Временно не принимаем заказы на новые нашумевшие коробки — дорабатываем технологию. Подробнее в посте.
💔5👍3🍓2
Для OKKAM мы сделали серию блокнотов с минималистичной графикой и акцентом на крупную форму тиснения. Главный элемент обложки — молния, выполненная тиснением серебряной фольгой. Она работает как визуальный акцент и по яркости считывается наравне с фразой на обложке.
Технически это не самый простой прием: большая плашка фольги требует точного подбора давления и температуры. Простое по виду решение на самом деле не самое простое в производстве.
Если вы тоже любите такие решения, вам к нашим менеджерам в бот @HardcoreStudio_bot
Технически это не самый простой прием: большая плашка фольги требует точного подбора давления и температуры. Простое по виду решение на самом деле не самое простое в производстве.
Если вы тоже любите такие решения, вам к нашим менеджерам в бот @HardcoreStudio_bot
🔥6🥰3😁2🍓1
Bean — это украшения-амулеты.
В центре бренда — форма боба. Странная, простая и неслучайная. Когда-то такие формы встречались в старинных украшениях, а ещё раньше — в природе: «морская фасоль» годами блуждала в океане и возвращалась на берег как знак, что путь был не зря.
Тася Бобкова переосмыслила этот образ в цветном стекле — хрупком, живом, почти наивном. BEAN возвращает веру в вещи со смыслом. В те, которые хочется носить как талисман.
Упаковка говорит на том же языке. Маленькая коробочка с отрывной лентой и ложементом под один-единственный боб. Яркая, почти игрушечная — как личный контейнер для удачи.
Поместим ваш товар в подходящую упаковку под задачу — напишите менеджерам через бот @HardcoreStudio_bot
В центре бренда — форма боба. Странная, простая и неслучайная. Когда-то такие формы встречались в старинных украшениях, а ещё раньше — в природе: «морская фасоль» годами блуждала в океане и возвращалась на берег как знак, что путь был не зря.
Тася Бобкова переосмыслила этот образ в цветном стекле — хрупком, живом, почти наивном. BEAN возвращает веру в вещи со смыслом. В те, которые хочется носить как талисман.
Упаковка говорит на том же языке. Маленькая коробочка с отрывной лентой и ложементом под один-единственный боб. Яркая, почти игрушечная — как личный контейнер для удачи.
Поместим ваш товар в подходящую упаковку под задачу — напишите менеджерам через бот @HardcoreStudio_bot
👍6🔥5🍓3👏2
Название бренда — это его суть.
Pêche (персик) + beige (бежевый) = мягкость и спокойствие. Кашемировая одежда требует такой же деликатности в упаковке.
Бирки напечатали шелкографией на бумаге Curious Metallics Nude 300 г/м². Металлизированная поверхность дает сдержанное свечение, телесный оттенок совпадает с цветовой гаммой коллекции.
Заказать полиграфию тут: @HardcoreStudio_bot
Pêche (персик) + beige (бежевый) = мягкость и спокойствие. Кашемировая одежда требует такой же деликатности в упаковке.
Бирки напечатали шелкографией на бумаге Curious Metallics Nude 300 г/м². Металлизированная поверхность дает сдержанное свечение, телесный оттенок совпадает с цветовой гаммой коллекции.
Заказать полиграфию тут: @HardcoreStudio_bot
🥰5👏3🍓3🔥2
Самая частая опечатка в ХХ веке
В газетах конца XIX и почти всего XX века регулярно появлялась странная строка: etaoin shrdlu. Набор букв, который не означал вообще ничего. И при этом это, пожалуй, самая частая «опечатка» индустриальной эпохи.
История довольно прозаичная и от этого ещё интереснее.
В те годы газеты набирали на линотипе — огромной машине, которая отливала строки из расплавленного металла. Клавиатура у неё была устроена не так, как мы привыкли. Буквы располагались по частоте использования в английском языке, и первые два ряда выглядели так: ETAOIN SHRDLU. Самые ходовые символы — под рукой. Как сейчас QWERTY.
Если наборщик делал ошибку в строке, её нужно было быстро пометить как брак и убрать. Чтобы не тратить время, он просто проводил пальцами по первым двум вертикальным колонкам клавиатуры. Машина отливала металлическую строку с текстом «etaoin shrdlu». Это был технический маркер того, что фрагмент надо выкинуть.
Дальше вступала в дело человеческая спешка. Газеты печатались ночью, под жёсткий дедлайн. Корректор мог не заметить эту строку, и тогда она уходила в печать вместе с новостями, биржевыми сводками и хроникой катастроф. Читатель открывал номер и видел бессмысленный шифр посреди текста.
Так «etaoin shrdlu» стало профессиональной шуткой типографов. Ошибкой, которая повторялась десятилетиями. Она кочевала по изданиям с 1890-х до 1970-х, пока линотипы окончательно не ушли в прошлое.
Нам в этой истории важно не само слово, а устройство процесса. Ошибка тогда была материальной. Её нельзя было просто стереть. Она отливалась из металла, занимала место в строке и, если её не убрали вовремя, становилась частью выпуска.
Технология всегда оставляет след в тексте. Иногда даже такой странный.
В газетах конца XIX и почти всего XX века регулярно появлялась странная строка: etaoin shrdlu. Набор букв, который не означал вообще ничего. И при этом это, пожалуй, самая частая «опечатка» индустриальной эпохи.
История довольно прозаичная и от этого ещё интереснее.
В те годы газеты набирали на линотипе — огромной машине, которая отливала строки из расплавленного металла. Клавиатура у неё была устроена не так, как мы привыкли. Буквы располагались по частоте использования в английском языке, и первые два ряда выглядели так: ETAOIN SHRDLU. Самые ходовые символы — под рукой. Как сейчас QWERTY.
Если наборщик делал ошибку в строке, её нужно было быстро пометить как брак и убрать. Чтобы не тратить время, он просто проводил пальцами по первым двум вертикальным колонкам клавиатуры. Машина отливала металлическую строку с текстом «etaoin shrdlu». Это был технический маркер того, что фрагмент надо выкинуть.
На фотографиях примеры этой ошибки в газетах The New York Times и Guardian.
Дальше вступала в дело человеческая спешка. Газеты печатались ночью, под жёсткий дедлайн. Корректор мог не заметить эту строку, и тогда она уходила в печать вместе с новостями, биржевыми сводками и хроникой катастроф. Читатель открывал номер и видел бессмысленный шифр посреди текста.
Так «etaoin shrdlu» стало профессиональной шуткой типографов. Ошибкой, которая повторялась десятилетиями. Она кочевала по изданиям с 1890-х до 1970-х, пока линотипы окончательно не ушли в прошлое.
Нам в этой истории важно не само слово, а устройство процесса. Ошибка тогда была материальной. Её нельзя было просто стереть. Она отливалась из металла, занимала место в строке и, если её не убрали вовремя, становилась частью выпуска.
Технология всегда оставляет след в тексте. Иногда даже такой странный.
🔥11😁5👍3🍓2
Загадочные цифры около названия бумаги вводят в ступор? Держите шпаргалку по плотности бумаги в карточках.
👍5🔥3🍓2