Пару недель назад я дал обширный комментарий для Независимой Газеты на тему того, как будет выглядеть ИИ-мир — в лучшем случае дуополией США и Китая.
А тут Наталья Ивановна сходила на подкаст IT-Frontier от Астры. Я сел смотреть и буквально первое же предложение вступило в противоречие с мыслями, которые я высказал в статье НГ. А когда я вижу, что моё мнение расходится с мнением умных людей — я пытаюсь разобраться.
Фраза НК звучит дословно так:
Понятно, что речь про компанию ASML. Но считать её независимой от США — и, наоборот, считать, что из-за неё США нельзя назвать тотально независимыми — это большое заблуждение.
Поэтому разберём в деталях: что такое ASML и где там «зависимость» США от неё.
Нидерландская фирма из Эйндховена производит один тип продукта: машины для литографии — устройства, которые «печатают» транзисторы на кремниевых чипах. Представьте принтер, наносящий рисунок с точностью до нескольких атомов. Без этих машин невозможно сделать ни один современный процессор — ни для смартфона, ни для сервера с ИИ, ни для автомобиля.
Самый передовой тип литографии называется EUV — экстремальный ультрафиолет. Длина волны — 13,5 нанометра, в 50 раз тоньше вируса гриппа. Только с таким светом можно делать чипы по техпроцессу 7 нм и меньше — те самые, что стоят в ваших телефонах. EUV-машины производит одна компания в мире. Одна машина стоит до $400 млн, очередь расписана на годы вперёд, капитализация компании — около $540 млрд.
В 2000-х, когда EUV казался безумной авантюрой, Intel, TSMC и Samsung вложили в разработку миллиарды, купив доли в компании. Через двадцать лет эти вложения окупились так, как никто не мог представить.
ASML сама почти ничего не производит с нуля — она системный интегратор. Одна машина содержит 100 000 компонентов от сотен поставщиков. Оптику делает только немецкая Carl Zeiss SMT — точность их зеркал такова, что если увеличить одно до размера Германии, перепад высот составил бы несколько миллиметров. Источники EUV-света ASML купила целиком — компания Cymer, $2,5 млрд. Мощные лазеры поставляет немецкий Trumpf.
ASML — публичная компания, торгуется на биржах Нью-Йорка и Амстердама. Нидерландского государства среди акционеров нет. Если сложить всех американских институциональных инвесторов — выходит примерно 25–30% компании.
То есть нидерландская фирма, которая определяет судьбу мировой полупроводниковой промышленности, в значительной мере принадлежит американскому финансовому капиталу. Это многое объясняет в том, почему Вашингтон так уверенно диктует Амстердаму экспортную политику.
Ключевые компоненты ASML — американского происхождения: лазеры Cymer, программное обеспечение, часть электроники. По американскому экспортному законодательству любой продукт, содержащий американские компоненты или технологии, требует лицензии США на экспорт. ASML физически не может продать машину без молчаливого согласия Вашингтона.
Продолжение следует …
@gostev_future
А тут Наталья Ивановна сходила на подкаст IT-Frontier от Астры. Я сел смотреть и буквально первое же предложение вступило в противоречие с мыслями, которые я высказал в статье НГ. А когда я вижу, что моё мнение расходится с мнением умных людей — я пытаюсь разобраться.
Фраза НК звучит дословно так:
«А я думаю, что вот таких стран, которые бы совсем могли бы сказать, что они без всех остальных могли бы просуществовать, всё-таки, наверное, нет. Соединённые Штаты, конечно, безусловно, это лидер цифрового мира, здесь вопросов не вызывает, но даже Соединённые Штаты не могут похвастаться, что они тотально независимые. Но, например, машины, которые делают микросхемные платы, они вообще только в одной стране мира, в Голландии — и всё. Сейчас Штаты об этом задумались, они, наверное, что-то такое сделают, но пока нет.»
Понятно, что речь про компанию ASML. Но считать её независимой от США — и, наоборот, считать, что из-за неё США нельзя назвать тотально независимыми — это большое заблуждение.
Поэтому разберём в деталях: что такое ASML и где там «зависимость» США от неё.
Нидерландская фирма из Эйндховена производит один тип продукта: машины для литографии — устройства, которые «печатают» транзисторы на кремниевых чипах. Представьте принтер, наносящий рисунок с точностью до нескольких атомов. Без этих машин невозможно сделать ни один современный процессор — ни для смартфона, ни для сервера с ИИ, ни для автомобиля.
Самый передовой тип литографии называется EUV — экстремальный ультрафиолет. Длина волны — 13,5 нанометра, в 50 раз тоньше вируса гриппа. Только с таким светом можно делать чипы по техпроцессу 7 нм и меньше — те самые, что стоят в ваших телефонах. EUV-машины производит одна компания в мире. Одна машина стоит до $400 млн, очередь расписана на годы вперёд, капитализация компании — около $540 млрд.
В 2000-х, когда EUV казался безумной авантюрой, Intel, TSMC и Samsung вложили в разработку миллиарды, купив доли в компании. Через двадцать лет эти вложения окупились так, как никто не мог представить.
ASML сама почти ничего не производит с нуля — она системный интегратор. Одна машина содержит 100 000 компонентов от сотен поставщиков. Оптику делает только немецкая Carl Zeiss SMT — точность их зеркал такова, что если увеличить одно до размера Германии, перепад высот составил бы несколько миллиметров. Источники EUV-света ASML купила целиком — компания Cymer, $2,5 млрд. Мощные лазеры поставляет немецкий Trumpf.
ASML — публичная компания, торгуется на биржах Нью-Йорка и Амстердама. Нидерландского государства среди акционеров нет. Если сложить всех американских институциональных инвесторов — выходит примерно 25–30% компании.
То есть нидерландская фирма, которая определяет судьбу мировой полупроводниковой промышленности, в значительной мере принадлежит американскому финансовому капиталу. Это многое объясняет в том, почему Вашингтон так уверенно диктует Амстердаму экспортную политику.
Ключевые компоненты ASML — американского происхождения: лазеры Cymer, программное обеспечение, часть электроники. По американскому экспортному законодательству любой продукт, содержащий американские компоненты или технологии, требует лицензии США на экспорт. ASML физически не может продать машину без молчаливого согласия Вашингтона.
Продолжение следует …
@gostev_future
1🔥13👏2👍1
Почему ASML невозможно украсть, купить — и невозможно застраховать
Монополия ASML кажется абсолютной. Но у самой защищённой компании мира есть уязвимости, которые не решаются деньгами.
Почему США не забрали её себе? Могли бы попробовать — американские фонды держат около 30% акций. Но физически перевезти производство невозможно: машина EUV существует только внутри европейской экосистемы поставщиков. Оптика — в Германии. Механика — в Нидерландах. Лазеры — снова Германия. Это не завод, это знание, распределённое по континенту. Переехать в Техас — не значит увезти технологию. Плюс Евросоюз заблокирует любую попытку поглощения как угрозу стратегическому суверенитету. Впрочем, зачем покупать, если через экспортный контроль США и так диктуют, кому ASML имеет право продавать?
Почему Китай не украл технологии? Пытался. В 2018 году бывшие сотрудники ASML были обвинены в краже данных в пользу китайской компании. Нидерландская разведка фиксирует промышленный шпионаж регулярно. Но украсть чертежи бесполезно: технология живёт не в документации, а в людях. Тысячи инженеров ASML носят в головах знания, которые нигде не записаны. Без них чертёж — просто бумага. Кроме того, даже полная документация не поможет воспроизвести зеркала Zeiss — уровень точности, который Германия накапливала 30 лет. Каждый компонент — отдельная монополия. Украсть одно звено не значит украсть цепь.
