«ускользает четвёртым»
помню, что бабушка покупала мне всё, что я когда-либо у неё просил. наглым ребёнком я, конечно, не был, но детских игрушек у меня было более чем достаточно — именно благодаря ей. каждый совместный выход на улицу обещал мне нового солдатика, механического робота или пистолет с разноцветными лампами. но больше всего мне почему-то запомнились каштаны. а именно — горы каштанов, которые я собирал на улице и приносил складывать дома. помню карманы, переполненные каштанами, которые я тащил с очередной прогулки, причём не только свои: бабушке тоже доставалось не меньше. зачем и почему я так делал — до сих пор не понимаю. но тут важнее то, что это было разрешено и даже никогда не обсуждалось. в какой-то момент каштаны заняли всю площадь маленького коридорчика, где мы переобувались перед тем, как зайти в дом. они, очевидно, мешали всем, кто приходил или выходил, но относить их на улицу или искать им новое место в доме бабушка меня почему-то не просила.
24х18
холст на подрамнике, акрил
2025
помню, что бабушка покупала мне всё, что я когда-либо у неё просил. наглым ребёнком я, конечно, не был, но детских игрушек у меня было более чем достаточно — именно благодаря ей. каждый совместный выход на улицу обещал мне нового солдатика, механического робота или пистолет с разноцветными лампами. но больше всего мне почему-то запомнились каштаны. а именно — горы каштанов, которые я собирал на улице и приносил складывать дома. помню карманы, переполненные каштанами, которые я тащил с очередной прогулки, причём не только свои: бабушке тоже доставалось не меньше. зачем и почему я так делал — до сих пор не понимаю. но тут важнее то, что это было разрешено и даже никогда не обсуждалось. в какой-то момент каштаны заняли всю площадь маленького коридорчика, где мы переобувались перед тем, как зайти в дом. они, очевидно, мешали всем, кто приходил или выходил, но относить их на улицу или искать им новое место в доме бабушка меня почему-то не просила.
24х18
холст на подрамнике, акрил
2025
«ускользает пятым»
глядя на многих взрослых людей в жизни, я заметил в себе странную черту: мне часто хочется увидеть их маленькими. я представляю их забавными, несмышлёными, коверкающими слова, букв которых они ещё не знают. в моих фантазиях они никуда не спешат, много улыбаются, а если чем-то и недовольны, то совсем по-детски — безобидно. я никогда не видел их такими и уже не увижу. в такие моменты кажется, будто я что-то навсегда упустил, и становится грустно.
44х40
холст на подрамнике, акрил
2025
глядя на многих взрослых людей в жизни, я заметил в себе странную черту: мне часто хочется увидеть их маленькими. я представляю их забавными, несмышлёными, коверкающими слова, букв которых они ещё не знают. в моих фантазиях они никуда не спешат, много улыбаются, а если чем-то и недовольны, то совсем по-детски — безобидно. я никогда не видел их такими и уже не увижу. в такие моменты кажется, будто я что-то навсегда упустил, и становится грустно.
44х40
холст на подрамнике, акрил
2025
Forwarded from Кинематограф. Три скамейки.
______31 августа мы с художником Илюшей Половиной устраивали совместный уличный показ «Курьера». И только сейчас я вспомнил, что ранее каждый раз делал «послесловие» от приглашённого гостя — пятёрка особенно любимых и важных фильмов. Такое мы делали и с Михаилом Добровольским, и с Полиной Синёвой.
