На тему нашего опроса вспомнилось бессмертное:

«И вообще, после Петра I России очень не везло на царей. Это уже мое личное мнение!»

«Доживём до понедельника» режиссёра Станислава Ростоцкого

👉🏻Подпишись на FAQhistory

Из Новгорода в Харбин, из 1914-го в 1920-й год. Подписывайся на дневник белого офицера.

Вместе с артиллеристом Иосифом Ильиным мы оказываемся на фронтах и в тылу Первой мировой и Гражданской войн. На страницах дневника мелькают известные исторические события и фигуры.

❗️1914: «Начальник дивизии генерал Зайончковский телеграфирует, что Германия объявила войну, с чем и поздравляет. Никак не могу понять, с чем тут поздравлять?!».

❗️1916: «Не дают житья аэропланы. Повадились ежедневно летать целыми эскадрильями, сбрасывая массу бомб»

❗️1917: «Большая комната, зал был наполнен солдатней самого гнусного вида. Солдаты расстегнутые и с хамскими лицами. Курят и плюются».

❗️1918: «Застал Колчака и явился ему. Он на меня произвел неотразимое впечатление. Видно, что это в пол­ном смысле рыцарь»

❗️1920: «Итак, едем по КВЖД. Завтра будем, вероятно, в Харбине. Конечный пункт нашего путешествия».

👍🏻 Подписывайся на дневник 1914-20

Когда Набоков и Бунин считали, что у Горького нет таланта

Владимир Набоков писал, что «художественный талант Горького не имеет большой ценности» и «не лишен интереса» лишь «как яркое явление русской общественной жизни», Горький «псевдоинтеллигентен», «обделен остротой зрения и воображением», в нем «напрочь отсутствует интеллектуальный размах», а его дар «убог».

Не менее язвительно о писательском даровании Горького отзывался Мережковский: «О Горьком как о художнике именно больше двух слов говорить не стоит»

Иван Бунин же эх писал о «беспримерной незаслуженности» мировой славы Горького («Горький», 1936), обвиняя его чуть ли не в фальсификации собственной босяцкой биографии.

Но, отмечает филолог Анастасия Белоусова, рядом с этими уничижительными характеристиками несложно поставить другие — прямо противоположные, дышащие любовью к Горькому и восхищением к его таланту.

По словам Чехова, Горький — «настоящий», «залихватский» талант; Блок называет его «русским художником»; Ходасевич пишет о Горьком как о писателе высокой пробы; а Марина Цветаева отмечает по случаю присуждения Бунину Нобелевской премии: «Я не протестую, я только не согласна, ибо несравненно больше Бунина: и больше, и человечнее, и своеобразнее, и нужнее — Горький. Горький — эпоха, а Бунин — конец эпохи».

На фото Степан Скиталец, Леонид Андреев, Максим Горький, Николай Телешов, Федор Шаляпин, Иван Бунин, Евгений Чириков

👉🏻Подпишись на FAQhistory

Написал ли Пушкин «Конька-горбунка»?

Существует версия, что сказку «Конёк-горбунок» на самом деле написал не Петр Ершов, а Александр Пушкин.

Сторонники этой теории приводят в защиту своей позиции совершенно разные доводы: от того, что в произведении есть прямые отсылки к сказкам Пушкина, до того, что в тексте встречаются псковские диалектизмы, которые знал Пушкин, но якобы не мог знать Ершов. Иногда говорят, что в поэме есть скрытые намёки на притязания Николая I на жену (жар-птицу) Пушкина, поэтому от своего имени Пушкин не смог бы издать это произведение. Кроме того, утверждается, что 18-летний юноша Ершов просто не смог бы написать такое сложное и необычное произведение.

Большинство литературоведов и филологов сочли эти доводы неубедительными. Петр Павлович Ершов и правда написал ее, когда ему было всего 18 лет, — первую главу произведения он сдал своему университетскому профессору Петру Александровичу Плетневу в качестве курсовой работы.

По собственному признанию, автор записал народную сказку слово в слово от сибирских крестьян, лишь немного дополнив и переработав текст. В течение следующих 20 лет Ершов неоднократно переписывал фрагменты и вносил правки.

Хотя в 1834 году сказка еще не была «причесана», Пушкин уже знал и высоко ценил произведение. Сохранилась даже хвалебная цитата Пушкина «Этот Ершов владеет русским стихом, точно своим крепостным мужиком» и воспоминание самого Ершова о том, как великий поэт сказал: «Теперь этот род сочинений можно мне и оставить», подчеркивая, что ему выросла достойная смена.