Реальные слабые места:
Главный завод — в одном городе. Пожар, авария, теракт — и вся мировая полупроводниковая индустрия встаёт. Zeiss в Германии — единственный поставщик критичной оптики, и альтернативы ему нет в принципе.
Политическая хрупкость. Компания зависит от того, чтобы Нидерланды, США и Германия одновременно оставались союзниками и проводили согласованную политику. Любой серьёзный разлом в западном альянсе создаёт юридический и логистический хаос для цепочки поставок.
Наконец, несколько сотен ключевых инженеров буквально держат компанию в голове. Их переманивание — не абстрактный риск: именно поэтому ASML платит одни из самых высоких инженерных зарплат в Европе.
ASML одновременно — самая защищённая и самая уязвимая компания в мире. Защищена от конкуренции и копирования так, как не защищён никто. Но уязвима именно потому, что стала незаменимой: весь мир завязан на одну точку, и любой сбой в ней — глобальная катастрофа. Это называется системный риск. И пока никто не придумал, как от него застраховаться.
Так в чём же заблуждение Натальи Ивановны?
Она смотрит на юридическую прописку — Нидерланды. Но если смотреть на капитал, компоненты и контроль, картина обратная: ASML это американский актив с нидерландским паспортом. США не зависят от Голландии — они контролируют голландскую компанию через три независимых механизма одновременно: собственность, технологии и экспортное право.
Именно поэтому, когда Вашингтон решил отрезать Китай от передовой литографии, он просто позвонил в Гаагу. И Нидерланды ввели запрет. Независимая страна с независимой компанией так себя не ведёт.
Другой вопрос — и вот тут моя позиция о дуополии США и Китая становится сложнее — что физически воспроизвести эту цепочку внутри США тоже невозможно. Это означает, что у США есть контроль, но нет автономии.
Так что, возможно, правы мы оба: мир идёт к дуополии на уровне рынков и политики, но на уровне физического производства он безнадёжно многополярен. И ASML — лучший тому пример.
@gostev_future
Монополия ASML кажется абсолютной. Но у самой защищённой компании мира есть уязвимости, которые не решаются деньгами.
Почему США не забрали её себе? Могли бы попробовать — американские фонды держат около 30% акций. Но физически перевезти производство невозможно: машина EUV существует только внутри европейской экосистемы поставщиков. Оптика — в Германии. Механика — в Нидерландах. Лазеры — снова Германия. Это не завод, это знание, распределённое по континенту. Переехать в Техас — не значит увезти технологию. Плюс Евросоюз заблокирует любую попытку поглощения как угрозу стратегическому суверенитету. Впрочем, зачем покупать, если через экспортный контроль США и так диктуют, кому ASML имеет право продавать?
Почему Китай не украл технологии? Пытался. В 2018 году бывшие сотрудники ASML были обвинены в краже данных в пользу китайской компании. Нидерландская разведка фиксирует промышленный шпионаж регулярно. Но украсть чертежи бесполезно: технология живёт не в документации, а в людях. Тысячи инженеров ASML носят в головах знания, которые нигде не записаны. Без них чертёж — просто бумага. Кроме того, даже полная документация не поможет воспроизвести зеркала Zeiss — уровень точности, который Германия накапливала 30 лет. Каждый компонент — отдельная монополия. Украсть одно звено не значит украсть цепь.
Реальные слабые места:
Главный завод — в одном городе. Пожар, авария, теракт — и вся мировая полупроводниковая индустрия встаёт. Zeiss в Германии — единственный поставщик критичной оптики, и альтернативы ему нет в принципе.
Политическая хрупкость. Компания зависит от того, чтобы Нидерланды, США и Германия одновременно оставались союзниками и проводили согласованную политику. Любой серьёзный разлом в западном альянсе создаёт юридический и логистический хаос для цепочки поставок.
Наконец, несколько сотен ключевых инженеров буквально держат компанию в голове. Их переманивание — не абстрактный риск: именно поэтому ASML платит одни из самых высоких инженерных зарплат в Европе.
ASML одновременно — самая защищённая и самая уязвимая компания в мире. Защищена от конкуренции и копирования так, как не защищён никто. Но уязвима именно потому, что стала незаменимой: весь мир завязан на одну точку, и любой сбой в ней — глобальная катастрофа. Это называется системный риск. И пока никто не придумал, как от него застраховаться.
Так в чём же заблуждение Натальи Ивановны?
Она смотрит на юридическую прописку — Нидерланды. Но если смотреть на капитал, компоненты и контроль, картина обратная: ASML это американский актив с нидерландским паспортом. США не зависят от Голландии — они контролируют голландскую компанию через три независимых механизма одновременно: собственность, технологии и экспортное право.
Именно поэтому, когда Вашингтон решил отрезать Китай от передовой литографии, он просто позвонил в Гаагу. И Нидерланды ввели запрет. Независимая страна с независимой компанией так себя не ведёт.
Другой вопрос — и вот тут моя позиция о дуополии США и Китая становится сложнее — что физически воспроизвести эту цепочку внутри США тоже невозможно. Это означает, что у США есть контроль, но нет автономии.
Так что, возможно, правы мы оба: мир идёт к дуополии на уровне рынков и политики, но на уровне физического производства он безнадёжно многополярен. И ASML — лучший тому пример.
@gostev_future
👍16👏2🔥1🤡1🤣1
Ещё в продолжение темы про ASML.
— Минуточку! — скажет проницательный читатель. — Похоже, что всё самое важное в ASML завязано на Zeiss?!
И будет прав.
ASML хотя бы теоретически можно попытаться дублировать или перенести. Zeiss — нет. Это единственная компания в мире, способная делать зеркала с нужной точностью для EUV. Не «лучшая из нескольких» — единственная. Точность шлифовки их оптики настолько экстремальна, что это скорее искусство, чем индустрия — накопленное за десятилетия ремесло конкретных людей в конкретном месте в Оберкохене, маленьком городе в Баден-Вюртемберге.
Zeiss не производит зеркала на каком-то уникальном станке, который можно погрузить в контейнер. Zeiss производит зеркала на станках, которые сделали другие немецкие компании — под заказ, с точностью под конкретные задачи. Те станки сделаны на станках третьего порядка. Это рекурсия. Чтобы вывезти производство Zeiss, нужно вывезти половину немецкого машиностроения.
Zeiss при этом остаётся частной компанией — ею владеет Фонд Карла Цейсса, созданный ещё в XIX веке. Структура собственности специально устроена так, чтобы компания не могла сменить хозяина. Об этом напишу подробнее отдельно.
Так что вся цепочка выглядит примерно так: Zeiss → ASML → TSMC/Samsung/Intel → весь технологический мир. Один частный немецкий фонд в маленьком городе держит за горло глобальную полупроводниковую индустрию.
@gostev_future
— Минуточку! — скажет проницательный читатель. — Похоже, что всё самое важное в ASML завязано на Zeiss?!
И будет прав.