Итак, список Ильи Половины таков и больше никаков:
1. «Зверь», 2016, Майкл Пирс
2. «Гив ми либерти», 2019, Кирилл Михановский
3. «Все бессонные ночи», 2016, Михал Марчак
4. «Страна садов», 2003, Зак Брафф
5. «Не уходи», 2004, Серджо Кастеллитто
+1. «Полёты во сне и наяву», 1982, Роман Балаян
Итак, список Ильи Половины таков и больше никаков:
1. «Зверь», 2016, Майкл Пирс
2. «Гив ми либерти», 2019, Кирилл Михановский
3. «Все бессонные ночи», 2016, Михал Марчак
4. «Страна садов», 2003, Зак Брафф
5. «Не уходи», 2004, Серджо Кастеллитто
+1. «Полёты во сне и наяву», 1982, Роман Балаян
Составить объективный топ фильмов для меня — задача непростая. В первую очередь потому, что с течением времени я меняюсь как зритель: меняется мой возраст, вкусы, настроение в конце концов. Думаю, каждый сталкивался с желанием пересмотреть понравившийся фильм спустя годы и был дико разочарован. В обратную сторону это тоже работает. Поэтому постараюсь оставить здесь максимально разнообразное и не замылившее взгляд кино, но абсолютно точно — требующее вашего внимания. — Илья Половина
«ускользает шестым»
интересно, откуда взялась традиция ставить детей в угол как наказание? понятно, что за основу взят сценарий ограничения пространства для активного маленького человека, возможно, демонстрация взрослого в главенствующей позиции и так далее. всё это неприемлемо и осуждаемо мной, но до сих пор любопытно: откуда это вообще пошло?
в детстве меня неоднократно ставили в угол. а ведь жил я тогда в общежитии — вместе с родителями и бесконечным количеством соседей. сейчас я невольно улыбаюсь, вспоминая, как стоял в тесной комнате, уткнувшись носом в полки или холодильник, а мама, которая меня туда отправила, уже через десять минут начинала просить выйти: ей надо было готовить или заниматься делами. самое забавное, что для меня это почти не было наказанием. уткнувшись в стену, я разыгрывал в голове целые сюжеты: то я герой боевика в тюрьме, то маляр, который должен перекрасить стену в другой цвет. однажды мама, наказав меня, ушла по своим взрослым делам и, вероятно, даже забыла про меня. естественно, я тут же воплотил все фантазии: расставил солдатиков по полкам, разбросал танки и машинки по полу, и зачем-то перевернул заправленную кровать. потом мирно вернулся в угол и в момент, когда дверь открылась, от неожиданности даже попытался сделать вид, будто уснул стоя. помню, как она, нежно подхватив меня, долго целовала в щёки и даже извинялась.
70x50
холст на подрамнике, акрил
2025
интересно, откуда взялась традиция ставить детей в угол как наказание? понятно, что за основу взят сценарий ограничения пространства для активного маленького человека, возможно, демонстрация взрослого в главенствующей позиции и так далее. всё это неприемлемо и осуждаемо мной, но до сих пор любопытно: откуда это вообще пошло?
в детстве меня неоднократно ставили в угол. а ведь жил я тогда в общежитии — вместе с родителями и бесконечным количеством соседей. сейчас я невольно улыбаюсь, вспоминая, как стоял в тесной комнате, уткнувшись носом в полки или холодильник, а мама, которая меня туда отправила, уже через десять минут начинала просить выйти: ей надо было готовить или заниматься делами. самое забавное, что для меня это почти не было наказанием. уткнувшись в стену, я разыгрывал в голове целые сюжеты: то я герой боевика в тюрьме, то маляр, который должен перекрасить стену в другой цвет. однажды мама, наказав меня, ушла по своим взрослым делам и, вероятно, даже забыла про меня. естественно, я тут же воплотил все фантазии: расставил солдатиков по полкам, разбросал танки и машинки по полу, и зачем-то перевернул заправленную кровать. потом мирно вернулся в угол и в момент, когда дверь открылась, от неожиданности даже попытался сделать вид, будто уснул стоя. помню, как она, нежно подхватив меня, долго целовала в щёки и даже извинялась.
