– Усталость делает нас уязвимыми.
Когда тело не отдыхает — оно начинает «говорить» вместо тебя, но бессвязно. Вот почему ты улыбаешься, когда я зову тебя. Оно выдает автоматически заученные реакции, автоматизм адаптации – то есть то, что помогало тебе выжить. Если ты устал, хватит улыбаться. Покажи свои настоящие эмоции.

— TRAUM

– Ты больше не человек. Но я не знаю.. был ли ты им хоть когда-нибудь.

Он ненадолго замолчал, прежде чем тихо спросить:

– Что, если нет?

Ответ был резок и печален:

– Тогда мне некого спасать.

– Верно, – тихие слова обернулись сокрушительной улыбкой. – Спасения достойны только люди, – он вскинул голову, глядя с прищуром. – Только хорошие, добрые и милые люди, да? На всех остальных – плевать! Знаешь, как в анекдоте про сад, на грушевый – похуй, а яблочный – спас.

– Кан Хэань, – остановил его Мо Тяньсян. – Ты хороший человек, и я это вижу. Просто ты сам забыл, что значит им быть.

Изломанная улыбка коснулась губ.

– Я никогда не забывал. В этом проблема, Мо Тяньсян. Я никогда не забывал.

В глазах Мо Тяньсян блестнуло редкое понимание.

– Значит, ты ведешь себя так специально.

– Я.. – Кан Хэань замолчал. Фигуры сдвинулись с шахматной доски, но впервые он не знал, куда их поставить. Что лучше – признать, что он ведет так специально или сказать, что он такой не нарочно?

Какой вариант к каким последствиям приведет?

Первый – сделает из тебя плохого человека, никто тебе не посочувствует.

Второй – покажет уязвимую сторону, как будто ты с собой не справляешься.

Анализ пробежал в его голове, но он так и не определился, какое последствие хотел бы иметь.

Поэтому бросил:

– Забудь, – он отвернулся. – Эти разговоры так утомляют.

— TRAUM

ха ян на отдыхе:

– щясбы сигаретку заточить.

люблю эти моменты, когда по персонажам можно собирать мемы. вот он, показатель, что они уже достаточно живые.

– Он действительно ударил хорошо, – говорит он, закуривая. – Я даже почувствовал вкус детства.

– TRAUM

– Посмотри на этого болвана, – едва ли не выплюнул Мо Тяньсян. – И угадай, что Гао Ин с ним делала.

Кан Хэань: «...» 

– Ни одной приличной мысли, брат.

– Пыталась поссорить нас. Всякий бред несла, чтобы сломить его. Но ты не прогнулся, да? Отличная работа, настоящий мужик! – и показал большой палец вверх.

— TRAUM

Я боялся.

Боялся не того, что он придет, а что я снова увижу его лицо. Его холодное бессердечное лицо, которое постоянно улыбается и тушится, не в силах дать достойный ответ.

Я боялся заговорить с ним снова. Слов, которые я услышу – совершенно бесполезных, вымоченных в лжи и неприкаянности. Что он снова заговорит со мной как с ребенком – чужим и незнакомым. Я боялся не жестокости, но лицемерной мягкости. Что он снова скажет «Я люблю тебя», совершенно не понимая значения этих слов.

Я не боялся его прихода. Я боялся своей реакции и того, что мне снова придется переживать. 

— TRAUM

Давай сыграем с тобой в игру.

У тебя получится. У тебя всегда получалось.

Ты – сделаешь вид, что я не говорил тебе обидных слов. Что я не отказывался от твоего желания, что я все сделал правильно.

Я – забуду про твое предательство. Про твои упреки и ультиматумы. Про твой приказ отказаться от меня.

Сделаем вид, что мы хорошие отец и сын.

Я буду безупречно играть эту роль. Ты – будешь великолепным актером. Словно ты всегда хотел меня. Словно я родился нужного пола.

Давай сыграем с тобой в игру.

У тебя это всегда хорошо получалось.

— TRAUM

Альтернативные названия TRAUM

— Падение

олицетворяет нравственное, физическое и психологическое свержение человека в бездну. это путь, но это путь монстра – его рождение и становление от человека обычного.

— Люди говорят о тебе

когда кто-то становится изгоем, чудовищем, мёртвым — о нём говорят, и то, что говорят, переписывает его суть.

ты сам хотел быть интересным. ну вот, теперь о тебе говорят. но ты больше не можешь вмешаться. от человека ты стал символом, именем нарицательным. и ты больше не принадлежишь себе, ты – диссоциация.

– Я – новая Мария. Я рожу мир через боль. И моя кровь станет свидетельством нового мира.

— TRAUM