Научное сообщество считает, что никакой мистификации не было и, хотя и Пушкин, и его старший товарищ Василий Жуковский, и Плетнев могли давать рекомендации к тексту, Петр Ершов — единственный настоящий автор сказки «Конёк-горбунок».

👉🏻Подпишись на FAQhistory

Лермонтов - «душа поэта в фигуре карлика»?

210 лет назад родился поэт и один из самых любимых прозаиков нашей редакции - Михаил Лермонтов. Как известно, у большинства современников он вызывал смешанные чувства.

Вера Ивановна Анненкова (урожд. Бухарина; адресат стихотворения Лермонтова «Не чудно ль, что зовут вас Вера?..») писала:

«В первый раз я увидела будущего великого поэта Лермонтова. Должна признаться, он мне совсем не понравился. У него был злой и угрюмый вид, его небольшие черные глаза сверкали мрачным огнем, взгляд был таким же недобрым, как и улыбка.

Он был мал ростом, коренаст и некрасив, но не так изысканно и очаровательно некрасив, как Пушкин, а некрасив очень грубо и несколько даже неблагородно. <...>

Он смерил меня с головы до ног уверенным и недоброжелательным взглядом. Он был желчным и нервным и имел вид злого ребенка, избалованного, наполненного собой, упрямого и неприятного до последней степени. <...>

У него было болезненное самолюбие, которое причиняло ему живейшие страдания. Я думаю, что он не мог успокоиться оттого, что не был красив, пленителен, элегантен. Это составляло его несчастие. Душа поэта плохо чувствовала себя в небольшой коренастой фигуре карлика. <...>

Я знала того, кто имел несчастье его убить, - незначительного молодого человека, которого Лермонтов безжалостно изводил. <...>

Ожесточенный непереносимыми насмешками, он вызвал его на дуэль и лишил Россию ее поэта, лучшего после Пушкина».

👉🏻Подпишись на FAQhistory

«Корпус не вышел
из окопов и отказался атаковать. Видимо, терпение народа подходит к концу»
2 сентября 1916 г. (окончание)
Из дневников Верховского

Потеря веры в командный состав стала, к сожалению, общим явлением и выливается иногда в уродливые формы;
так, 7-й Сибирский корпус, по сигналу атаки, не вышел
из окопов и отказался атаковать, несмотря на
блестяще произведенную подготовку артиллерии.

Другой подобный случай был и у наших соседей, 9-й
армии, в Карпатах, где одна из дивизий (номера ее не запомнил) также отказалась выйти из окопов и атаковать.

Подобные же случаи были в ряде других мест, в большем или меньшем масштабе. Это явление уже прямо угрожающее. Видимо, терпение народа подходит к концу.

🎖️Записки военного министра Временного правительство

Когда к войне не готова даже униформа

Граф Алексей Игнатьев вспоминал свою отправку на Русско-японскую войну в 1904 г.: «Когда к отходящему на юг поезду я явился в белом кителе и в белой фуражке, с шашкой на серебряной портупее, с револьвером и биноклем через плечо, мне казалось, что у меня вполне боевой вид.

Но некий уже побывавший на фронте полковник сразу расхолодил меня и остальных офицеров, которые тоже были в белом.

- Не забывайте снимать фуражки, когда придется высовывать голову из окопа, - советовал полковник. - Лучшей мишени, чем белая фуражка, не сыскать. А японцы - отменные стрелки!

Он объяснил нам далее, что белое обмундирование и, особенно, белые фуражки служат одной из немаловажных причин наших потерь в людском составе.
На первом же ночлеге Павлюк (вестовой Игнатьева - FAQhistory) категорически потребовал у меня фуражку и китель и сдал их в покраску какому-то китайцу.

- Никто в белом не воюет! - авторитетно заявил он.

Впрочем, все перекрасились. Но как! Проснувшись утром, я увидел вместо русской пехоты толпу в каких-то желто-зеленых, голубоватых и зеленоватых тряпках. Не лучший вид имело и большинство офицеров. В результате кустарной, спешной и неумелой покраски обмундирования все наше воинство сразу приобрело жалкий вид.

