К счастью, вскоре наш разговор прервался. В кабинет зашёл какой-то человек и обратился по-чеченски к остальным, после чего лица у всех сделались крайне напряжённые. Мне было велено срочно идти с одним из них вниз на первый этаж к начальнику. Мой провожатый буквально побежал вниз по лестнице, оглянулся на меня и крикнул, чтобы я бежала за ним. Во всей сцене было что-то дико комичное. Несмотря на страх, я невольно улыбнулась, ускорила шаг, но бежать не стала: что бы там ни ждало меня впереди, я понимала, что ни на собственную казнь, ни на собственное освобождение я опоздать не могу по определению.

Первое, что я увидела в кабинете начальника - это журналистку, которая меня фотографировала во время пикета. Я ужасно расстроилась: из-за меня пострадал совершенно невиновный человек. Но вскоре я осознала, что журналистка отнюдь не выглядит напуганной и спокойно общается и с самим начальником, и с остальными сидящими вокруг стола мужчинами. Исходя из тона разговора я сделала однозначный вывод - кажется, ни расстреливать, ни пытать, ни даже оставлять на ночь в отделе нас всё таки не собираются. Всё остальное меня мало волновало, и я практически не вмешивалась в разговор журналистки и полицейских. Как по мне, так уважаемые господа начальники просто лили нам воду на уши: меня одновременно хвалили за гражданское неравнодушие и журили за выбранные методы. Нам сказали, что Следственный Комитет работает не покладая рук, но в то же время заявили, что, возможно, Седа сама не хочет, чтобы её нашли, и в этом случае следователи, якобы, обязаны сохранить в тайне её местоположение.

Я не видела ни малейшего смысла в том, чтобы спорить или задавать какие-либо вопросы. Меня вполне устраивал вариант закончить беседу поскорее и разойтись с мирой. Вскоре так и случилось. И мне, и журналистке вернули телефоны, паспорта и вещи - и повели нас к проходной, где я увидела своего адвоката и окончательно успокоилась.

Когда мы вышли из здания на улицу, меня попросили дать журналистам из ЧГТРК Грозный небольшое интервью: точнее ответить буквально на пару вопросов под запись камеры. Один из вопросов был прекрасен: молодой человек спросил меня, были ли нарушены мои права в полицейском участке? Я решила, что ответить "да, были нарушены" - это, пожалуй, будет не самое мудрое решение для человека, который до сих пор стоит на территории отделения в окружении толпы полицейских. Но и врать, что нарушений не было я не стала - ведь само моё задержание незаконно. Поэтому вместо того, чтобы ответить "да" или "нет", я просто сказала: ну, по крайней мере мне вернули все мои вещи. Журналист уточнил, всё ли у меня сейчас хорошо, это я смогла подтвердить, не покривив душой. На этом "интервью" со мной закончилось.

После этого и я, и мой адвокат смогли беспрепятственно уехать с территории Чеченской Республики. У журналистки уже был заранее куплен обратный билет на вечер, поэтому она осталась в Грозном ждать своего рейса. В итоге за ней до самого самолёта следили некие мужчины в штатском: видимо, на случай, а вдруг она передумает, и не улетит? Девушка даже в туалет не могла отойти без сопровождения: мужчин не смущало, что туалет женский, они буквально следовали за ней как тень и в какой-то момент даже заходили в соседнюю кабинку. Но в самолёт горе-сыщики садиться вместе с ней не стали - и на том спасибо.

...Вот такими были мой пикет в Грозном и его последствия. Окей, но что же дальше, спросите вы? А дальше предстоит всё то же самое: я буду продолжать использовать все законные способы, чтобы добиться справедливости ради Седы Сулеймановой. Я не оставлю в покое ни преступников, ни тех, кто их покрывает и стремится отмазать. Рано или поздно ребятам, принимающим решения, надоест шум вокруг этой истории, и они предпочтут провести справедливое расследование и суд над преступникам и поставить, наконец, точку в этой истории.

Если Седа жива, то сегодня ей исполнилось 28 лет. Она родилась 24 марта 1997 года.

Я уже очень много про неё рассказывала - как мы познакомились и подружились, какой она светлый и прекрасный человек. Но сегодня мне бы хотелось, чтобы вы прочитали о ней слова другого человека - нашей общей с ней подруги, Марьям. Одно интервью Марьям я здесь уже выкладывала. Недавно Марьям дала ещё одно интервью - оно вышло, как раз 20 марта, в день моего пикета.

Что касается меня, невольно сейчас вспоминаю этот же день - год назад. Вспоминаю свой текст, написанный тогда. Многое ли изменилось за год? СК ЧР завёл уголовное дело об убийстве, я дважды побывала в Чечне (первый раз как свидетель ездила на допрос), но результата нет до сих пор - Седу не нашли ни живой, ни мёртвой, преступники на свободе. Но сколько бы ни прошло времени, я не сдамся.

Комментарии пока закрою. Знаю, что люди, заражённые тьмой, потерявшие ценностные ориентиры в жизни, забывшие Свет, жаждут оставить здесь свои грязные глумливые сообщения. У кого внутри тьма, кто болен ею, тот только и может дарить миру тьму - желать людям смерти или убивать их собственными руками. А у кого в душе Свет, тот даже если погиб, не будет забыт. Седа не будет забыта никогда, я обещаю.

