
Укрытая печалью двух убитых сердец,
Неизвестный в черном фраке,
Сам в своем мире творец.

Мои чувства сотканы из ярких красок,
Жизнь еще не окинута взору целиком,
Я уже не страшусь собственных огласок,
И могу обойти целый мир пешком!

У меня есть причины,чтобы сиять,
Причины,чтобы просто быть,
Есть те,благодаря кому я могу блистать,
И те,с чьей помощью я могу любить.

Приятно осознавать,что у меня есть возможность посвятить эти теплые строки моим близким людям,которые всегда рядом,готовые помочь и поддержать

Воспоминания на потрепанных картинках,
Вовсе мне чужие лица,на собственных снимках,
Противоречия наших с ней учтивых грез,
Все наши благие моменты,я в себе унес.
Прохлада тянущей за сердцем ночи,
Звездные шатры над городами без дорог,
Взгляну незнакомке прямо в родные очи,
Нашу тоскливую пору я до последнего берёг.


Мы друг для друга вновь незнакомцы,но могло ли быть иначе?

Слепо веря безмолвным чудесам,
Я забывался в чужом утерянном счастье,
Истощая себя,я придавался чужим мечтам,
Не заметив как меня постигло ненастье.
Безликие отрывки вовсе мне чужих сновидений,
Утратиться на фоне чудотворных видений.
Неистовые воды печали,где я себя потеряю,
Кого из других,я в самом деле представляю?

Потускнели наши акриловые сердца,
Дороги излиты летним дождем,
Каждый из нас давно хранит в себе мертвеца,
Что от изящного мира грубо отчужден.
В любви крылатой страсти пляшут,
Осколки черно-белого кина,
А мысли отрывками укажут,
Что это все-была моя вина.

На небе горят наши фонари,
Невесомость легла светилом на руках,
Сумей и вечность подари,
Предстань передо мною,как в недавних снах.
Разлука горечью печалит,
Таиться среди темных дорог,
Чужое сердце гнусно ранит,
И напомнит мне, что я не смог.

С распростертыми руками, пойду встречать рассвет.
Не будет больше в моей жизни слова «нет.»
Негодований больше мне не встретить на пути,
Прошлое держу,на расстоянии вытянутой руки.
Холод продирается сквозь пальцы,
Даже через занавесы осенней листвы,
Видно через тени наши танцы,
Об которые мы даже зимой,зажигали костры.

Наконец дописала эту историю! Очень советую читать под эту песню

-Мир совершенствуется лишь для тех ,кто совершенствует его для самого себя.
Для тех,кто научился видеть красоту в простом. Для того,кто научился прощать и отпускать. Для тех ,кто научился видеть в материальных средствах лишь поверхностное счастье ,а не цель жизни. Для тех ,кто научился ценить то,что дано. И для того ,кто сначала совершенствует свой собственный внутренний мир.

Худощавыми пальцами достаю до небес,
Собираю звездные остатки на дне,
В очах моих,извилистый сибирский лес,
И мы стоим с ним вновь наедине.
Я летаю в области печали,
Парю над головой у тоски,
А тени кривые,со всех сторон кричали,
Подставить им свои виски.

Знойный вечер и летние краски,
Неугомонное сердце в поисках себя,
В образах других ищу угрюмые опаски,
А в глазах чужих ищу тебя.
До беспамятства забытый,
И покинутый собственной тоской,
Твоим колким сердцем убитый,
В обилие угрюмой пелены ночной.