Работаю из кафе, тут две очень занятые мамы с детьми обсуждают репетиторов, биологию, географию, меряются оценками. Там милейшие детки лет 11-12: говорят что-то про Никарагуа, кивают, не шумят, когда их просят, что-то говорят про оценки — ведут себя прилично.

Получив разрешение поиграть, плюхаются на диван за столик за моей спиной, пока родительницы что-то обсуждают. И под шумок какой-то игрушки тихо-тихо поют и давятся смехом:

Х.. собачий, х... собачий, х.. собачий, х...!

Во-первых, если мне кто-то скажет, что Игнат ужасно много матерится и вообще, как так можно ребенку — я клянусь, я этого человека просто запру в одной комнате с младшеклассниками, которые играют в стрелялку, и не выпущу, когда у этого человека кровь из ушей не польется от отборнейших матов юными звонкими голосами.

Я уже, кстати, узнала, что какой-то пацан бл.. об...ая — и, кстати, тоже собачий х.

А во-вторых, пацанята давно ушли к свои родительницам, а я уже полчаса пытаюсь работать под мысленное «х.. собачий, х.. собачий, х, собачий..». Какого черта-то такая песня прилипчивая!

Занялась здоровьем, хожу по врачам, получила пробную диету: что мне можно есть, а чего не стоит.

Поразительно, как многое мне вредно, разумеется — и все, конечно, самое вкусное.

Но еще поразительнее, что мне разрешено.

Внимание, это:

Фуа гра
Кенгуру
Сыр камамбер
Почти вся китайская кухня и соусы
Клубника
Джин

Мне кажется, что к такой диете должен прилагаться безлимит в «Азбуку вкуса» и парик Марии Антуанетты.

Хлеб мне, кстати, нельзя. Но можно бисквиты, так что хлеба нет — буду есть бисквиты!

Вообще я первая застолбила Риви и сказала, что он краш, но так и уж быть, поделюсь с вами. Люблю эту историю еще с курса, с того самого дня, когда Ася вышла на связь по видео из мать ее тренажерки, чтобы рассказать про свой новый роман. Ничего не продает сильную героиню так убедительно, как автор, который раздает лор, пока ишачит на снарядах.

Риви краш, Акира прекрасная и очень убедительная, Ким моя заинька, и даже козлы мои козлы.

Очень жду!

#впечать

📌 Змееловы из Парансана — А. Фуллер

Серия: Игры на выживание. Фантастика

Северный материк — ледяные вершины и горные тропы, где нет транспорта, кроме упрямых козлов. Южный — холмы с кипарисами и тёплый ветер. И там, и там — змеи, которые охотятся на людей.

После тяжёлого боя лейтенант Маттео Риви теряет пальцы и глаз, получает награду за героизм и возможность оставить службу.
Но вместо спокойной жизни он отправляется на Север — туда, где снова идёт война.

Его цель — спасти человека по имени Акира Фрост.
Вот только Риви не знает трёх вещей.
Акира Фрост — его новый капитан.
Акира Фрост — женщина.
Акира Фрост — женщина, которой не нужна защита.

Аутентичное оформление серии, атмосферный макет и иллюстрация на обложке, дополняющая мир книги.

🚫 18+

В планах: май 2026

В связи с блокировками и прочим вот о чем думаю.

Я работала много где: в новостном агентстве, выпендрежном городском сайте, социальном медиа, большом корпоративном журнале — и, конечно, сперва везде обращают внимание на цифры: просмотры, уники, подписчики и тд.

Но рано или поздно любое норм медиа переключается с гонки за цифрами на качественную работу с аудиторией. Да, просмотры и уники всегда будут важны, но с ростом медиа уже недостаточно случайно влетевших читателей из поисковиков или агрегаторов.

Идет упор на качество контакта с аудиторией.

На этом этапе начинается другая работа — вглубь. Когда мы уже не только знаем любимых комментаторов, но целенаправленно работаем на то, чтобы появилось ядро аудитории — пул читателей, которые открывают медиа регулярно, видят ценность в текстах и закрывают какие-то свои потребности.

Например, знают, что на этом сайте всегда найдут самую понятную инструкцию или что в этой новостной ленте соберут самые важные новости, или что тут — такие интересные истории, которых больше ни у кого нет.

