Весна проявилась везде,
В позолоченных оконных рамах,
В каждом жалостно поющем дрозде,
В иллюзорном солнце на черных экранах.
Солнечные лучи,пеплом оседают на плечах
А я впервые,отнюдь не рад весне,
Белые снежинки,болью оседают на руках,
Я навсегда целиком отдался поглощающей зиме.

Пейзажи из пелены серых домов,
Напоминают о части моего скудного бытия,
Человек-что потерял себя,среди двух миров.
Догорает последняя спичка,
Вся исписана желтеющая страничка,
Перед собой я вижу лишь твои впалые щеки,
Обойду смерть,не осознавая судьбы намеки.

Я уже на границе с небесами,
Но так изрядно далеко от земли.
Я убил себя твоими белесыми волосами,
Последний мой вздох дополнили влюбленные огни.
Я среди тысячи,совсем один
Сейчас стою совсем один,как влюбленный кретин,
Когда-то сплетая души,делили жизнь пополам,
Пришел конец нашим с тобой вечерам.

Обращаясь за тягой к дешевому символизму,
Я временами начинал терять себя,
Не будет конца моему пессимизму,
С того момента как я утратил тебя.
Тонкими пальцами снимаю оболочку души,
На портрете запечатлен немой крик,
Молчат уже наши с тобой этажи,
Осознавая мучительных эмоций пик.

Быть может вновь встретимся глазами ближе к лету,
В опустевшем создании слышу угасающий голос твой,
Достану хрустальными руками старую кассету,
И тогда наконец обрету долгожданный покой.
Протекает через пальцы наша осень,
На плечах расправил свои одеяния февраль,
Среди нескончаемых зеленых сосен,
Считает дни наш утерянный с тобой календарь.

Ты уже частый гость в моих видениях,
В глазах плескается задор,
Не наступит светлый час в моих озарениях,
Когда я вспоминаю мыслей темных коридор.
Не воцариться на нашей улице весна,
Не поприветствует теплом своих очей,
Для нас с тобой,давно уже зима,
А у меня,лишь только мысли о ней.

Море говорило со мной.
Своей лукавой бесконечностью,
Ведало мне сказки,с невыносимо жестокой судьбой.
Нашептывало мне легенды и предания,
Открывало взору,все потерянные людские страдания.
А я смотрел. Скривившись от боли, словно от свинцовой пули,
Смотрел и вспоминал,что мои страдания мне так и не вернули.

Искусство запущенных глаз
Счастливее делает из раза в раз.
Мимолетное касание к фарфоровым рукам,
Миг блаженства прошлого,никому не отдам.
Буду прохаживать сквозь занавесы снов,
Отчаянно буду искать тебя среди мертвецов,
Никогда не избавимся от железных оков,
Получив клеймо,двух потерянных беглецов.

Чувственность до скрежета зубов,
В час пик,когда луна осядет градом на плечах,
Когда кровавая река дойдет до мрачных городов,
Я сумею разглядеть пелену сознания в твоих очах.
Вялость и сухость лягут ровным мазком,
Режут остатки совести в той час,
В час,когда буду откровенничать с чужим окном,
И с чужим,со смехом на губах,пущусь в неугомонный пляс.

Пустошь и добровольные небеса,
Невесомые слова и бездна,
Рубцом остаются,будто орудует смерти коса,
Въелись в кожу словно белесые на вид небеса.
Пред вратами в бесконечность и мольбу,
Восстану я,как феникс из остатков пепла и тумана.
С усердием попробую миновать,
Беспрестанную в моем сердце гиблую стрельбу,
Лишь бы пред справедливостью с белым флагом восстать.

А несправедливость бьёт ключом местами,
Проводит,словно электрический ток,
Губим себя ,в погоне за пагубными мечтами,
Где же ваш праведный Бог?
Бьёт по сомнительным глазам адреналин,
Проводит сквозь стены блестящие лучи,
Рассказывает поверье бывалых былин,
Когда безвыходность давит-отбивайся и кричи.
Но вот вопрос: кто бы нам сейчас помог,
Где же ваш миротворный и праведный Бог?

А вокруг,лишь робеет прохлада ночи,
Опьяняет сладостью навек,
Загляни же мне прямо в истощенные очи,
И наконец признайся,что любишь лишь временем избитых калек.
Переизбыток счастья,наполненный отроком тоски,
Сжимают мое сердце в невообразимой борьбе,
Наполнены свинцом мои виски,
Застыли глаза в невыносимой мольбе.

Вновь на дворе мой беззаботный май,
В душе отрада сердца и детские химеры,
На улице моей,в скором времени наступит рай.
Не буду задыхаться в воплях и тоске,
Не буду больше утопать в своих причудах,
Я до невозможности,весь отдался весне.

Последняя сигарета тлела,а пепел оседал на старый балкон,растворяясь в ночном полумраке. Силуэт мой,был окружен призраками прошлого и лишь один единственный образ я мог видеть отчетливо. Он когтями впился мне в кожу отказываясь отпускать,так и норовя стать лишь неприметным видением,посещающие мои недолгие сны. Я стоял,с жалостью и горечью глядя ему в очи,чувствуя просыпающееся где-то в закромах моей души неприглядное сочувствие. Я очутился на месте наблюдателя,а призрак играл,растворяясь среди множества других,но не давая мне возможности его загубить насовсем.

Неизменный лукавства миг,
Когда ребячество осталось позади,
В момент когда горечь слезная,откроет вновь свой настоящий лик.
Когда мне стены кажутся пустыми,
В миг, знакомая тропа увяла цветами,
Когда бесконечные думы стали скупыми,
Я питаю любовь только старыми снами.

Не достичь совершенства идеалов,
Плавание в бескрайных водах тоски,
Обременен участием обманов,
Наполнены свинцом мои виски.
Не буду прежним я ,не буду настоящим,
Оставшись искусством старых стен,
Уж огорчен я горем предстоящим,
Сам попался в мыслей своих плен.

На изголовьях пожелтевших страниц,
Я нахожу на сердце камня убыль,
Среди воспоминаний,словно перелетных птиц,
Я буду как незаметная серая пыль.

Оригинал:

Так уж было нужно,так было суждено,
Слишком многое мне было дано.
В мерцании призрачных лучей,
Я канул лишь в пелене твоих очей.
В созерцании сострадательной любви,
Мое сердце в заключительный раз изорви,
Докажи, что не взойдет для меня уже другого солнца,
В момент,когда наша последняя нить оборвется.


Перевод:

Так вже було потрібно, так
судилося,
Лише така грішна доля мені наснилася.
У мерехтінні примарних променів,
Я канув лише у смуті твоїх спогадів.
У спогляданні жалюгідного кохання,
Сердце стогне через наше тягуче мовчання,
Доведи, що не зійде для мене вже іншого неба,
Так судилося. Так було треба.

В моменте я , так и остался никем,
Молчание в тишине безмолвных домов,
Блаженства миг, в море неумолимых проблем,
И безрассудный смех, в окружении терпеливых дворов.
В теплых снах я ощущал себя чужим,
А на пороге опять неумолимое лето,
Предоставленное только нам двоим.

А в голове последний ветер у окна,
Мигом охватывает дрожь,
Настал мой час и смерть пришла,
В противоречиях угрюмых,я не смогла себе помочь.
Луна молчит.
И смерть тоскливо бродит у окна,
А ветер пронзительно кричит,
Что в своей печали я осталась одна.