ASML хотя бы теоретически можно попытаться дублировать или перенести. Zeiss — нет. Это единственная компания в мире, способная делать зеркала с нужной точностью для EUV. Не «лучшая из нескольких» — единственная. Точность шлифовки их оптики настолько экстремальна, что это скорее искусство, чем индустрия — накопленное за десятилетия ремесло конкретных людей в конкретном месте в Оберкохене, маленьком городе в Баден-Вюртемберге.
Zeiss не производит зеркала на каком-то уникальном станке, который можно погрузить в контейнер. Zeiss производит зеркала на станках, которые сделали другие немецкие компании — под заказ, с точностью под конкретные задачи. Те станки сделаны на станках третьего порядка. Это рекурсия. Чтобы вывезти производство Zeiss, нужно вывезти половину немецкого машиностроения.
Zeiss при этом остаётся частной компанией — ею владеет Фонд Карла Цейсса, созданный ещё в XIX веке. Структура собственности специально устроена так, чтобы компания не могла сменить хозяина. Об этом напишу подробнее отдельно.
Так что вся цепочка выглядит примерно так: Zeiss → ASML → TSMC/Samsung/Intel → весь технологический мир. Один частный немецкий фонд в маленьком городе держит за горло глобальную полупроводниковую индустрию.
@gostev_future
🔥6👍4👏2🤔2😱1
Про Цейсса, в отличие от ASML, все слышали. Но истинный творец успеха и Zeiss, и ASML — совсем другой человек. Куда менее раскрученный, чем Никола Тесла или Эдисон.
Его звали Эрнст Аббе, и в историю он вошёл как партнёр Карла Цейсса. Родился в 1840 году в Эйзенахе — том самом городе, где родился Бах. Отец работал на прядильной фабрике, семья была бедной. Способности мальчика заметил владелец фабрики и оплатил его образование. Аббе блестяще окончил университеты Йены и Гёттингена, стал преподавателем физики — с типичной для провинциального учёного XIX века смешной зарплатой и туманными перспективами. В 1866 году Цейсс пригласил его в свою мастерскую — и именно это партнёрство изменило всё.
До Аббе производство оптики было ремеслом в буквальном смысле: мастер шлифовал линзу, смотрел в неё, шлифовал ещё. Почему одна линза даёт чёткое изображение, а другая — нет, никто не мог объяснить математически. Аббе это объяснил. Он вывел теорию дифракционного формирования изображения — впервые в истории оптику можно было рассчитать на бумаге до того, как взять стекло в руки. Вместе Цейсс и Аббе перевели производство оптики из ремесла в науку. Это был переход от алхимии к химии, смена эпох.
Позже Аббе сформулировал предел разрешения микроскопа — доказал математически, что увидеть объект тоньше половины длины волны света принципиально невозможно. Этот предел носит его имя до сих пор. Ирония в том, что именно борьба с пределом Аббе привела к созданию EUV-литографии: чтобы печатать всё более тонкие транзисторы, пришлось уменьшать длину волны — до экстремального ультрафиолета. Вся современная полупроводниковая гонка — это попытка обойти открытие Аббе.
Карл Цейсс умер в 1888 году, и Аббе унаследовал компанию. Он был убеждённым социалистом: считал, что богатство, созданное коллективным трудом, не должно принадлежать одному человеку. Вместо того чтобы стать очень богатым, в 1889 году он создал Фонд Карла Цейсса и передал ему всё предприятие. Устав был революционным: восьмичасовой рабочий день, оплачиваемые отпуска, пенсии, участие рабочих в прибыли и запрет на продажу компании — всё это за 30 лет до того, как стало нормой. Себе Аббе оставил скромную зарплату директора — не больше, чем получал раньше.
Фонд работает по этому уставу до сих пор. Пережил две мировые войны и разделение Германии — Zeiss был разорван между Западом и Востоком и воссоединён только после 1990 года.
Купить Carl Zeiss AG нельзя в принципе — её некому продавать. Фонд не является коммерческим владельцем в обычном смысле, он существует по уставу Аббе и не имеет права продавать компанию. Нет продавца — нет сделки. Именно поэтому ASML смогла войти лишь в дочернюю структуру Zeiss SMT с долей 24,9% — и то это скорее стратегическое партнёрство, чем контроль. Выше немецкое законодательство просто не пустило бы.
Аббе умер в 1905 году. Он не знал ни про транзисторы, ни про чипы. Просто хотел делать хорошую оптику и справедливую компанию. Случайно создал самый надёжный защитный механизм для самого стратегического актива современной цивилизации. Никакие юристы и инвестбанкиры специально не смогли бы придумать ничего лучше.
@gostev_future
Его звали Эрнст Аббе, и в историю он вошёл как партнёр Карла Цейсса. Родился в 1840 году в Эйзенахе — том самом городе, где родился Бах. Отец работал на прядильной фабрике, семья была бедной. Способности мальчика заметил владелец фабрики и оплатил его образование. Аббе блестяще окончил университеты Йены и Гёттингена, стал преподавателем физики — с типичной для провинциального учёного XIX века смешной зарплатой и туманными перспективами. В 1866 году Цейсс пригласил его в свою мастерскую — и именно это партнёрство изменило всё.
До Аббе производство оптики было ремеслом в буквальном смысле: мастер шлифовал линзу, смотрел в неё, шлифовал ещё. Почему одна линза даёт чёткое изображение, а другая — нет, никто не мог объяснить математически. Аббе это объяснил. Он вывел теорию дифракционного формирования изображения — впервые в истории оптику можно было рассчитать на бумаге до того, как взять стекло в руки. Вместе Цейсс и Аббе перевели производство оптики из ремесла в науку. Это был переход от алхимии к химии, смена эпох.
Позже Аббе сформулировал предел разрешения микроскопа — доказал математически, что увидеть объект тоньше половины длины волны света принципиально невозможно. Этот предел носит его имя до сих пор. Ирония в том, что именно борьба с пределом Аббе привела к созданию EUV-литографии: чтобы печатать всё более тонкие транзисторы, пришлось уменьшать длину волны — до экстремального ультрафиолета. Вся современная полупроводниковая гонка — это попытка обойти открытие Аббе.
Карл Цейсс умер в 1888 году, и Аббе унаследовал компанию. Он был убеждённым социалистом: считал, что богатство, созданное коллективным трудом, не должно принадлежать одному человеку. Вместо того чтобы стать очень богатым, в 1889 году он создал Фонд Карла Цейсса и передал ему всё предприятие. Устав был революционным: восьмичасовой рабочий день, оплачиваемые отпуска, пенсии, участие рабочих в прибыли и запрет на продажу компании — всё это за 30 лет до того, как стало нормой. Себе Аббе оставил скромную зарплату директора — не больше, чем получал раньше.
Фонд работает по этому уставу до сих пор. Пережил две мировые войны и разделение Германии — Zeiss был разорван между Западом и Востоком и воссоединён только после 1990 года.
Купить Carl Zeiss AG нельзя в принципе — её некому продавать. Фонд не является коммерческим владельцем в обычном смысле, он существует по уставу Аббе и не имеет права продавать компанию. Нет продавца — нет сделки. Именно поэтому ASML смогла войти лишь в дочернюю структуру Zeiss SMT с долей 24,9% — и то это скорее стратегическое партнёрство, чем контроль. Выше немецкое законодательство просто не пустило бы.
Аббе умер в 1905 году. Он не знал ни про транзисторы, ни про чипы. Просто хотел делать хорошую оптику и справедливую компанию. Случайно создал самый надёжный защитный механизм для самого стратегического актива современной цивилизации. Никакие юристы и инвестбанкиры специально не смогли бы придумать ничего лучше.
