За год безделья потерял не только режим дня, но и понимание нормального календаря — синхронизировался с лунным, так что новый год у меня попадает почти аккурат на китайский, но только на полнолуние.

Как раз сегодня — но и так совпало, что ровно годовщина как я съехал из старой квартиры на авеню Ваграм и перешёл на кочевой образ жизни.

За год успел пожить в пригороде Парижа, в Москве, в Белграде, Будапеште, в нормандской деревне, в Роттердаме, в холмах Луары, четырех разных районах Парижа.

Много спал, много гулял, ломал и реставрировал мебель, жег костры, гулял собак, резал гравюры, чинил велосипеды.
Видел живых косуль и мертвых барсуков.

И вот в итоге оказался в Африке, на границе моря и пустыни, пишу эти строки на балконе под громкий и непонятный призыв к молитве, попивая джин-кофе.

Из-за февральских ветров тут прохладнее, чем я рассчитывал, но пока есть запас европейского джина и абсента (с местным алкоголем не рискую ещё связываться), согреться можно.

Можно ещё, конечно, уйти с балкона, но это для слабаков, не сидевших часами при +7 под парижским дождем на террасах.

В планах найти всё-таки работу, наверное, а в процессе накупаться вволю и доделать уже свои несчастные гравюрные карты, благо 6 кило материалов я с собой притащил.

С оптимизмом, короче, смотрю в новый лунный год.

Santé, inshallah

Завтра наступит Рамадан, и ощущения почти как перед чумным конфинманом пять лет назад: натащить бы в келью побольше запасов, а то вдруг не хватит!

Вчера купил ящик джина; сегодня днём сходил постричься (в салоне с типично языческим названием "Нефертити" вместо музыки играют правоверные аудиокниги; интересно, насколько для местных "Нефертити" похоже на "Снежану"?) и принёс ещё два. Ну, уж думаю, 18 бутылок на 30 дней должно хватить! В конце концов, общий халяльный вайб как-то настраивает, и пить я стал здесь значительно меньше, чем в Париже.

Тем не менее, возвращаясь с пробежки мимо того же алкошопа и случайно прихватил ещё ящичек местного красного, а то ну не коктейлями же мясо запивать, действительно.

Карантинное настроение же уже давно, и оно в целом греет душу. Вообще с большим теплом вспоминаю тот период — три месяца принудительного единения с собой, теплый весенний ветер в окна, летающие мимо зелёные попугаи, пробежки по пустым Елисейским и цветущие каштаны на авеню Ваграм.

Настраиваю себя на ту же волну здесь; в конце концов, никогда ещё я не был столь продуктивен как тогда. Счастлив — был, но счастье эфемерно, а ремесло хоть какой-то временный след оставляет.

Куплю завтра ещё пару бутылок рома для разнообразия, пожалуй, — так переживу и рамадан не хуже карантина, иншалла