70x50
холст на подрамнике, акрил
2025
«ускользает седьмым»
в средней школе у меня была очень яркая учительница русского языка и литературы. я хорошо запомнил её внешне, но ещё лучше запомнил её качества, манеру держаться и способы воздействия на нас, тогда ещё не оперившихся птенцов. работала она всегда жёстко. громким и правильно поставленным голосом нас уже было не удивить, но вот прямые оскорбления, едкие шуточки, темы, которых, как мне казалось, учитель касаться не должен — вот что заставляло бояться и трепетать. никто из класса никогда не мог предсказать, когда она сменит гнев на милость и, позволив себе лёгкую улыбку, немного похвалит по случайному поводу. тупых она называла тупыми, толстых — толстыми, при этом совершенно ничего не стесняясь и ещё с таким тонким чувством юмора, которое было присуще скорее мужчинам её возраста. она придумывала изощрённейшие способы нашего развития. игра под названием «повтори за учителем», при упоминании которой у всех, даже самых талантливых, начинали дергаться веки. учительница читала нам вслух абзац, состоящий из пяти-шести предложений, и каждый, по очереди встав, должен был с первого раза его воспроизвести наизусть. не получалось ни у кого, а она, в свою очередь, трактовала это ничем иным, как нашей общей отсталостью. однажды, она пришла на урок с чёрной траурной повязкой на голове и объяснила всем, что у неё умер муж. всё, о чём я думал эти сорок минут после, были не соболезнования или какая-то там грусть. я думал о том, что у такой сильной женщины его априори не должно было быть. самым удивительным, казалось, тогда то, что любимой писательницей моей училки была дарья донцова! дарья «глупые детективы для домохозяек» донцова. тогда хотелось верить в то, что она перечитала всю мировую литературу, проговорила её наизусть абзац за абзацем и теперь просто расслабляется таким образом.
50x40
холст на подрамнике, акрил
2025
в средней школе у меня была очень яркая учительница русского языка и литературы. я хорошо запомнил её внешне, но ещё лучше запомнил её качества, манеру держаться и способы воздействия на нас, тогда ещё не оперившихся птенцов. работала она всегда жёстко. громким и правильно поставленным голосом нас уже было не удивить, но вот прямые оскорбления, едкие шуточки, темы, которых, как мне казалось, учитель касаться не должен — вот что заставляло бояться и трепетать. никто из класса никогда не мог предсказать, когда она сменит гнев на милость и, позволив себе лёгкую улыбку, немного похвалит по случайному поводу. тупых она называла тупыми, толстых — толстыми, при этом совершенно ничего не стесняясь и ещё с таким тонким чувством юмора, которое было присуще скорее мужчинам её возраста. она придумывала изощрённейшие способы нашего развития. игра под названием «повтори за учителем», при упоминании которой у всех, даже самых талантливых, начинали дергаться веки. учительница читала нам вслух абзац, состоящий из пяти-шести предложений, и каждый, по очереди встав, должен был с первого раза его воспроизвести наизусть. не получалось ни у кого, а она, в свою очередь, трактовала это ничем иным, как нашей общей отсталостью. однажды, она пришла на урок с чёрной траурной повязкой на голове и объяснила всем, что у неё умер муж. всё, о чём я думал эти сорок минут после, были не соболезнования или какая-то там грусть. я думал о том, что у такой сильной женщины его априори не должно было быть. самым удивительным, казалось, тогда то, что любимой писательницей моей училки была дарья донцова! дарья «глупые детективы для домохозяек» донцова. тогда хотелось верить в то, что она перечитала всю мировую литературу, проговорила её наизусть абзац за абзацем и теперь просто расслабляется таким образом.
50x40
холст на подрамнике, акрил
2025
существует ли «будущее» сказать крайне сложно. оно неосязаемо, недоступно и эфемерно. а как только удаётся слегка нащупать его тонкую грань, оно моментально превращается в настоящее. единственное, что остаётся - попытаться всмотреться в него сквозь все препятствия.
коллективная выставка, на которой будет моя новая работа
12 ноября
место - никитинский теарт
куратор - марина жолондзь
коллективная выставка, на которой будет моя новая работа
12 ноября
место - никитинский теарт
куратор - марина жолондзь
Forwarded from Заметки на полях / Мастерская Николая Алексеева
Друзья, мы рады пригласить вас на перформативную прогулку по фестивалю «Ночь в тоскливом октябре». Маршрут начнётся от Депутатского сквера (ул. Депутатская д. 7 напротив барельефа с «Парящей девочкой») 6 ноября в 19:00
Что это
К нам на фестиваль пришло более сотни замечательных заявок из России, Европы, Америки и бывших союзных республик, часть из них мы отобрали для размещения в ночном городе. Мы предлагаем пройтись по городу с импровизированной экскурсией и, если нам удастся, найти часть из работ художников внутри городского ландшафта. Маршрут займёт около 4-5 часов.