@gostev_future
🔥24👍7👏3
Сегодня записали первые эпизоды шестого сезона подкаста «Смени пароль».
Шестого. Я тоже немного удивлён.
Начали, конечно, с ИИ — а как иначе. За полгода каникул всё очень сильно изменилось. И меняется настолько быстро, что я решил не тянуть.
Буду выкладывать по одной главе из новой книги — пока она не устарела. В этом жанре промедление равно устареванию. Публикую в teletype, здесь анонсы.
Следующий пост — тизер вместо предисловия.
@gostev_future #ИИстории
Шестого. Я тоже немного удивлён.
Начали, конечно, с ИИ — а как иначе. За полгода каникул всё очень сильно изменилось. И меняется настолько быстро, что я решил не тянуть.
Буду выкладывать по одной главе из новой книги — пока она не устарела. В этом жанре промедление равно устареванию. Публикую в teletype, здесь анонсы.
Следующий пост — тизер вместо предисловия.
@gostev_future #ИИстории
👍7🥰2🫡2
Возможно, вы слышали про книгу под названием «Вирьё моё». Это производственный роман про невидимые хакерские войны последних двадцати лет — про то как 376 байт по имени Helkern положили Южную Корею на пять часов, как Stuxnet вырубал заводы по обогащению урана, как банды вирусописателей превращались в индустрию или садились в тюрьму, что иногда было одно и то же.
Книга получилась про прошлое, и заканчивалась она на относительно спокойной ноте. Интернет работал. Глобальной эпидемии, которую мы ожидали по своей семилетней синусоиде, не случилось. ИИ только начинал подавать голос — больше в академических статьях, чем в корпоративных чатах.
Это длилось недолго.
Пока вы читали ту книгу, всё, о чём мы писали как о «завтра», стало «вчера». ИИ-пентесты, про которые мы говорили как о несуществующей индустрии, теперь существуют. Ошустренные вещи продолжают косячить — только теперь они косячат умнее и дороже. Граница между атакующими и защищающимися стала такой тонкой, что иногда не понять, кто есть кто, особенно если обе стороны пользуются одной моделью.
В «Вирьё моём» у меня был соавтор, который умел задавать правильные вопросы и объяснять сложное простыми словами. Здесь тоже есть соавтор. Только теперь это не человек.
Это тот самый ИИ, про которого написана вся книга.
Он помогал формулировать, уточнять, проверять логику и находить слова там, где у меня заканчивалось терпение. Я не уверен, что он понимал, о чём пишет. Зато я уверен, что именно это делает его идеальным соавтором для книги про ИИ: он не паникует, не устаёт и не требует повышения зарплаты. Просто иногда уверенно ошибается.
Та книга была документальной прозой — всё, что было, как было, с лёгкой гримировкой имён. Эта устроена иначе.
Истории здесь не настоящие. Точнее — пока не настоящие. Компании выдуманы, имена вымышлены, инциденты сконструированы. Но сконструированы из деталей, которые уже существуют: реальных уязвимостей, реальных решений, реальных ошибок, которые индустрия уже совершает или вот-вот совершит. Это не репортаж с передовой. Это разведка боем — туда, куда передовая движется.
Про Helkern говорили: это меняет всё. Потом Stuxnet — снова меняет всё. Теперь ИИ. И снова — это меняет всё.
Меняет. Только не всё, и не сразу, и не так, как думают на конференциях.
Эта книга — про то, как именно. Про компании, которые скармливают корпоративные секреты нейросетям, не понимая что делают. Про антивирусы, которым дали право стрелять, и которые иногда попадают в своих. Про датасеты, пришедшие с чужой войны и принёсшие с собой чужую грязь. Про ботов, возвращающих деньги слишком охотно. Про роботов, которых страшно уволить, потому что никто не знает, что они делают.
Безопасность в эпоху ИИ — это не новая коробка с красивым градиентом на крышке. Это та же старая работа с логами, людьми и ошибками. Только теперь ошибки масштабируются с нечеловеческой скоростью.
Читатель, скорее всего, уже в теме. Вы либо безопасник, либо разработчик, либо руководитель, которому надоело получать красивые презентации про AI-революцию без единого конкретного ответа на вопрос «а что мне с этим делать».
Если какая-то история покажется вам знакомой, это не совпадение.
Дятлы продолжают долбить.
Просто теперь рядом с ними сидит машина, которая долбит быстрее.
И иногда — не в то дерево.
@gostev_future #ИИстории
Книга получилась про прошлое, и заканчивалась она на относительно спокойной ноте. Интернет работал. Глобальной эпидемии, которую мы ожидали по своей семилетней синусоиде, не случилось. ИИ только начинал подавать голос — больше в академических статьях, чем в корпоративных чатах.
Это длилось недолго.
Пока вы читали ту книгу, всё, о чём мы писали как о «завтра», стало «вчера». ИИ-пентесты, про которые мы говорили как о несуществующей индустрии, теперь существуют. Ошустренные вещи продолжают косячить — только теперь они косячат умнее и дороже. Граница между атакующими и защищающимися стала такой тонкой, что иногда не понять, кто есть кто, особенно если обе стороны пользуются одной моделью.
В «Вирьё моём» у меня был соавтор, который умел задавать правильные вопросы и объяснять сложное простыми словами. Здесь тоже есть соавтор. Только теперь это не человек.
Это тот самый ИИ, про которого написана вся книга.
Он помогал формулировать, уточнять, проверять логику и находить слова там, где у меня заканчивалось терпение. Я не уверен, что он понимал, о чём пишет. Зато я уверен, что именно это делает его идеальным соавтором для книги про ИИ: он не паникует, не устаёт и не требует повышения зарплаты. Просто иногда уверенно ошибается.
Та книга была документальной прозой — всё, что было, как было, с лёгкой гримировкой имён. Эта устроена иначе.
Истории здесь не настоящие. Точнее — пока не настоящие. Компании выдуманы, имена вымышлены, инциденты сконструированы. Но сконструированы из деталей, которые уже существуют: реальных уязвимостей, реальных решений, реальных ошибок, которые индустрия уже совершает или вот-вот совершит. Это не репортаж с передовой. Это разведка боем — туда, куда передовая движется.
Про Helkern говорили: это меняет всё. Потом Stuxnet — снова меняет всё. Теперь ИИ. И снова — это меняет всё.
Меняет. Только не всё, и не сразу, и не так, как думают на конференциях.
Эта книга — про то, как именно. Про компании, которые скармливают корпоративные секреты нейросетям, не понимая что делают. Про антивирусы, которым дали право стрелять, и которые иногда попадают в своих. Про датасеты, пришедшие с чужой войны и принёсшие с собой чужую грязь. Про ботов, возвращающих деньги слишком охотно. Про роботов, которых страшно уволить, потому что никто не знает, что они делают.
Безопасность в эпоху ИИ — это не новая коробка с красивым градиентом на крышке. Это та же старая работа с логами, людьми и ошибками. Только теперь ошибки масштабируются с нечеловеческой скоростью.
Читатель, скорее всего, уже в теме. Вы либо безопасник, либо разработчик, либо руководитель, которому надоело получать красивые презентации про AI-революцию без единого конкретного ответа на вопрос «а что мне с этим делать».
Если какая-то история покажется вам знакомой, это не совпадение.
Дятлы продолжают долбить.
Просто теперь рядом с ними сидит машина, которая долбит быстрее.
