— Хочешь знать? Хочешь узнать секрет?
— Не знаю. А хочу?
— Мы переезжаем. Мама не хочет, чтобы я кому-нибудь рассказывал. Уезжаем утром.
— Куда вы едете?
— Не знаю. Куда-нибудь. Но точно не в хорошее место. Филип — плохой человек. Мы все это знаем. Она его не бросит. Она его любит.
— Эй, малыш. Кажется, я больше не смогу с тобой видеться. Может, ты уедешь со своим папой?
— Нет! Нет. Да пошёл он. Мама сказала, он бросил нас ради женщины вдвое моложе неё. Наверное, теперь у меня появится брат или сестра, а ещё новые мама и папа — те самые люди, ради которых они бросили друг друга. Какой-то пиздец.
— У меня всё по-другому, Ринни. Твой папа просто исчез. А мой нашёл кого-то получше и решил, что я ему больше не нужен. Теперь он вообще заводит нового ребёнка.
— Я ему отомщу.
— Мы отомстим.
— Мы? Отомстим? Как?
— Я убью ребёнка. Тогда меня заберут, и мне больше не придётся видеть Филипа.

— Вечеринка сегодня? — низкий голос перебил его, не дав договорить. Я вздрогнула, вцепившись в кованый забор за спиной.
У меня перехватило дыхание, когда я увидела Сета Кейна. Его голубые глаза скользнули по мне — и на лице вспыхнул тот самый взгляд, от которого мне снятся кошмары.
Я отшатнулась к ограде, грудь ходила ходуном, я пыталась вдохнуть воздух.
— Сирена? — его шокированный голос достиг моих ушей.
Парни переглянулись, а я судорожно дышала. Сет был красив. Чёрные как смоль волосы. Голубые глаза. Такой же крупный, как они.
И здесь. Прямо здесь.
Он сделал шаг ко мне. Я на секунду зажмурилась, заставила себя собраться — и рванула прочь.

Его рука спустилась ниже, задирая мою юбку. Шершавые пальцы сжали ягодицу, и он тихо застонал мне в ухо.
Я задержала дыхание, заставляя себя просто, блядь, умереть, лишь бы выбраться отсюда. Меня заклинило. Парализовало страхом. Сердце колотилось так, что больно било в кости, и по щеке скатилась беззвучная слеза.
Дэнни хрюкнул, и его вес вдруг исчез. Я приоткрыла глаза и увидела, как Ститч лупит его кулаками, а студенты рвутся вперёд, орут и подбадривают, как стая зверей.
Драки почти не было. Ститч уже повалил его на землю и бил ногами, пока Дэнни скручивался в комок. Тот пытался пнуть его в ответ, но толку не было.
Тёплые руки обняли меня.
— Сирена. Эй, — мягко позвал Брайс. — Эй, посмотри на меня. Ты в порядке?
Он развернул меня к себе, вглядываясь в лицо, и в его глазах было столько тревоги, что у меня сжалось сердце. Я не хотела, чтобы Брайс волновался.
— Чёрт, ты вся трясёшься. Пошли.
Брайс увёл меня от драки.
Син уже подошёл и сумел оттащить Ститча, пока Дэнни стонал на земле, весь в крови — похоже, с разбитым носом.
Ститч посмотрел на меня — чёрные взъерошенные волосы падали ему на лицо, грудь ходила ходуном, губы приоткрыты, на костяшках и форме кровь. От голодного взгляда у меня дёрнулось сердце.
Син хлопнул его по плечу и что-то сказал. Ститч кивнул. Потом Син бросил на меня взгляд — и я прижалась ближе к Брайсу. В этом взгляде не было ни тревоги, ни заботы. Только чистая злость и ненависть.
Но не из-за наблюдателей я ускорила шаг.
Из-за Сета.
Он стоял перед толпой, глядя на Дэнни, который лежал и стонал в крови. Руки Сета сжались в кулаки.
А потом он посмотрел на меня.
В его глазах я увидела того Сета, которого знала раньше. Моего друга.
Он моргнул — и передо мной снова оказался Сет, который всегда на грани безумия. Тот, кто пытался меня убить.
...

