— чёрт. Да сколько их можно ждать?!
— ты уже написал всем по два раза. Сиди спокойно и жди.
— я от жары сейчас сварюсь. Договаривались в три и не минутой позже.
— и что ты предлагаешь? Пойти без них?
— именно. Мы и вдвоём найдем чем заняться

Взгляд Ёнджуна скользнул по увлеченной фигуре старшего. Нижняя губа была слегка укушена в предвкушении.

Если этот отрывок вам понравится и я увижу хороший актив в комментариях, эта работа выйдет целиком. Всё в ваших руках.

Одинокий поэт, поймав на себе любопытный взгляд прохожего, отложил наполовину пустую чашу. Жаркий день вынуждал незнакомца обмахиваться веером.

— Что такое белое личико делает здесь в такой знойный день? — Хюнин слегка поклонился признав нефритовый оберег, выдающий лицо перед ним как члена знатной семьи.

— Встречный вопрос. Этот пошив... Вы похоже... Никто иной как, ученик дома Шень. Все ученики госпожи Цин сейчас слушают мудрость предков изучая искусство просветления слушателей. Поэтическое направление. Великая честь.

— Как же легко жить будучи лицом необеремененным разумом...

— Что простите? — Субин не понял, но опешил.

— Ничего. Меня и так высекут за сегодняшнее. Терять уже нечего. Да я поэт из дома Шень. Но мне не интересна тайна любви персика и мудрость ручья.

— А что же вам интересно?

— Я сочиняю о том что не произносят вслух. Открываю людям глаза на действительность.

— Ну... От порки мне вас не уберечь. Но я готов простить вам ваше невежество и оплатить ваш алкоголь если вы зачитаете мне вашу работу.

Хюнин чуть откинулся назад, потёр розовую щеку, а затем заглянул в пустую бутылку и потупившись, вздохнул.

— Будь по вашему. Но не говорите что я вас не предупреждал и не устраивайте истерию если работа покажется вам неприемлемой.

Вынув из кармана свернутый клачок грязного пергамента, Хюнин развернул его и прокашлялся. Субин подсел к его низкому столику на коленях и сложив руки под рукавами, принялся слушать.

"Как дивна весна,
Опавший лепесток поймаю краем я халата
И заиграет в тот час песнь.
О том как...
Дух соблазна, таинство любви
Окутает двух юношей незрелых
И поддадутся оба зову искушенья.
Потушит свечку дьявол в домике незаурядном,
Нальёт им масла в чашу для вина
И скажет на ухо как правильно раскрыть цветок желанья
И оба вступят в запрещённый им союз... "

Прервавшись, Хюнин сделал пару глотков крепкого сакэ, опустошив чашу до конца и хмыкнул, оглядев смущенного парня перед собой с ног до головы, пока тот тревожно дыша, обмахивал красное лицо веером.

— почему вы остановились?...
— я еще не достаточно пьян чтобы заговорить о самом интересном.
— я прикажу и вам принесут еще!
— скажем так... любой каприз за ваши деньги. Но не здесь. И не сейчас...