И иногда — не в то дерево.
@gostev_future #ИИстории
🔥16👏5😁4👍2❤1🙏1
ИИсторИИ / Тизер первой главы
Кибербезопасность вообще плохо работает как амулет. Нельзя купить дорогую систему, поставить её в стойку и считать, что злые духи теперь обойдут компанию стороной.
Слил не интеллект. Слил человек. Интеллект просто оказался удобной трубой, в которую этот человек вылил ведро корпоративных секретов.
Главная уязвимость любой организации — управленческая иллюзия, что всё под контролем. Она не детектируется антивирусом.
Будущее редко выглядит футуристично, когда наступает. Оно приходит как очередной инцидент — и кто-то должен его разобрать.
@gostev_future #ИИстории
Кибербезопасность вообще плохо работает как амулет. Нельзя купить дорогую систему, поставить её в стойку и считать, что злые духи теперь обойдут компанию стороной.
Слил не интеллект. Слил человек. Интеллект просто оказался удобной трубой, в которую этот человек вылил ведро корпоративных секретов.
Главная уязвимость любой организации — управленческая иллюзия, что всё под контролем. Она не детектируется антивирусом.
Будущее редко выглядит футуристично, когда наступает. Оно приходит как очередной инцидент — и кто-то должен его разобрать.
@gostev_future #ИИстории
Teletype
ЧАСТЬ 1. БУДУЩЕЕ УЖЕ ПРИЕХАЛО, ПРОСТО ПЛОХО ПРИПАРКОВАЛОСЬ
Книги про будущее принято начинать с какой-нибудь красивой глупости. Например, с описания стеклянного небоскрёба, в котором...
🔥6❤🔥2👍2👏1
На ПМЭФ Сбер показал первый российский оптический вычислитель для задач ИИ — устройство, которое выполняет одну из ключевых операций нейросетей не электрическим током, а светом. Звучит как фраза из советского научпопа про 1987 год, но физика здесь вполне настоящая.
Чип предназначен для матричного умножения. Если коротко: нейросеть большую часть времени перемножает огромные таблицы чисел. Именно поэтому современные ИИ-центры пожирают электричество, греются и требуют всё больше GPU. Фотоника предлагает другой путь — часть вычислений выполняется за счёт прохождения света через оптическую схему. Не потому что «свет умнее электронов», а потому что в некоторых задачах он позволяет быстрее и экономнее выполнять массовые параллельные операции.
По заявлению Сбера, первый прототип делает больше миллиарда операций матричного умножения в секунду, а энергопотребление оптического ядра на 30% ниже электронных аналогов. Целевой ориентир — частота оптических операций выше 10 ГГц.
В мире это не уникальная технология: американская компания Lightmatter делает фотонные решения для AI-инфраструктуры — в основном вокруг межчиповых соединений, а не ровно такого же «матричного вычислителя». Британский стартап Lumai заявляет до 90% снижения энергопотребления по сравнению с GPU-архитектурами на задачах инференса. Оба работают с коммерческими продуктами, Сбер — с прототипом. Разрыв есть.
Но главный смысл новости не в том, что Сбер догнал Запад. Не догнал.
Смысл в другом: это поиск обходного пути. Оптические чипы не требуют EUV-литографии уровня TSMC 3нм, поэтому производство реально на более доступных процессах. Фотонные вычислители, по крайней мере теоретически, дают шанс вынести часть задач в архитектуру с другими производственными требованиями. Сбер прямо говорит об этом: «производство оптических чипов локализуется проще, чем электронных».
Реальный это прорыв или красивая презентация на форуме — покажет следующие два-три года. Путь от прототипа до серийного чипа в электронике занимает именно столько, и большинство громких анонсов на этом пути тихо заканчиваются. Но направление правильное — ИИ всё чаще упирается не в умные модели, а в электричество и доступ к чипам.
@gostev_future
Чип предназначен для матричного умножения. Если коротко: нейросеть большую часть времени перемножает огромные таблицы чисел. Именно поэтому современные ИИ-центры пожирают электричество, греются и требуют всё больше GPU. Фотоника предлагает другой путь — часть вычислений выполняется за счёт прохождения света через оптическую схему. Не потому что «свет умнее электронов», а потому что в некоторых задачах он позволяет быстрее и экономнее выполнять массовые параллельные операции.
По заявлению Сбера, первый прототип делает больше миллиарда операций матричного умножения в секунду, а энергопотребление оптического ядра на 30% ниже электронных аналогов. Целевой ориентир — частота оптических операций выше 10 ГГц.
В мире это не уникальная технология: американская компания Lightmatter делает фотонные решения для AI-инфраструктуры — в основном вокруг межчиповых соединений, а не ровно такого же «матричного вычислителя». Британский стартап Lumai заявляет до 90% снижения энергопотребления по сравнению с GPU-архитектурами на задачах инференса. Оба работают с коммерческими продуктами, Сбер — с прототипом. Разрыв есть.
Но главный смысл новости не в том, что Сбер догнал Запад. Не догнал.
Смысл в другом: это поиск обходного пути. Оптические чипы не требуют EUV-литографии уровня TSMC 3нм, поэтому производство реально на более доступных процессах. Фотонные вычислители, по крайней мере теоретически, дают шанс вынести часть задач в архитектуру с другими производственными требованиями. Сбер прямо говорит об этом: «производство оптических чипов локализуется проще, чем электронных».
Реальный это прорыв или красивая презентация на форуме — покажет следующие два-три года. Путь от прототипа до серийного чипа в электронике занимает именно столько, и большинство громких анонсов на этом пути тихо заканчиваются. Но направление правильное — ИИ всё чаще упирается не в умные модели, а в электричество и доступ к чипам.
@gostev_future
👍13🤡1🍌1💊1
ИИсторИИ / Глава вторая
Следующая глава ИИсторий — о LLM-файроволле.
Старая логика защиты данных была простой: данные куда-то уходят — мы это видим и останавливаем. Файл отправлен, ссылка открыта, документ прикреплён. Есть событие, есть след, есть точка контроля.
С промптами этой точки нет. Данные никуда не «уходят» в привычном смысле. Они просто читаются. Моделью. Где-то в облаке. И что с ними происходит дальше — в логах обучения, в инфраструктуре поставщика, в кэше сессий — не знает никто, включая самого поставщика, если читать его условия использования внимательно.
LLM-firewall — это попытка починить эту сломанную логику. Поставить пограничника там, где раньше пограничника не требовалось.
История о том, как одна компания внедряла.
На очередной встрече директор по цифровой трансформации радостно сообщил, что компания «перешла к управляемому использованию генеративного ИИ». Служба безопасности сказала, что риски «существенно снижены». Бизнес сказал, что продуктивность «потенциально выросла». Юристы сказали, что нужно обновить политику обработки данных. HR предложил провести обучение.
Ранее:
Глава 1. Человек из будущего
@gostev_future #ИИстории
Следующая глава ИИсторий — о LLM-файроволле.
Старая логика защиты данных была простой: данные куда-то уходят — мы это видим и останавливаем. Файл отправлен, ссылка открыта, документ прикреплён. Есть событие, есть след, есть точка контроля.
С промптами этой точки нет. Данные никуда не «уходят» в привычном смысле. Они просто читаются. Моделью. Где-то в облаке. И что с ними происходит дальше — в логах обучения, в инфраструктуре поставщика, в кэше сессий — не знает никто, включая самого поставщика, если читать его условия использования внимательно.
