– Вечно ты так. Улыбаешься, чтобы уйти от ответа, как будто тебе не достает сил сказать правду. Это принципиальный вопрос, или ты просто не знаешь, что сказать?

– А тебе было бы легче, говори я правду?

Мо Тяньсян кивнул:

– Конечно.

– А вот и не угадал, – улыбнулся Кан Хэань. – Правда никогда не бывает желанной. Стоит мне хоть раз высказать свое мнение – как люди разбегаются в страхе. Это так забавно.

Мо Тяньсян внимательно посмотрел на него. Внезапно ему захотелось перестать играть, и он прямо сказал:

– Тебе ведь не забавно. Ты жалеешь о том, что они не могут выдержать твое мнение. Стоит тебе хоть раз показать себя настоящего – как люди уходят, и ты не знаешь, что с этим делать. Мне жаль, Кан Хэань.

– ...

Кан Хэань приоткрыл рот, чтобы что-то сказать, но ни звука не пролилось с его уст – и закрыл его. Глаза слегка расширились; последнее, что он ожидал услышать – это «мне жаль».

Что вообще можно на это ответить?

Как человеку может быть жаль другого за столь незначительную вещь?

– Сколько раз я смотрел на тебя — и не видел. Сколько раз ты был рядом, и я думал, ты из камня. А ты из мяса.

– Ты возводишь стены раз за разом, но если не найдется достаточно сильного человека, который к тебе пробьется? Разве в этом есть смысл?

– Даже если никто не смотрит, я все равно буду продолжать это делать. Я делаю это ради себя. И, возможно, однажды кто-то действительно посмотрит.

– Человеческая природа неизменна. Помни об этом.

Мо Тяньсян чуть улыбнулся:

– Это ты говоришь как психолог?

– Это я говорю как проститутка.