Мне вспомнилось, что английские и американские военные атташе носили форму хаки, у японцев тоже хаки. Значит, секрет защитного цвета уже был известен. Почему же его не использовало русское военное министерство, посылая сотни тысяч солдат на фронт?».

👉🏻Подпишись на FAQhistory

Когда все ждали окончания войны

Воевавший в Первую Мировую войну писатель Виктор Шкловский вспоминал настроения октября 1917 г.:

«Что думали про войну? Мне кажется, верили в то, что она сама кончится; вера эта была всеобщей ко времени воззвания к народам всего мира.

Помню, что приехавшие с Моонзундской позиции говорили, что там уже сговорились с немцами: ни мы, ни они стрелять не будут.

В общем, преобладало пасхальное настроение, было хорошо, и верилось, что это только начало всего хорошего».

👉🏻Подпишись на FAQhistory

Нас ждёт очередной фильм про Пушкина. На этот раз в главной роли Юрий (или Юра?) Борисов. Ну уже хорошо, что не Безруков.

👉🏻Подпишись на FAQhistory

Когда Пушкин впервые появился на экране

Самое время вспомнить первый фильм о Пушкине, вышедший на экраны в 1910 г.

Биографический фильм «Жизнь и смерть Пушкина» снял один из первых российских сценаристов и режиссеров, бывший начальник узловой станции Владикавказской железной дороги Василий Гончаров. О том, как проходили съемки сцены дуэ­ли, вспоминал писатель Виталий Добровольский:

«Режиссер снова завопил: „Оператор, сюда… Пушкин, уезжай! Секун­данты… Где же секунданты?..“ Из толпы выделились три взлохмачен­ные фигуры. Озирались, как волки, застигнутые стаей гончих. Кто-то иро­нически заметил: „Хотя бы рыло умыли, а еще секунданты…“ <…>

 „Секунданты, не стой в куче… Дантес, поднимай руку! Пушкин! Ну… Пли!.. Падай!.. Ну же, падай!..“ 

„Пушкин“ сперва обернулся, потом нелепо бухнул на землю. Подбе­жали секунданты. Один тут же фыркнул на другого: „Чего на ноги ле­зешь, черт! Стреляй, стреляй!“

 „Пушкин“ слишком рано нажал на курок и выстрелил куда-то в небо. Потом сел, уставился на „Дантеса“ и стал целиться.

„Подхватывай на руки… Живо… На сани… Куда головой вертишь!“ — ревел режиссер.

„Пушкина“ облапили секунданты и увезли. Аппарат перестал тре­щать».

👉🏻Подпишись на FAQhistory

Когда во время восстания декабристов лицеист выступил против лицеистов

19 октября традиционно празднуется день Царскосельского лицея. Широко известно, что ряд лицеистов первого выпуска участвовал в декабристском движении. Гораздо реже вспоминают о герое с другой стороны, капитане гвардейского Московского полка Александре Корнилове.

Все 8 лет после Лицея Корнилов провел в этом полку — пройдя путь от прапорщика до капитана. 12 декабря 1825 г. на квартире у князя Щепина-Ростовского он «решился участвовать в намерениях противиться новой присяге». Однако утром 14-го аргументы нового императора показались ему убедительными.

Михаил Бестужев вспоминал: «Когда Фридрикс прочитал нам отречение Константина и манифест Николая, я, наблюдавший Корнилова, приметил, что его пунцовое лицо подернулось бледностью. Неожиданное отречение Константина его поразило до такой степени, что он вышел шатаясь от генерала». После этого Корнилов сделал все, чтобы воспрепятствовать участию своих солдат в восстании.

Бестужев продолжает:
«Я остановил Корнилова и спросил:
- Ну! Как теперь ты намерен действовать?
- Я не могу действовать с вами и беру свое слово назад.
- Но ты позабыл одно условие, - возразил я, показав ему ручку пистолета, спрятанного в рукаве шинели.
- Ну, что ж - убей меня! Я лучше соглашусь умереть, нежели участвовать в беззаконном предприятии!».

Результаты официального расследования говорят, что «Корнилов во время привода полка к присяге находился при своей роте и не возбуждал солдат к неповиновению, но при смятении старался восстановить порядок, вырывал покорных и недоумевающих солдат из среды бунтовщикови и ставил их во фронт».

Позже Корнилов был на Сенатской площади среди оставшихся верными Николаю I московцев. Напротив, в каре бунтовщиков, стояли его однокашники Пущин и Кюхельбекер.