LLM-firewall — это попытка починить эту сломанную логику. Поставить пограничника там, где раньше пограничника не требовалось.
История о том, как одна компания внедряла.
На очередной встрече директор по цифровой трансформации радостно сообщил, что компания «перешла к управляемому использованию генеративного ИИ». Служба безопасности сказала, что риски «существенно снижены». Бизнес сказал, что продуктивность «потенциально выросла». Юристы сказали, что нужно обновить политику обработки данных. HR предложил провести обучение.
Ранее:
Глава 1. Человек из будущего
@gostev_future #ИИстории
Teletype
Глава 2. ПРОМПТ С КОТЯТАМИ
Первое, что люди попросили у нейросети — сделать котёнка. Не в буквальном смысле. Просто первые несколько месяцев генеративный...
👍3❤2🔥2
Media is too big
VIEW IN TELEGRAM
Часто ли вы слышите заявления официальных лиц, в которых они не осуждают кибератаки, не сообщают о расследовании, а фактически выступают свидетелями?
Десять (восемь) лет назад Айсен Николаев съездил в Израиль. Тогда он ещё не был главой Якутии, но, судя по свежему рассказу на ПМЭФ, уже получил самый убедительный тренинг по кибербезопасности в истории госуправления.
Глава региона фактически говорит: «я в Израиле присутствовал при взломе чужих систем. Причём не только наших компаний, но и американских».
То есть это уже не просто байка о том, как чиновник проникся кибербезопасностью. Это публичный рассказ человека, который оказался свидетелем действий, способных заинтересовать в другой юрисдикции не только специалистов по информационной безопасности.
Впрочем, с педагогической точки зрения метод действительно мощный. Есть тренинги, после которых руководитель кивает, забирает папку и забывает всё к обеду. А есть тренинги, после которых он десять лет помнит: кибербезопасность — это важно, потому что однажды при тебе уже взломали Америку, Якутию и несколько компаний, а ты просто приехал посмотреть, как работает израильская алмазная биржа.
@gostev_future
«Наши израильские коллеги показали мне, что они могут сделать, просто хакнув системы безопасности в Америке и у нас, в республике. Прямо на моих глазах взломали несколько наших компаний».
Глава региона фактически говорит: «я в Израиле присутствовал при взломе чужих систем. Причём не только наших компаний, но и американских».
То есть это уже не просто байка о том, как чиновник проникся кибербезопасностью. Это публичный рассказ человека, который оказался свидетелем действий, способных заинтересовать в другой юрисдикции не только специалистов по информационной безопасности.
Впрочем, с педагогической точки зрения метод действительно мощный. Есть тренинги, после которых руководитель кивает, забирает папку и забывает всё к обеду. А есть тренинги, после которых он десять лет помнит: кибербезопасность — это важно, потому что однажды при тебе уже взломали Америку, Якутию и несколько компаний, а ты просто приехал посмотреть, как работает израильская алмазная биржа.
@gostev_future
😁9🔥2❤1
Неделю назад одна запрещенная социальная сеть на букву М, а точнее ее дочерний проект на букву И, изрядно насмешил буквально всех, тем что прикрутил ИИ-бота. Сначала выяснилось, что бота можно было уговорить привязать к чужому аккаунту новый email. После этого злоумышленник сбрасывал пароль и забирал аккаунт.
Детали уже много раз были описаны тут, тут, тут и даже тут.
Конечно же, сеть на букву М моментально кинулась все исправлять и исправила.
Но ведь современные проблемы требуют современных решений? Именно так все и исправили – в стиле вайбкодинга.
Убрав ссылку на ИИ-бот с страницы.
А API к боту осталось.
Ведь если никто не видит его в интерфейсе, значит никто и не использует.
Ведь так? Да?
@gostev_future
Детали уже много раз были описаны тут, тут, тут и даже тут.
Конечно же, сеть на букву М моментально кинулась все исправлять и исправила.
"This issue has been resolved and we are securing impacted accounts."
Andy Stone, communications head
Но ведь современные проблемы требуют современных решений? Именно так все и исправили – в стиле вайбкодинга.
Убрав ссылку на ИИ-бот с страницы.
А API к боту осталось.
Ведь если никто не видит его в интерфейсе, значит никто и не использует.
Ведь так? Да?
@gostev_future
😁12🤡4🔥1👏1
Сегодня выходной, а значит — время рубрики «Гостев из прошлого».
А ещё сегодня день рождения Пушкина, так что с него и начнём.
Пушкин мне, конечно, не прадед. Но генеалогическая программа, если её долго мучать, всё равно найдёт способ сделать его родственником.
Александр Сергеевич дотягивается до меня через очень дальнюю боковую брачную цепочку: через восьмикратную пра-тётю, её племянника, его жену, её двоюродную родственницу, её мужа и ещё несколько боковых переходов, в которых затесались даже Тютчевы. По-русски это выговорить нельзя, а по-английски — скрин выше.
И это отличная иллюстрация того, насколько все мы переплетены даже на сравнительно коротком историческом отрезке.
Вот, например, ещё один забавный факт: прямые предки Евгения Валентиновича™ в 17 веке жили всего-то в 30 километрах от предков ещё одного топ-менеджера Лаборатории. То есть буквально: выйти из деревни, пройти через лес, перейти реку, повернуть направо — и здравствуйте, будущая корпоративная история. Ну а ещё чуть подальше, километрах в пятидесяти, уже обитали одни из моих — козловские полковые казаки Трегубовы.
А к XXI веку нас всех занесло в одно офисное здание.
Или вот Наталья Ивановна Касперская, чья генеалогия идёт через известную архангельскую династию Штуцеров.
По одной версии, первым Штуцером на Руси был Якоб — прусский купец, которого занесло на службу в Архангельск.
По другой версии, в середине XVII века в Белом море, во время сильной бури, неподалёку от Архангельска затонуло «ганзейское» судно. Корабль выбросило на камни недалеко от берега. Над водой остались только мачты, и на них спаслись два человека. Одним из них был юнга Иоган Штуцер.
В Архангельске тогда уже существовала немецкая колония, где этот юнга и остался. Возможно, именно он и был отцом Якоба.
Но самое интересное начинается дальше. Штуцеры в Архангельске XVIII века служили при таможне и переводчиками. А это значит, что тут уже вполне можно осторожно пофантазировать на тему знакомства с Ломоносовым.
Отец учёного, Василий Дорофеевич, владел крупным парусным судном, на котором возил товары через государственные таможенные посты. В архивных записях Архангельской таможни обнаружены сведения, что 13-летний Михайло Ломоносов расписывался в таможенных книгах вместо отца и приказчиков.
Я совсем не исключаю, что где-то в тех же книгах рядом с подписью будущего Ломоносова может обнаружиться и подпись кого-нибудь из потомков Якоба Штуцера, оформлявшего Ломоносову накладную на импорт.
История — это не бронзовые памятники, стоящие отдельно друг от друга. Это одна большая адресная книга, в которой все рано или поздно оказываются на соседних страницах.
@gostev_future
А ещё сегодня день рождения Пушкина, так что с него и начнём.
Пушкин мне, конечно, не прадед. Но генеалогическая программа, если её долго мучать, всё равно найдёт способ сделать его родственником.
