Джекейрис воплощение аристократического шика новой волны, в шелковой рубашке и с вечным запахом дорого парфюма маскирующего отсутствие живого тепла — застрял в дверях спальни и глядел ошарашенным взглядом на это.

Криган, чье присутствие в комнате ощущалось как холодный фронт, пришедший с севера, стоял у изножья своего приобретения. Это был не просто гроб. Это было произведение инженерного искусства из темного дуба, обитое внутри алым бархатом.

— ты серьезно..? — Джекейрис отойдя от легкого шока, сложил руки на груди прислонившись к косяку — Мы живем в двадцать первом веке, Криган. У нас есть климат-контроль, плотные шторы и кровать с эффектом памяти.. Зачем тебе этот… мемориал депрессии?

Криган обернулся на голос парня позади. На лице виднелись легкая улыбка, что Джекейрису казалось будто его так тупо разыгрывают.

— твои шторы пропускают свет, Джейс — начал он сложив руки на груди точно так же как и Джекейрис — а этот дуб помнит времена, когда твои предки еще не научились приручать ящериц.

— и как ты планируешь в этом спать? Один? — Веларион фыркнул подходя ближе. Он провел тонкими пальцами по резному краю — ты едва поместишься сюда со своими плечами!

— именно поэтому он размера «king-size» — невозмутимо отозвался Криган.

Джекейрис приподнял бровь. Криган всегда был прямолинеен, как удар мечом, но иногда его тяга к традициям переходила границы разумного. Старк считал себя «старой кровью», хранителем обычаев, в то время как Джейс предпочитал наслаждаться бессмертием в комфорте.

Однако, когда Старк лег внутрь, демонстрируя удобства и закрыл глаза, что то изменилось. Внутри этого гроба, на фоне темного дерева и алого бархата кожа Кригана казалась алебастровой, а тяжелые, прямые волосы распылись по бархату, создавая образ настолько мрачный и в тоже время притягательный, что заставило Джекейриса замереть на несколько секунд.

Джейс не стал долго думать. Он снял с себя туфли и не дожидаясь приглашения, грациозно перемахнул через бортик, втискиваясь в пространство рядом с Криганом.

— что ты делаешь? — донеся голос Кригана, который даже не открыл глаза, но уголок его рта дрогнул.

— проверяю его прочность — отозвался Джейс бесцеремонно устраивая голову на его плече — вроде держится

— это моя «кровать», Джекейрис, твоя кровать с эффектом памяти в соседней комнате
— была твоя, теперь общая — Веларион прижался теснее, чувствуя привычный холод кожи спутника, который был ему дороже любого тепла — эгоистично занимать «столько места» в одиночку.