Allen-Golder Carpenter at Derosia

Меня зацепило, как Карпентер работает с отказом от прямого высказывания. Здесь нет сообщений в привычном смысле есть пространство сомнения, в которое ты постепенно втягиваешься. Работы словно требуют от зрителя соавторства: ты не смотришь, а собираешь смысл из пауз, расстояний, неловкостей формы. В какой-то момент начинаешь ловить себя на том, что смотришь не столько на объекты, сколько на собственную попытку их понять.

Stine Deja
GRAVE MATTERS

О чем это? Дея исследует феномен «грифботов» (griefbots). Это ИИ-технология, позволяющая общаться с цифровыми копиями умерших. Своего рода софт для скорби.
Главные объекты в зале гробы. Их можно (и нужно) открывать. Внутри вместо тел экраны. Лица на них словно после цифрового вскрытия: размытые, пересвеченные, но с пугающе теплыми глазами. Они смотрят на тебя из-под крышки, застрявшие в бесконечном цикле симуляции жизни.
Очень сильная метафора про наше будущее. К 2070 году мертвых профилей в соцсетях будет больше, чем живых пользователей. Мы превращаемся в данные.
Но больше всего цепляет деталь: провода, вьющиеся между гробами. Они напоминают, что эти «цифровые усопшие», готовые вечно принимать нашу скорбь, всё-таки зависят от розетки. Их вечную жизнь можно просто выключить.

Justin Chance

Честно говоря, меня сложно удивить текстилем в галереях его сейчас стало слишком много, и часто это просто красивое рукоделие. Но Джастин делает вещи, от которых реально трудно оторваться.
Смотришь на его работы и ловишь странное ощущение: кажется, что перед тобой битый файл, глитч, размытый джипег. Присматриваешься а это шерсть. Мокрое валяние. Он буквально сбивает волокна так, что картинка теряет резкость, превращаясь в цветной шум.
Это работает на каком-то физическом уровне. Вроде бы перед тобой квилт, стеганое одеяло символ уюта, защиты, чего-то домашнего. Но Ченс зашивает туда тексты, обрывки фраз и совсем не уютные смыслы. Получается такая мягкая форма с очень жестким содержанием.

Spencer Longo, After School (2019)

Зацепился взглядом за эту работу Спенсера Лонго. На первый взгляд обычный ассамбляж из упаковочного картона, но по факту очень точная эпитафия нашей «экранной» повседневности.
Лонго берет коробку от телевизора Westinghouse и превращает её в палимпсест. Здесь всё работает на идею деконструкции интерфейса.
Для меня это работа о тревоге. Ощущение, что за мерцающим экраном пустота, а всё наше визуальное наследие лишь набор слоев на старой коробке. Очень сдержанное, но неуютное высказывание о капиталистическом реализме в его финальной стадии.