Александр Сергеевич дотягивается до меня через очень дальнюю боковую брачную цепочку: через восьмикратную пра-тётю, её племянника, его жену, её двоюродную родственницу, её мужа и ещё несколько боковых переходов, в которых затесались даже Тютчевы. По-русски это выговорить нельзя, а по-английски — скрин выше.
И это отличная иллюстрация того, насколько все мы переплетены даже на сравнительно коротком историческом отрезке.
Вот, например, ещё один забавный факт: прямые предки Евгения Валентиновича™ в 17 веке жили всего-то в 30 километрах от предков ещё одного топ-менеджера Лаборатории. То есть буквально: выйти из деревни, пройти через лес, перейти реку, повернуть направо — и здравствуйте, будущая корпоративная история. Ну а ещё чуть подальше, километрах в пятидесяти, уже обитали одни из моих — козловские полковые казаки Трегубовы.
А к XXI веку нас всех занесло в одно офисное здание.
Или вот Наталья Ивановна Касперская, чья генеалогия идёт через известную архангельскую династию Штуцеров.
По одной версии, первым Штуцером на Руси был Якоб — прусский купец, которого занесло на службу в Архангельск.
По другой версии, в середине XVII века в Белом море, во время сильной бури, неподалёку от Архангельска затонуло «ганзейское» судно. Корабль выбросило на камни недалеко от берега. Над водой остались только мачты, и на них спаслись два человека. Одним из них был юнга Иоган Штуцер.
В Архангельске тогда уже существовала немецкая колония, где этот юнга и остался. Возможно, именно он и был отцом Якоба.
Но самое интересное начинается дальше. Штуцеры в Архангельске XVIII века служили при таможне и переводчиками. А это значит, что тут уже вполне можно осторожно пофантазировать на тему знакомства с Ломоносовым.
Отец учёного, Василий Дорофеевич, владел крупным парусным судном, на котором возил товары через государственные таможенные посты. В архивных записях Архангельской таможни обнаружены сведения, что 13-летний Михайло Ломоносов расписывался в таможенных книгах вместо отца и приказчиков.
Я совсем не исключаю, что где-то в тех же книгах рядом с подписью будущего Ломоносова может обнаружиться и подпись кого-нибудь из потомков Якоба Штуцера, оформлявшего Ломоносову накладную на импорт.
История — это не бронзовые памятники, стоящие отдельно друг от друга. Это одна большая адресная книга, в которой все рано или поздно оказываются на соседних страницах.
@gostev_future
🔥7👏2👍1
Возить на ПМЭФ неваляшек становится какой-то навязчивой идеей?
В прошлом году Киберневаляшек притащил Сайберус, в этом году ПСБ/А7.
Но раз уж попались мне на глаза, то я вспомнил и про замечательное АО Настоящее (не путать с АО Будущее aka F6). В январе я задавался вопросом – может ему тоже уготовано что-то большее?
Ага, большие, нет не так, – БОЛЬШИЕ убытки были ему уготованы. Рубрика «считаем чужие деньги»
Связь с «Сайберусом» видна не только смыслово, но и юридически-бытовым образом. АО «Настоящее» зарегистрировано по адресу Москва, 2-я Звенигородская, 12, стр. 23. По тому же адресу находятся или фигурируют связанные с этой экосистемой структуры: АО «Сайберус», АО «Кибердом», АО «Кибер Квартал», АО «Кибериспытание» и другие. То есть это не одинокая фирма-разработчик, а часть плотного кластера юрлиц вокруг «Сайберуса» и «Кибердома».
В положении премии “Киберпризнание” написано, что соорганизатор — Фонд Сайберус в лице АО “Настоящее”, которое оказывает организационную, финансовую, информационную и иную поддержку конкурса.
Формально основной вид деятельности — разработка ПО. Но по отчетности за 2024–2025 годы картина другая: выручка — ноль, себестоимость — ноль, зато расходы огромные. В 2025 году компания получила 918 млн рублей чистого убытка, а убыток от продаж превысил 1 млрд рублей. То есть клиентских денег нет вообще, но операционная машина уже работает и активно тратит.
Откуда деньги? Не из бизнеса. Главный источник — собственники. За два года в компанию внесли около 1,66 млрд рублей денежных вкладов. Накопленный убыток уже достиг 920 млн рублей, но чистые активы всё ещё положительные — около 715 млн рублей.
Куда тратят? В 2025 году текущие платежи составили около 960 млн рублей. Из них 658 млн ушло поставщикам и подрядчикам, 210 млн — на оплату труда, остальное — налоги, взносы, проценты и прочие платежи. За два года текущая деятельность съела почти 975 млн рублей. Явный рост фонда оплаты труда или выплат, связанных с персоналом — 13 сотрудников.
В 2025 году 345 млн рублей ушло на долговые бумаги, права требования или займы другим лицам, а на балансе осталась дебиторка 280 млн рублей. При нулевой выручке это явно не обычные долги покупателей.
Новых неваляшек на ПМЭФ не привезли. Домен киберневаляшки скоро истечет. Продуктов нет. Миллиард сожгли.
Вот такой прикольный бизнес.
@gostev_future
В прошлом году Киберневаляшек притащил Сайберус, в этом году ПСБ/А7.
Но раз уж попались мне на глаза, то я вспомнил и про замечательное АО Настоящее (не путать с АО Будущее aka F6). В январе я задавался вопросом – может ему тоже уготовано что-то большее?
Ага, большие, нет не так, – БОЛЬШИЕ убытки были ему уготованы. Рубрика «считаем чужие деньги»
Связь с «Сайберусом» видна не только смыслово, но и юридически-бытовым образом. АО «Настоящее» зарегистрировано по адресу Москва, 2-я Звенигородская, 12, стр. 23. По тому же адресу находятся или фигурируют связанные с этой экосистемой структуры: АО «Сайберус», АО «Кибердом», АО «Кибер Квартал», АО «Кибериспытание» и другие. То есть это не одинокая фирма-разработчик, а часть плотного кластера юрлиц вокруг «Сайберуса» и «Кибердома».
В положении премии “Киберпризнание” написано, что соорганизатор — Фонд Сайберус в лице АО “Настоящее”, которое оказывает организационную, финансовую, информационную и иную поддержку конкурса.
Формально основной вид деятельности — разработка ПО. Но по отчетности за 2024–2025 годы картина другая: выручка — ноль, себестоимость — ноль, зато расходы огромные. В 2025 году компания получила 918 млн рублей чистого убытка, а убыток от продаж превысил 1 млрд рублей. То есть клиентских денег нет вообще, но операционная машина уже работает и активно тратит.
Откуда деньги? Не из бизнеса. Главный источник — собственники. За два года в компанию внесли около 1,66 млрд рублей денежных вкладов. Накопленный убыток уже достиг 920 млн рублей, но чистые активы всё ещё положительные — около 715 млн рублей.
Куда тратят? В 2025 году текущие платежи составили около 960 млн рублей. Из них 658 млн ушло поставщикам и подрядчикам, 210 млн — на оплату труда, остальное — налоги, взносы, проценты и прочие платежи. За два года текущая деятельность съела почти 975 млн рублей. Явный рост фонда оплаты труда или выплат, связанных с персоналом — 13 сотрудников.
В 2025 году 345 млн рублей ушло на долговые бумаги, права требования или займы другим лицам, а на балансе осталась дебиторка 280 млн рублей. При нулевой выручке это явно не обычные долги покупателей.
Новых неваляшек на ПМЭФ не привезли. Домен киберневаляшки скоро истечет. Продуктов нет. Миллиард сожгли.