Ровно год назад СК Чеченской Республики завёл уголовное дело по статье 105 ("Убийство") по факту безвестного исчезновения Седы Сулеймановой. Обнародована эта информация была не сразу. Я узнала об этом только в начале апреля, когда мне позвонил следователь.

Какую же работу проделало следствие за целый год? Это тайна, покрытая мраком. Могу сказать лишь о том, что знаю непосредственно из первых рук. Меня (одного из важных свидетелей) допросили за это время лишь дважды - первый раз в Чечне в апреле, второй раз - летом, в Питере, задали всего пару уточняющих вопросов. Более того, мне предложили пройти полиграф (детектор лжи), и я, естественно, согласилась - но в итоге меня так и не пригласили. Станислава Кудрявцева (очевидно одного из важнейших свидетелей) тоже допросили всего один или два раза. Были ли допрошены родственники Седы, её мать, её брат, её сестры, её дяди и двоюродные братья? История об этом умалчивает.

Как бы то ни было, за целый год следователи не осилили найти Седу ни живой, но мёртвой, никто из преступников также не был найден и не был привлечен к ответственности.

В то же время, мои великие "преступления" в Питере без должного внимания не остались. За пикет, проведенный 29 января на мосту Кадырова, меня приговорили к 20 часам обязательных работ (приговор ещё не вступил в силу, ещё предстоит суд по обжалованию), а из-за расклейки листовок на том же мосту 8 марта - уже 11 марта к двери моей квартиры пришли сотрудники полиции. Меня они не застали, я была на работе. Поэтому господа полицейские позвонили в двери всем моим соседям и напугали их. Со слов соседей, сотрудники заявили им, что они "из уголовного розыска" (!) и очень меня ищут. После этого, в тот же день, сотрудники полиции вспомнили про такое современное средство связи как телефон и догадались просто мне позвонить и поговорить. Они попросили прийти к ним, внимание: в убойный отдел (!!!) и написать объяснительную по поводу расклейки листовок. Я сразу согласилась, пришла на следующий же день и всё написала. Почему уважаемые сотрудники убойного отдела полиции занимаются расследованием "дела о листовках" я, признаюсь, так и не поняла. Сами полицейские не смогли вразумительно ответить на этот вопрос, но пожаловались, что в убойные отделы в принципе часто спускают "политические" дела.

Что я могу сказать? Именно вот это безумие, в котором мы живём, и приводит к тому, что настоящие преступники оказываются не найденными и не наказанными. Вот она современная Россия: в Чечне за целый год так и не смогли раскрыть дело по 105 статье, зато в Питере буквально за несколько дней убойный отдел смог найти великую преступницу-рецидивистку, Лену Патяеву, злостно расклеивающую листовки о пропаже человека. Интересно, они такими темпами и волонтёров "Лиза Алерт" скоро преступниками считать начнут?

Друзья, привет. В связи с наплывом фанатов хейтеров я, наконец, собралась ввести чёткие правила для общения в комментариях. Как вы могли заметить, теперь писать комментарии могут только те, кто подаст заявку и добавится в группу. Нарушителей буду из группы удалять.

В комментариях запрещены:

1. Мат, грубая площадная ругань, оскорбления. Эмоции эмоциями, но давайте воздерживаться в публичном поле.
2. Переход на личности, оскорбления друг друга, споры на посторонние темы. Все свои разборки выносите в личку, здесь не место для этого.
3. Оскорбления и дискриминационные высказывания в адрес различных людей или групп людей по национальному, конфессиональному, расовому, гендерному признакам, по признаку принадлежности к ЛГБТ, по признаку внешности и т.д. и т.п. Язык ненависти в этой группе категорически неуместен.
4. Обсуждение посторонних тем, и особенно политики. Обсуждайте свои политические мнения друг с другом в личке или в политических/новостных пабликах. Здесь этого делать категорически не надо. В том числе и для вашей же собственной безопасности.
5. Оценочное обсуждение религий. Допускается обсуждение фактов относительно той или иной религии - строго в безоценочном ключе. Свои оценки и особенно оскорбления в отношении той или иной религии, пожалуйста, оставьте при себе - или обсуждайте в другом месте.
6. Оценочное обсуждение любых этносов, национальностей, культур и т.д. Ещё раз повторяю: не место здесь для этого.

По мере осознания мной необходимости что-то ещё ограничить - правила будут обновляться, о чём буду уведомлять.

Удалять комментарии, оставленные до этого поста - у меня нет времени. А вот все новые комментарии, которые будет нарушать правила, буду стараться удалять.

Пожалуйста, также не забывайте заботиться о собственной безопасности при общении в интернете. Помните, что ваши комментарии видны любым встречным-поперечным, в том числе недоброжелателям, которые смогут использовать против вас ваши слова и/или вашу личную информацию. Многие разговоры лучше вести в личке, а не публично. Я обратила внимание, что многие комментаторы очень откровенно здесь пишут о своей жизни, о своём прошлом и о своих планах на будущее. Я вам не мама, чтобы запрещать такое. Но всё же убедительно прошу вас помнить о том, что анонимность в интернете - вещь весьма относительная и не всякую информацию о себе стоит выносить в публичный доступ.