— monster romance / романтическая линия с нечеловеческими героями;
— паранормальный медицинский триллер;
— секретное сверхъестественное отделение больницы;
— медсестра среди вампиров, оборотней, зомби и призраков;
— обычная работа превращается в расследование;
— битва сверхъественного;
— моральный выбор вместо красивого героизма;
— городское фэнтези с медицинским бытом.

— беременность;
— присутствует эротический контент;
— смерть пациента,
— медицинские процедуры,
— кровь,
— ожоги,
— ампутации и тяжёлые состояния,
— вампирское насилие,
— принуждение,
— похищение/удержание,
— травма ребёнка,
— зависимость и семейное давление,
— опасные пациенты,
— телесные изменения,
— смерть и пепел,
— сцены угрозы жизни.

Засада. Повязка на глазах. Похищение вампирами. Эди Спенс должна наперегонки со временем спасти себя и своего ребёнка — от кошмара, который теперь течёт в её венах…

Работая медсестрой в секретном больничном отделении Y4, Эди повидала немало дневных слуг. Когда-то они были обычными людьми, но, попробовав вампирской крови, обрекли себя навечно служить своим ночным хозяевам. И теперь Эди предстоит столкнуться с кое-чем ещё более страшным: она сама стала одной из них…

— Фэллон, садись и наслаждайся представлением, — сказал Винсент, кивнув на освобождённое Домиником кресло.
Фэллон подошёл к креслу. На его лице отразилось чувство, которое я не сумела распознать.
Полностью обнажённый Винсент лёг на спину и улыбнулся мне.
— Погрузи его член глубоко в свою киску, — приказал Доминик, раздеваясь.
Я тяжело сглотнула и оседлала Винсента. Он провёл пальцами вдоль моей щели.
— Блядь, как ты для нас течёшь, — простонал он.
К пальцам Винсента присоединились пальцы Доминика. — Моя хорошая девочка готова принять нас? — хрипло спросил он.
Я оглянулась через плечо и кивнула. Доминик смазал член моей влагой, потом плюнул в ладонь и продолжил дрочить. Внутри всё сжалось от желания.
Винсент снова притянул к себе моё внимание, направляя в меня свой член. Я выдохнула через нос и подавила хныканье, когда он быстро погрузился до конца. Я так сильно этого хотела, что не могла думать ни о чём другом. Тёплая ладонь Доминика легла на середину обнажённой спины. Он прижал мою грудь к груди Винсента и приставил член туда, где тот уже находился по самые яйца.
Я заскулила, когда Доминик надавил членом на тесный вход.
— Может быть немного больно, — тихо сказал он. — Кричи для меня, Оса.
Крик заглушили трусики: Доминик силой вошёл, его член скользнул вдоль члена Винсента внутри меня.
Никогда в жизни я не чувствовала себя настолько заполненной. Сердце бешено колотилось, когда я осознала: оба находятся во мне, в одном тесном пространстве.
Винсент толкнулся вверх, и глаза закатились. Сквозь трусики прорвался стон, когда Доминик вошёл глубже.
Потом они задвигались вместе. Слаженный механизм из членов, мышц и жестокости одновременно вколачивался в мой ноющий жар. Они двигались в одном ритме, и каждый толчок приносил и боль, и наслаждение.
Я тяжело дышала и вскрикивала сквозь трусики, а Доминик намотал волосы на кулак и сильно дёрнул. Его член ворвался в меня одновременно с членом Винсента.
Шлепки тел. Хриплые звуки. Стоны. Скулёж.
— Ебать, Би, — задыхаясь, простонал Винсент. — Господи, малышка. Блядь. Твоя киска...