Вот такой прикольный бизнес.
@gostev_future
🔥9
На прошлой неделе падал не только американский рынок. В российском сегменте в тартарары полетели акции Астры. Падение началось ровно 1 июня и продолжается до сих пор пор – c 280 до 215.
На первый взгляд, новостей, которые бы могли к этому привести – не было. Квартальный отчет вышел чуть ранее, был он так себе, но в целом ничего фатального. Выручка минус 15% год к году, 2,7 млрд рублей, а вместо прибыли 184 млн получился убыток 752 млн.
А 1 июня кто-то начал сливать громадные лоты, наторговав аж на 3 млрд рублей за день.
Частные инвесторы впали в кому, менеджмент компании выпустил пресс-релиз, заявив что они свои акции не продавали.
Еще в январе я сказал что в этом году Астра даст еще много инфоповодов
Инфоповоды пошли потом пачками – Астра покупает/не покупает МойОфис, Астра ищет стратегического инвестора, Астра заложила акции в Совкомбанк, 1С может войти в капитал Астры, Фролов планирует продать 10-15% акций группе Т1 … по рынку пошли разговоры о поглощении в пользу ВТБ.
В общем, какая-то ясность насчет обвала случилась сейчас. Вышли публикации существенных фактов:
29.05.2026 Дочка «РусБИТех-Астра» увеличила займ дочке «Астра Облако» с 300 млн до 2 млрд. Внутренний перевод денег. Срок до конца 2027 года. Сделка с заинтересованностью — обе стороны под контролем одних и тех же лиц.
02.06.2026 Астра лично поручилась перед ВТБ за долги дочки «РусБИТех-Астра» на 5 млрд. Процентная ставка плавающая, максимум — ключевая ставка плюс 4%. (то есть почти 19% годовых). Это 47,76% стоимости активов Астры. Совет директоров одобрил 16 апреля, акционеры — 21 мая.
04.06.2026 Сбербанк увеличил долю в Астре с 4,44% до 5,23%. Приобретение совершено через Сбербанк КИБ ещё 4 мая 2026 года. Раскрыто с задержкой в месяц.
05.06.2026 Сбербанк КИБ продал почти всю позицию в Астре — с 5,27% до 1,05%. Продажа совершена 1 июня 2026 года, в день обвала. Раскрыто с задержкой в 4 дня.
Все сделки с заинтересованностью, все раскрыты с задержкой.
Я не настоящий аналитик, так что выводы и инсайды делать пока не буду. Но, глядя на то как с момента IPO Астра сложилась в три раза, как Позитив сложился в три раза с хаев и торгуется сейчас на уровне своего размещения в 2021 году, а Диасофт вообще упал в 6 раз – я вижу логику в желании F6 выйти на биржу в этом году, пока не стало совсем поздно.
Но я не вижу логики в том, чтобы кто-то решился покупать сейчас такие истории. Даже после обвала Астра торгуется по P/E 9x, что выглядит совсем не дешево.
@gostev_future
На первый взгляд, новостей, которые бы могли к этому привести – не было. Квартальный отчет вышел чуть ранее, был он так себе, но в целом ничего фатального. Выручка минус 15% год к году, 2,7 млрд рублей, а вместо прибыли 184 млн получился убыток 752 млн.
А 1 июня кто-то начал сливать громадные лоты, наторговав аж на 3 млрд рублей за день.
Частные инвесторы впали в кому, менеджмент компании выпустил пресс-релиз, заявив что они свои акции не продавали.
Еще в январе я сказал что в этом году Астра даст еще много инфоповодов
Инфоповоды пошли потом пачками – Астра покупает/не покупает МойОфис, Астра ищет стратегического инвестора, Астра заложила акции в Совкомбанк, 1С может войти в капитал Астры, Фролов планирует продать 10-15% акций группе Т1 … по рынку пошли разговоры о поглощении в пользу ВТБ.
В общем, какая-то ясность насчет обвала случилась сейчас. Вышли публикации существенных фактов:
29.05.2026 Дочка «РусБИТех-Астра» увеличила займ дочке «Астра Облако» с 300 млн до 2 млрд. Внутренний перевод денег. Срок до конца 2027 года. Сделка с заинтересованностью — обе стороны под контролем одних и тех же лиц.
02.06.2026 Астра лично поручилась перед ВТБ за долги дочки «РусБИТех-Астра» на 5 млрд. Процентная ставка плавающая, максимум — ключевая ставка плюс 4%. (то есть почти 19% годовых). Это 47,76% стоимости активов Астры. Совет директоров одобрил 16 апреля, акционеры — 21 мая.
04.06.2026 Сбербанк увеличил долю в Астре с 4,44% до 5,23%. Приобретение совершено через Сбербанк КИБ ещё 4 мая 2026 года. Раскрыто с задержкой в месяц.
05.06.2026 Сбербанк КИБ продал почти всю позицию в Астре — с 5,27% до 1,05%. Продажа совершена 1 июня 2026 года, в день обвала. Раскрыто с задержкой в 4 дня.
Все сделки с заинтересованностью, все раскрыты с задержкой.
Я не настоящий аналитик, так что выводы и инсайды делать пока не буду. Но, глядя на то как с момента IPO Астра сложилась в три раза, как Позитив сложился в три раза с хаев и торгуется сейчас на уровне своего размещения в 2021 году, а Диасофт вообще упал в 6 раз – я вижу логику в желании F6 выйти на биржу в этом году, пока не стало совсем поздно.
Но я не вижу логики в том, чтобы кто-то решился покупать сейчас такие истории. Даже после обвала Астра торгуется по P/E 9x, что выглядит совсем не дешево.
@gostev_future
👍7🔥2👏2❤1😁1🤩1🍾1
Вайбкодеры Цукерберга это теперь еженедельный источник здорового смеха для всего ИБ.
На прошлой неделе они отдавали аккаунты кому попало, правили ошибку убирая кнопку в интерфейсе, забыв про API.
Но когда вы махом увольняете 8000 человек, заменяя их на ИИ – то проблемы будут не единичные.
Функция восстановления пароля разглашала все привязанные к аккаунту почты и телефоны.
👏🏻👏🏻👏🏻
@gostev_future
На прошлой неделе они отдавали аккаунты кому попало, правили ошибку убирая кнопку в интерфейсе, забыв про API.
Но когда вы махом увольняете 8000 человек, заменяя их на ИИ – то проблемы будут не единичные.
Функция восстановления пароля разглашала все привязанные к аккаунту почты и телефоны.
👏🏻👏🏻👏🏻
@gostev_future
😁11🔥3👍1
Вот написал про Астру, когда была 215, а уже по 190 дают. Минус 13% за день.
И как бы бог с теми с теми кто купил на 215 и получил второе дно в подарок.
Просто у Астры очень много акций в залоге у банков. Тот же Совкомбанк брал по 290, вроде как.
И какие там ковенанты я, конечно, не знаю. Но такими темпами владелец компании может смениться гораздо быстрее. И не по своей воле.
@gostev_future
И как бы бог с теми с теми кто купил на 215 и получил второе дно в подарок.
Просто у Астры очень много акций в залоге у банков. Тот же Совкомбанк брал по 290, вроде как.
И какие там ковенанты я, конечно, не знаю. Но такими темпами владелец компании может смениться гораздо быстрее. И не по своей воле.
@gostev_future
😁6👏1🍌1🍾1