Но, как размышляла Вайолет, знать о запрете — не значит понимать его причины. Всё детство она думала, что деревня полна опасностей — воображала карманников и головорезов, прячущихся за домами с соломенными крышами. (Это только добавляло деревне привлекательности.)

Я яростно замахал в ответ и прокричал:
— Скоро увидимся!
А голос в моей голове прошептал: "Да неужели?"
Но кто станет обращать внимание на этот голос? Мы слышим его постоянно. По крайней мере, я — а вы нет? Когда кто-нибудь, кого вы любите, выходит из дома, вам не начинает казаться, что вы больше его не увидите? Летя куда-нибудь на самолёте, вы не думаете: "А что, если он упадёт?" Сидя за рулём, не представляете себе грузовик, выехавший на середину дороги и убивающий всех, кто находится в машине? От таких мыслей на пару секунд возникает мерзкий тошнотворный страх. А потом вы говорите себе, что ничего не случится. И, как правило, ничего не случается.
Как правило.