Это долгий, сложный и чертовски увлекательный процесс, но мне он очень близок по ценностям: работать, думая о своих читателях, и о том, чтобы помогать им своими текстами.

Я вспоминаю этот опыт в медиа уже как начинающий писатель, в связи с тревожными новостями о блокировках, переезде на другие площадки и прочими телодвижениями.

Сейчас очень непросто, и опытным авторам с большой аудиторией, и начинающим авторам с крошками-каналами, как у меня. Сложно понять, куда двигаться дальше, на какие площадки уходить, стоит ли вкладывать ресурсы туда, что того и гляди закроют. Ни у кого сейчас нет гарантированного 100% ответа, что делать и куда идти.

Но я все больше и чаще думаю, что в такие турбулентные времена единственная надежная инвестиция — это вклад в качество контакта. Я сказала ужасно много слов ради простой мысли о том, что нужно держаться за руки со своими, но сейчас это кажется мне единственно важным и правильным. А способ, рано или поздно, но непременно найдется.

Если вам хочется рассказать о себе или поделиться своим каналом на других площадках — напишите в комментариях! Куда бы ни забросила нас судьба, будем пытаться найти друг друга!

Наставник — в «Горящей избе»! Жаль, что только фигурально, конечно...

А если без шуток, то я очень люблю «Избу» — ищите там мои комментики про лучших аниме-крашей — и в восторге, в какую классную компанию попала.

Почитайте, там много всяких прикольных секретиков раскрывают. Мама, не читай, я там рассказываю, что делала вместо хора.

7 книг современных писательниц, вдохновлённых личным опытом

Наши друзья из бюро «Опен-колл» выбрали семь книг, для создания которых авторы — молодые российские писательницы — обращались к личному опыту и памяти. Иногда эти воспоминания были травмирующими, иногда счастливыми, но во всех случаях они помогли создать достоверные тексты.

Узнать →

Горящая изба 🔥

Дорогой издатель приступил к прочтению, как же нервничаю!

Читаю одну рукопись одного автора, с которым мы уже работаем, и как хорошо она попадает в мой мини гиперфикс после «Больницы Питт», ну мед 🙂‍↔️

У меня есть очень давняя амбция — научиться писать на английском художественные тексты.

Вообще я много пишу на английском, когда общаюсь с чат-ботами, но редко претендую на художественность (и смысл, потому что это просто эмоциональная разрядка). Но мне нравится, как на другом языке у меня иначе начинает работать мышление.

Например, на английском мне проще писать драки, триллеры и всякую нежную романтику — последнее на русском я вообще никак, совершенно никак не могу. Начинаю смущаться и мечтаю выбежать из комнаты, словно мне снова 5, а на экране при бабушке Сейлор Мун с Таскедо Маском целуются.

В общем, изучать все это интересно, но пишу я очень посредственно, у меня не самый высокий уровень. Поэтому я с таким страхом показываю свой крошечный рассказ на английском и мечтаю, что однажды он станет точкой отсчета.

My first love became my first murder

They say first love hits you like a bullet. I never had that. But once Pasha caught me stealing his cigarettes and told me to spread my knees, and I told him that I wouldn’t fuck him because he was heavy and stank, so he kicked me in the stomach.

First love felt about the same. Like a hard punch to the gut.

Humiliating. Painful. Unwanted.

Impossible to mistake.

I got with that guy fast. I’m quick when it comes to hit on. Guys here are simple. They rarely take you down if you are easy.

Maybe guys are simple everywhere.

Whatever.

That summer every man on earth could have vanished and I wouldn’t even have noticed.

Blinding, like a punch to the temple. That’s what I said, and I know what I’m talking about. When Pasha saw me with my first love, he got pissed. Ugly people take rejection badly. I told him to mind his own fucking business, but he told me to shut up and hit me in the temple.

He didn’t mean to hit that hard, I think now.

Pasha is just heavy.

So when I came to, it was already over. Pasha had called his friends, and they threw my first love off the roof.

At least that’s what I think.

Later they said he did it himself. Bullshit, but whatever.

Pasha was some big shot’s son, so they believed him anyway.

Now Pasha and I are dating. Pasha is good to me. He buys me flowers. Gives me cigarettes, though not too many, because he doesn’t like the smell after.

Pasha is heavy, and he snores in his sleep. When I can’t sleep at night, I lie there with my eyes open and look at the ceiling.

On nights like that, I feel like falling off a roof.

