десижнс десижнс.

если я сяду перечитывать пески, это будет стендап одного комика, потому что там около тысячи заметок на две тысячи страниц читалки.

три часа ночи, honey it’s time to плакать из-за главы в ресторане в «лучше звоните томе», потому что ты и аято один человек, и даже зная что он поступает неправильно, позволяя собственным страхам взять верх, ты понимаешь, что, вероятно, сказал бы то же самое.

нет, ладно, знаете, я перечитала этот диалог еще раз, и я все еще сказала бы то же самое и даже без чувства вины. вероятно, я бы ответила ещё жестче, потому что тома, как бы зол они ни был, говорит просто невероятные вещи. для меня всегда тема проблем в отношениях с родителями была болезненной, и уж тем более, когда одна из проблем касается ориентации. и поэтому фраза «ты уедешь, а мне разбираться с тем, что останется от моих отношений с отцом» кажется особенно добивающей, тем более когда тома на это отвечает, что аято просто струсил, когда дело дошло «до реальной угрозы», и что ему карьера важнее отношений. потому что дело ведь вообще не в карьере. дело все еще в отношениях с отцом, которые просто из руки вон плохи, и именно поэтому аято делал всё, что могло бы привести к отчислению, потому что знал, что на его будущее это не повлияет. его не отчислят, это никак не скажется на будущей жизни, его не выгонят из дома — он лишь подействует отцу на нервы, да и только. в его реалиях это не более чем досадливая шалость. другое дело встать перед отцом и сказать, что ему нравятся парни, особенно один конкретный тома. это буквально путь в один конец не только для «карьеры», но и в целом для будущего, если не для самого аято. гомофобные родители — страшная вещь, знаете ли.

поэтому меня так раздражает, когда тома вдруг упирается в то, что он просто не нужен аято. что он не более чем «экзотическая игрушка», поиграй и выброси. и поэтому ответ аято «что-то для того, кто просто терпит, я слишком много стараюсь, тебе не кажется?» сначала кажется слишком острым и грубым, даже немного высокомерным, но на самом деле является вполне закономерным. для аято всё это тоже в новинку, а с его трудностями в межличностных отношениях так тем более, но он очень старался изменить своё отношение, свой подход к томе, найти ту золотую середину, где им обоим будет комфортно. чтобы в итоге получить по лицу оплеухой из слов о том, что он сделал недостаточно для того, чтобы показать, как тома ему нужен.

Топ самых страшных сообщений в мире:

мой новый пункт в виш листе.

она такая красивая, что доводит до слез просто одним своим звучанием. я конец сюжетки растягивала как могла, просто потому что она там на повторе играла на заднем плане.

завтрак.

— аль-хайтам, хочешь поболтать?
— конечно, только если ты морально к этому готов.

вот же дурачье.

я вижу слова «побочная история всеведущего читателя», и во мне просыпается яппер, готовый расписать миллион постов о том, какие же там все тварины, а ким докча заслуживает целую вселенную.

я говорю, что нормальная, а потом люди видят ким докчу в списке моих киннов. (дальше начинается викторина: я тоже говорю о своих любимых новеллах при каждом удобном случае или я тоже молча уничтожу себя и свою личность ради своих близких, подарив всем птср в качестве прощального подарка)

решила немного расписаться и попробовать насильно себя вытащить из райтерского блока, пока есть желание, и пришла к мысли, что как бы я ни старалась перейти писать в приложения типа гугл доков или тот же майкрософт, для меня нет ничего удобнее обычных заметок в телефоне. дело даже не в функциональности, а просто в визуале и привычке. и вот каждый раз удивляюсь, что такие мелочи на самом деле могут сильно влиять на работу, саботируя ее или же наоборот чуточку воодушевляя на продолжение.

к этому же, кстати, относится и обстановка вокруг. мне гораздо проще писать под какие-то подходящие под настроение работы плейлисты (поэтому я трачу еще несколько часов на создание этих самых плейлистов); я не могу сосредоточиться, когда рядом еще кто-то есть, поэтому девяносто процентов всех моих работ написаны ночью; если атмосфера работы не соответствует тому, что происходит вокруг (я пишу что-то мрачное, а на улице яркое солнце и дети с криками бегают под окнами), то для работы это прямой путь в никуда, и я скорее всего буду ее много раз переписывать.