🗣«Подготовку к операции «Поток» проводила наша бригада, а конкретно — 10-я рота. Прочищала трубу, скрытно прорезала вентиляционные люки на всём ее протяжении. Во время этих действий плотно отрабатывала артиллерия, прикрывала и отвлекала. В один момент операция оказалась под угрозой: в феврале противник пошел в контрнаступление, попытался прорваться к селу Уланок, вход в трубу находился в зоне боев. Но мы их «погасили» за три дня и продолжили подготовку».
<…>
«Утром 8 марта мы наружу даже не вышли, а выпрыгнули, вылетели — так устали находиться под землей. Готовы были, что называется, бежать куда угодно, лишь бы вперед. Главным испытанием оказался не штурм, а вот этот длительный марш-бросок».
<…>
«Мы должны были перерезать пути снабжения и отхода ВСУ со стороны Мартыновки в районе хуторов 1-й и 2-й Княжий. Свою задачу выполнили и даже перевыполнили — дошли до Гончаровки. Оборону держали неделю. Потом заводили и направляли основные силы. В тыл из Суджи свои два взвода я вывел 15 марта».

🗣«Мы выходили первыми, когда поступил приказ, первое ощущение — мир такой огромный, широкий! Вместе с парнями из «тридцатки» мы «забрали» лесополосу, следом взяли хутор Кубаткин и заняли круговую оборону. Задача стояла создать плацдарм и ждать подхода основных сил. Вывели нас через два дня. Помню, когда подошли союзники и узнали нас по черным лицам, то сказали: «Ладно, парни, расслабьтесь! О вас весь мир трещит».

🗣«Ощущение времени внутри терялось: непонятно, что сейчас — день, ночь, первые сутки, вторые. Очень не хватало воды. Спали полусидя, облокотивший о трубу. При этом нормально не поспишь — движение внутри непрерывное, только прикорнул, а тебя будят: пропусти. По всей окружности трубы — маслянистая субстанция, метановый остаток, который мы вдыхали и который впоследствии дал о себе знать.

Кислорода внутри было минимум. Зажигали спичку и проверяли — можно ли останавливаться на отдых, если горит — кислород есть. Временами образовывались заторы, парни кучковались, приходилось их разгонять. У кого-то были галлюцинации, кто-то отключался. Спасительную роль выполняли вентиляционные карманы, ведущие на воздух, их предварительно прорезали в металле на расстоянии 1,5 км друг от друга, хотя некоторые завалило потом землей. В целом, несмотря на сложность маршрута, настроение у большинства было бодрое».

🗣«Так сложилось, что я принимал участие во всех трех операциях «Труба», которые на слуху. Профиль нашей бригады в этом и состоит — прорывать оборону противника, каким способом — зависит от обстановки и наших решений. Труба в некоторых случаях оказывалась оптимальным вариантом.
<…>
Выйдя наружу 9 марта, нашел своих и присоединился. Тактику ВСУ в этот период я бы охарактеризовал так: по возможности максимально замедлить нас, а самим поскорее смыться».