Несмотря на свои действия, Корнилов не был награжден и даже подвергся аресту, однако Высочайше было повелено оставить его в полку.

👉🏻Подпишись на FAQhistory

Когда гвардейский офицер и пролетарский поэт сошлись во мнении о главе государства

Гвардейский офицер Сергей Апухтин вспоминал свою аудиенцию «у главы правительства и Верховного Главнокомандующего Керенского» в конце октября 1917 г.:

«С тяжелым чувством подходил я к подъезду Ее Величества в Зимнем дворце. Почему надо было Керенскому поселиться именно здесь? Неужели в огромном Петрограде с его бесчисленными дворцами не было другого помещения, достойного революционного адвоката? Или этим внедрением в царские покои показывалось презрение к свергнутому самодержавию? <…>

Мы поднялись по широкой мраморной лестнице, покрытой замызганным ковром, и нас провели каким-то темным коридором в приемную залу перед царским кабинетом. У дверей кабинета в небрежных позах стояли какие-то велосипедисты, вооруженные кортиками. Они изображали парных часовых. <…>

Керенский сидел у стола, но сразу встал и, протягивая руку, подошел к нам.

«<…> Скажите вашим товарищам–офицерам, что правительство не дремлет и в армии будет восстановлен полный порядок. А что касается здешнего гарнизона, то среди него есть, конечно, большевики, но большинство — на стороне законной власти и будет ее защищать <…>».

Мы вышли. Вот и все. И для этого мы с таким трудом добирались до столицы, чтобы увидеть эту фигуру, беспомощную и безвластную, державшуюся у власти лишь только по инерции!».

Эти воспоминания созвучны строкам Маяковского:

Царям
дворец построил Растрелли.
Цари рождались,
жили,
старели.
Дворец
не думал
о вертлявом постреле,
не гадал,
что в кровати,
царицам вверенной,
раскинется
какой-то присяжный поверенный.

👉🏻Подпишись на FAQhistory

Когда Далю явился то ли дух Жуковского, то ли дьявол

Автор знаменитого словаря Владимир Даль в 1850-е годы увлекся стологаданием и спиритуализмом. Литератор постоянно спрашивал у духов, успеет ли до конца жизни закончить свой словарь. «Успеете», — отвечали духи.

Даль рассказывал, как однажды на сеансе с ним вступил в сообщение дух, назвавшийся именем его друга-поэта Василия Жуковского.

Даль сказал ему: «Если ты действительно дух Жуковского, расскажи что-нибудь такое, что знают двое: я и Жуковский!».

«Хорошо, — отвечал дух, — в проезде Государя Наследника (ныне благополучно царствующего Императора) через Оренбург, в 1837 году, мы с тобою встретились в первый раз. Ты, еще молодой и горячий мечтатель, принес мне тетрадь стихов и спрашивал моего мнения: годятся ли они на что-нибудь и есть ли в тебе поэтический талант? Я, пробежав тетрадку, сказал тебе, что поэтом тебе не быть, брось лучше всего стихи и примись за прозу!».

По словам Даля, все так и было, а следовательно, дух Жуковского был настоящим.

Совершенно иначе та же самая история истолковывается однокашником и приятелем Даля Николаем Потуловым — консервативным православным мистиком и ярым противником «дьявольского» спиритизма, которому Даль во время одной из их встреч рассказал о том, как испытывал дух Жуковского.

Согласно Потулову, этот ответ свидетельствовал о дьявольском наваждении, ибо злые духи «очень хорошо могут знать все наши тайны».

👉🏻Подпишись на FAQhistory

Когда на медали перепутали дату взятия крепости

11 (22) октября 1702 г. русской армией был взят город Нотебург (шведское название крепости Орешек). 13-часовому штурму крепости предшествовала 11-дневная осада.

В осаде лично участвовал Пётр I. «Правда, что зело жесток сей орех был, однако же, слава Богу, счастливо разгрызен…  Артиллерия наша зело чудесно дело своё исправила», — писал Пётр I в одном из писем.

Старый русский город, переданный Швеции в результате подписания мирного договора 1617 г., вновь вернулся в русское владение и был переименован в Шлиссельбург («ключ-город», открывавший дорогу к овладению устьем Невы).

В честь знаменательной победы Пётр велел отчеканить медали с историческим напоминанием — «Был у неприятеля 90 летъ». На медалях датой взятия города было обозначено 21 октября.