Сюжет
В начале 90-х годов прошлого века на книжные прилавки нашей страны хлынула лавина зарубежной фантастики разного качества. Среди прочего там был последний роман Роджера Желязны «Ночь в тоскливом октябре», в котором персонажи готических романов (в духе Шелли, По и Стоккера) играют в игру, суть которой — борьба сил прогресса и реакции. В процессе борьбы потенциально может возникнуть событие или не возникнуть, всё зависит от участников истории и случайности. Чем бы не закончилась история романа — она дала название фестивалю.
Время
Подготовка и реализация фестиваля прошла во временном зазоре между октябрём и ноябрём — старым и новым стилем датирования — от отбора участников 25 октября до ночной прогулки с 6 по 7 ноября по улицам Воронежа. Выбор времени и перенос октября (в названии) на начало ноября (фактически) связаны с тем, что большинство политической энергии сегодня тратится на создание ретротопий — образ будущего представим, только как возвращение в прошлое. Сам город и его культура вторят этой политической борьбе фантазмов, мы предлагаем обратить свой взгляд на искусство в этих временных и культурных разрывах.
Место
На фестивале мы предлагаем пройтись по маршруту существующих и утраченных культурных точек на карте города. Нам помогали воронежские деятели культуры и самоорганизации, через которые будет пролегать маршрут: галерея Х.Л.А.М., Воронежский центр современного искусства, ferrum cursores, киноклуб на Пятницкого, мастерская Анны Аксеновой, мастерская Кирилла Гаршина «Пыль», Салон Тамары Сердцевой, самоорганизация 22² и многие другие.
Участники:
Елизавета Копылова, Мария Дунаева, Институт Овладения Временем, Андрей Каратеев, Семёнычева Полина, Ольга Сергиец, Полина Шилкините, Оксана Броневицкая, Юрий Юшкин, Муса Гайворонский, Даша Шифт, Зефир, Олег Даутов, Вася Красноярова, Катерина Акулова, Наталия Чекотова, Ирина Вингерманн, Михаил Добровольский, Кристина Башкова, Кира Шилина, Евгения Крутова, Марина Жолондзь, Саша Ковалёва, Тамара Сердцева, Ольга Голева, Арина Авилова, Анна Аксенова, Илюша Половина, Лиана Фролова, Ольга Салковская, Татьяна Сюзёва, Софья Векша, Вереника Перла, Надежда Штырова, Алла Верлина, Роман Розенфельд-Мюэ, Ольга Туманова.
Как подготовиться к прогулке:
1. Зарегистрироваться на Timepad— это нужно для того, чтобы мы понимали сколько зрителей нам ждать.
2. Прийти вовремя на площадку в депутатском сквере.
3. Тепло и удобно одеться — маршрут займёт у вас около 4-5 часов при холодной и пасмурной погоде (не забудьте зонт или дождевик).
4. На всякий случай лучше иметь при себе паспорт.
Что это
К нам на фестиваль пришло более сотни замечательных заявок из России, Европы, Америки и бывших союзных республик, часть из них мы отобрали для размещения в ночном городе. Мы предлагаем пройтись по городу с импровизированной экскурсией и, если нам удастся, найти часть из работ художников внутри городского ландшафта. Маршрут займёт около 4-5 часов.
Сюжет
В начале 90-х годов прошлого века на книжные прилавки нашей страны хлынула лавина зарубежной фантастики разного качества. Среди прочего там был последний роман Роджера Желязны «Ночь в тоскливом октябре», в котором персонажи готических романов (в духе Шелли, По и Стоккера) играют в игру, суть которой — борьба сил прогресса и реакции. В процессе борьбы потенциально может возникнуть событие или не возникнуть, всё зависит от участников истории и случайности. Чем бы не закончилась история романа — она дала название фестивалю.