Faster and faster and faster.

Вот так выглядят наши занятия по крав мага 🌸🩷🌸

Понедельник паршивый по ряду причин — привет, мой архив в облаке за десять лет, куда тебя теперь нести? — но ехать дальше как-то приходится. Решила собрать список лайфхаков, чтобы вывозить — в основном, чтобы держать у себя перед глазами, а то знаю я себя.

1. Сначала есть, потом спать, только потом страдать.

Многочасовая рефлексия — мое все, гонять одну и ту же мысль по кругу могу дольше, чем Supermassive Black Hole на мп3-плеере в девятом классе, а это, согласитесь, уровень. В последнее время стала выделять слоты в расписание, чтобы размышлять о том, какой я ужасный человек и как надо было две недели назад ответить иначе, чтобы никто ничего дурного не подумал.

Тут правда, обманка, потому что утром придется либо сидеть и расписывать в тетрадке все эти дурацкие когнитивно-терапевтические таблицы «что произошло—какие эмоции возникли—какое мысли подумались», либо решить, что страдания преходящи, а анимешные мужики на пинтересте сами себя не посмотрят. Но лучше становится все равно.

2. Это не ошибка, это не сработавшая гипотеза.

Это мой любимый лайфхак из работы. Мы регулярно обновляем тексты, чтобы всегда были актуальные данные. Часто это затрагивает всю статью — например, видно, что какой-то текст мало дочитывают до конца. Лет пять назад я бы воспринимала это как профессиональный удар: как же, неужели не идеально? Вот это я хреновый редактор!

Теперь я смотрю на это из серии: ок, этот подход не сработал, о чем нам это может говорить? Ага, давайте попробуем иначе. Потребности аудитории тоже меняются: где-то избаловали ИИ, а где-то уже не нужно подробное объяснение, за два года термин устоялся. Я концентрируюсь не на своем реальном или гипотетическом провале, а на том, что лучше для читателя именно сейчас.

Не залетел видос в тик-токе? Возможно, надо что-то поменять в стратегии. Не сработало и это? Попробую другой заход. Посмотрю, что будет, если завести два аккаунта с разными ЦА. Какие-то гипотезы работают, какие-то нет, я тестирую и сравниваю.

3. Жизнь не будет счастливой

на 100% каждый из дней. Будут и совсем хреновые дни, будут чуть получше, скучные дни, супер-дни и так далее.

Не знаю, как у вас, но у меня в голове до сих пор висит установка, что если я все сделаю правильно, налажу быт, наведу порядок в голове, устрою работу каким-то верным образом — то и мой базовый уровень счастья сильно вырастет и я буду чувствовать себя прекрасно по умолчанию.

Может, когда-нибудь я так и преисполнюсь. Но пока мой базовый уровень счастья как зп при инфляции — требования растут куда быстрее возможностей.

Конечно, сильно много хреновых дней подряд могут что-то говорить про депрессивное расстройство, но какое-то время огорчаться нормально, с поводом или без. У нас тут слишком много фоновых тревог, чтобы совсем-совсем не было повода.

По крайней мере, это одна из гипотез. Поем, посплю и потом подумаю.

Делитесь тоже советами!

Бывает, написал книжку и бесишься, что она не такая крутая, как ее себе представлял.

Это выматывает: хочется переписать все с нуля, но лучше. Кажется, что предал историю. Что классная идея выбрала неудачницу. Или что облажался как автор — не дотянул, не довел.

Но нельзя сравнивать написанную книгу с книгой в своей голове, потому что книга в голове — это не идеал.

Книга в голове — это сон.

Во сне бывают офигенные ощущения, даже сюжет. Но мозг в фантазиях докручивает пустоты, фиксируется на ощущениях и тд. Ты много чувствуешь, но когда пересказываешь, выходит чушь: «и вот мы катались на драконах, а вот я дракон, а тут я короче вдруг рыцарь и я понимаю, что я лечу, но лечу как будто уже с драконом»

Сравнивать фантазию с реально написанной книгой бесполезно, потому что книга никогда не даст таких же ощущений, как фантазии.

Это надо просто принять: никогда-никогда-никогда.

Ваще никак.

Даже если перепишешь четыре раза.

Надо просто улучшать то, что есть, и радоваться, что написанной книги достаточно, чтобы у кого-то тоже запустилась фантазия.