Похоже, авторы эскиза планировали разместить на награде число «12» (хотя крепость была взята 11 октября), но при при изготовлении штемпелей цифры были перепутаны местами и вместо «12» проставлено «21».

👉🏻Подпишись на FAQhistory

Всякий раз, когда читаешь сводки о боевых действиях, вспоминается «Белая гвардия» Булгакова:

— «Свободные Вести»!

Турбин задержался, купил у газетчика и на-ходу развернул газету:

«Беспартийная демократическая газета.
Выходит ежедневно.
13-го декабря 1918 года». <…>

— Бу-у, — пели пушки. — У-уух, — откуда-то, из утробы земли звучало за городом.

— Что за чорт?

Турбин <…> прочитал еще раз на первой странице внимательно:

«В районе Ирпеня столкновения наших разведчиков с отдельными группами бандитов Петлюры.

На Серебрянском направлении спокойно.

В Красном Трактире без перемен.

В направлении Боярки полк гетманских сердюков лихой атакой рассеял банду в полторы тысячи человек. В плен взято 2 человека».

👉🏻Подпишись на FAQhistory

Когда даже после поддержки Запада резервов для победы не хватило

Октябрь 1919 г. был судьбоносным для истории России. В то время как Деникин наступал на Москву, на Петроград двинул свои войска один из самых успешных генералов Первой мировой Николай Юденич.

16 октября Совет обороны принял решение «защищать Петроград до последней капли крови, не уступая ни одной пяди и ведя борьбу на улицах города».

17 октября Ленин обратился к защитникам «колыбели революции»: «В несколько дней решается судьба Петрограда, а значит, наполовину судьба советской власти в России… Помощь Питеру близка, мы двинули ее, мы гораздо сильнее врага». Возможности и резервы Красной армии действительно значительно превосходили ресурсы, на которые, несмотря на поддержку Антанты, мог рассчитывать Юденич.

Однако он продолжал наступать. К вечеру 17 октября передовые отряды Северо-Западной армии подошли на 15 километров к линии Николаевской железной дороги, связывавшей Петроград и Москву. 21–22 октября начались бои за Пулковские высоты. Казалось, что войска Юденича вот-вот войдут в город. На одном участке они уже вышли к последней остановке городского трамвая.

Но силы наступавших были уже исчерпаны. 23 октября белый офицер Н. А. Будберг записал в своем дневнике: «Главное несчастье — то, что у нас совершенно отсутствуют резервы, которыми можно было заменить уставшие полки».

23 октября войска Юденича начали отходить с занимаемых ими позиций. Красные вернули себе Павловск и Царское Село.

Население видело, что Юденич не принес с собой улучшение положения, хлеба по-прежнему не хватало, а малочисленность белых отрядов лишала их доверия людей, никто не хотел рисковать связываться с ними.

«Положение нашей оборонительной линии, — вспоминал участник боев, — было подобно туго натянутой нитке, которая непрестанно рвалась в различных местах».

25-26 октября войска Юденича были разбиты в боях на Пулковских высотах, началось отступление. Историк Олег Айрапетов отмечает, что при отходе из Павловска и Гатчины начался грабеж дворцов, имущество вывозилось и позже открыто распродавалось. В конце ноября армия Юденича как боеспособная единица уже не существовала.

👉🏻Подпишись на FAQhistory

Когда русская униформа не годилась для зимней войны

При преследовании войск Наполеона в 1812 г. русская армия терпела не меньшие лишения, чем противник. Павел Ланской вспоминал:

«Морозы еще сильнее голода донимали наше войско. <…> Вся обмундировка во время похода успела обратиться в грязные лохмотья, и заменить их было нечем».

Один из офицеров «с радостной благодарностью получил от московской помещицы <…> ваточный капот <…>. Но еще курьезнее фигуру представлял Е.В. Давыдов. На его долю выпали три разноцветные, набивные шали, и, не долго думая, он одною окутал стан, а остальное превратил в шаровары».

Великий князь Константин Павлович вызвал Евдокима Давыдова «перед фронт, он раздраженно стал ворочать его во все стороны, приговаривая: «Хорош! Хорош! Полюбуйтесь!» <…>

Это столкновение достигло Кутузова, который <…> отдал приказ приблизительно в таких выражениях: «Так как России нужны все ее сыны, то он не только разрешает, но просит офицеров беречь свое здоровье, не стесняясь формой».