Время
Подготовка и реализация фестиваля прошла во временном зазоре между октябрём и ноябрём — старым и новым стилем датирования — от отбора участников 25 октября до ночной прогулки с 6 по 7 ноября по улицам Воронежа. Выбор времени и перенос октября (в названии) на начало ноября (фактически) связаны с тем, что большинство политической энергии сегодня тратится на создание ретротопий — образ будущего представим, только как возвращение в прошлое. Сам город и его культура вторят этой политической борьбе фантазмов, мы предлагаем обратить свой взгляд на искусство в этих временных и культурных разрывах.
Место
На фестивале мы предлагаем пройтись по маршруту существующих и утраченных культурных точек на карте города. Нам помогали воронежские деятели культуры и самоорганизации, через которые будет пролегать маршрут: галерея Х.Л.А.М., Воронежский центр современного искусства, ferrum cursores, киноклуб на Пятницкого, мастерская Анны Аксеновой, мастерская Кирилла Гаршина «Пыль», Салон Тамары Сердцевой, самоорганизация 22² и многие другие.
Участники:
Елизавета Копылова, Мария Дунаева, Институт Овладения Временем, Андрей Каратеев, Семёнычева Полина, Ольга Сергиец, Полина Шилкините, Оксана Броневицкая, Юрий Юшкин, Муса Гайворонский, Даша Шифт, Зефир, Олег Даутов, Вася Красноярова, Катерина Акулова, Наталия Чекотова, Ирина Вингерманн, Михаил Добровольский, Кристина Башкова, Кира Шилина, Евгения Крутова, Марина Жолондзь, Саша Ковалёва, Тамара Сердцева, Ольга Голева, Арина Авилова, Анна Аксенова, Илюша Половина, Лиана Фролова, Ольга Салковская, Татьяна Сюзёва, Софья Векша, Вереника Перла, Надежда Штырова, Алла Верлина, Роман Розенфельд-Мюэ, Ольга Туманова.
Как подготовиться к прогулке:
1. Зарегистрироваться на Timepad— это нужно для того, чтобы мы понимали сколько зрителей нам ждать.
2. Прийти вовремя на площадку в депутатском сквере.
3. Тепло и удобно одеться — маршрут займёт у вас около 4-5 часов при холодной и пасмурной погоде (не забудьте зонт или дождевик).
4. На всякий случай лучше иметь при себе паспорт.
Forwarded from Наше будущее — туман
Открытие выставки уже завтра! В 17:00 ждем всех в Никитинском театре (Бакунина 2а).
Посмотрим, какое будущее нас ждем!
#нашебудущеетуман
Посмотрим, какое будущее нас ждем!
#нашебудущеетуман
«третья тень»
чёрно-белые фото обладают специфической внутренней строгостью и напряжённостью. чёрно-белые снимки, сделанные на длинной выдержке в отсутствие нужного освещения, часто пугают. смазанные черты лица, танцующие огни на заднем фоне, залитые белым фрагменты — всё это выглядит достаточно страшно. перед тем, как сделать такой кадр, я напрягал руки и всё тело, пытаясь застыть на долю секунды, чтобы избежать этого эффекта. но у меня никогда не получалось, поэтому я зафиксировал всё как есть.
работа сделана для фестиваля «ночь в тоскливом октябре»
куратор - Николай Алексеев
отдельное спасибо - Добровольский М.
25x37
холст на картоне, пластик, акрил
#installation
чёрно-белые фото обладают специфической внутренней строгостью и напряжённостью. чёрно-белые снимки, сделанные на длинной выдержке в отсутствие нужного освещения, часто пугают. смазанные черты лица, танцующие огни на заднем фоне, залитые белым фрагменты — всё это выглядит достаточно страшно. перед тем, как сделать такой кадр, я напрягал руки и всё тело, пытаясь застыть на долю секунды, чтобы избежать этого эффекта. но у меня никогда не получалось, поэтому я зафиксировал всё как есть.
работа сделана для фестиваля «ночь в тоскливом октябре»
куратор - Николай Алексеев
отдельное спасибо - Добровольский М.
25x37
холст на картоне, пластик, акрил
#installation