👉🏻Подпишись на FAQhistory

Когда Потемкин выпросил орден для Суворова

235 лет назад – 29 (18) октября 1789 г. – Суворов был награжден высшей военной наградой Российской империи – орденом Св. Георгия 1-й степени.

Награду эту для великого полководца пришлось буквально выпрашивать. 11 сентября 1789 г. генерал-аншеф Суворов одержал победу на реке Рымник (территория современной Румынии) над армией великого визиря Коджи Юсуф-паши. При этом он не дал туркам разгромить австрийских союзников России.

Вскоре Суворов написал главнокомандующему русской армией светлейшему князю Потёмкину-Таврическому: «Воззрите на статуты [правовые акты, устанавливающие порядок награждения орденами] милосердным оком…»

К 1789 г. орден Св. Георгия 1-й степени, был единственным из российских орденов, которого ещё не было у Суворова (кроме «женского» ордена Св. Екатерины).

Несмотря на 20 лет, прошедших с момента его учреждения, высшую степень ордена имели только 6 (!) человек, включая Екатерину II, возложившую на себя орденские знаки в день учреждения ордена.

Как отмечает историк Антон Махнырёв, Потёмкин взялся старательно хлопотать о награждении Суворова. В одном из писем к императрице он призывал: «Матушка родная, будьте милостивы к Александру Васильевичу. <…> Окажи ему милость и тем посрами тунеядцев генералов, из которых многие не стоят того жалования, что получают».

В другом послании к императрице Потёмкин заявлял: «Цесарцы [австрийцы] были бы побиты, коли б не Александр Васильевич. И статут Военного ордена весь в его пользу. Он на выручку союзных обратился стремительно, поспел, помог и разбил… Суворов один… Сколько бы генералов, услыша о многочисленном неприятеле, пошли с оглядкою и медленно, как черепаха, то он летел орлом с горстию людей…»

18 октября 1789 г. императрица Екатерина II согласилась на награждение героя Рымника Георгием 1-й степени. Она, со свойственным ей юмором, написала Потёмкину: «…хотя целая телега с бриллиантами [для украшения знаков ордена Андрея Первозванного] уже накладена, однако кавалерию Егорья большого креста посылаю по твоей прозьбе: он того достоин».

За победу в Рымникском сражении полководец ещё ранее ордена Георгия, 3 октября 1789 г., получил от Екатерины II титул графа Рымникского (также по протекции Потёмкина).

👉🏻Подпишись на FAQhistory

Как офицеры таскали шапками конфеты с царского стола

В далеком 1807 г. Павловский полк первым в истории русской армии получил коллективную награду. За отличие гренадерские шапки с металлическими налобниками были оставлены полку «навсегда».

Шапки эти сохранялись и использовались вплоть до начала Первой мировой войны. Однако в начале XX в. зачастую офицеры использовали свои гренадерки не по назначению. Офицер Александр Редькин вспоминал обед в присутствии императора в Зимнем дворце:

«Кто из старых петербуржцев, особенно из военной среды, не помнит, как ценились конфекты с Царского стола? А ведь это были самые простые леденцы, но особенно славились своим вкусом малиновые, завернутые в белые бумажки с бахромкой.

И давным-давно повелось привозить домой конфекты и фрукты с Царского стола. <…> Наши гренадерские шапки были очень удобными бонбоньерками, на этот раз в моей шапке оказалась добрая пригоршня леденцов, именно малиновых, 2-3 яблока, груша и апельсин.

После обеда Высочайший обход выстроившихся офицеров. Так как из года в год для разговора с Государем выдвигались одни и те же офицеры, участники Японской войны, то при необыкновенной памяти Государя, он легко запомнил каждого. И на этот раз, подойдя ко мне, между прочими вопросами, спросил, не слишком-ли давит гренадерка мне на лоб и как она вообще тяжела? Я, держа гренадерку по уставу в левой руке, отвечал, что она меня не беспокоит.

Тогда Государь протянул руку, чтобы лично убедиться в ее тяжести, а я гренадерку потянул назад. Посмотрел Государь на гренадерку и, увидав, что она изрядно нагружена и благодаря этому весьма тяжела, улыбнулся, а стоявшие позади него Великий Князь Николай Николаевич и командир полка улыбались во весь рот».

👉🏻Подпишись на FAQhistory