Бонус-трек:
Полный вариант Башни, к сожалению, не вошедший в финальную версию

Антивоенная классика

"— Вот слушайте. Это личное послание де Голлю от Марселена Дюпра: Суп из речных раков со сметаной… Слоёный пирог с трюфелями и белым вином из Грава…
Окунь в томатном соусе…

Он нам прочёл всю карту кушаний, от паштета из гусиной печёнки в желе с перцем и тёплого картофельного салата под белым вином до персиков с мороженым.

Дюпра кончил и вытер лоб. Он протянул мне меню:
— Держи. Отдай его твоему лётчику. Пусть де Голль вспомнит, что это такое. Пусть знает, за что он сражается. Я не убиваю немцев, — сказал он. — Я их подавляю.
— Тебе просто наплевать на людей, Марселен, — тихо сказал дядя.
— Ах, ты так думаешь? Посмотрим. Посмотрим, за кем будет последнее слово, за де Голлем или за моим «Прелестным уголком».
— Нет ничего дурного в том, чтобы французская кухня победила, если только она не победит за счёт всего остального, — сказал дядя. — Я только что прочёл результаты конкурса — одна газета организовала его, чтобы узнать, что делать с евреями. Первый приз получила молодая женщина, которая ответила: «Жарить». Должно быть, она хорошая хозяйка и в наше время лишений мечтает о хорошем жарком."

Р.Гари, "Воздушные змеи"

Протрезвел после 30-го, натаскал дров. Смотрю как варится луковый суп.

Омм!

Снилась чья-то русская кухня, на которой мама кого-то из друзей смотрела фигурное катание.

Я же предупреждал её против этого занятия, объясняя, что все программы не просто так построены. Следы на льду на самом деле складываются в круги и линии каббалистических сигилов и внедряют в подсознание некоторые императивы.

Проснувшись понял, что, хотя и не помню всех подробностей, объяснение это звучало весьма реалистично.

Поэтому будьте аккуратней, что ли!

Снилось, что сворачиваю с Тильзит на авеню Ваграм, к дому; на улице пусто, как в карантин; теплый ветер дует в лицо, несёт поток песка по тротуару.
"Ах вот оно что! Сколько песка на улице, а я и не замечал, - думаю, - понятно, почему так пыль быстро в квартире скапливается".

Подхожу к подъезду, вокруг по-прежнему ни души; смотрю: решетка вентиляции, на которой обычно бомжи спят, разворочена напрочь. Причем снизу! И из этой дыры, кажется, песок и лезет.

Заглядываю, конечно, вниз... а там огромное пространство, уходящее в темноту, видны лишь разноцветные стёкла да медного вида балки. Привязываю к куску вывороченной решетки веревку, спускаюсь вниз... долго спускаюсь.
И оказываюсь в огромном соборе странного вида, сложноуловимая смесь готики и ар-деко. Огромные полотна витражей величественно уходят ввысь, к поверхности тротуара, непонятным образом подсвечиваясь будто бы снаружи, хотя снаружи должна быть только почва.
Я понимаю, что тут, в недрах города, таких соборов ещё огромное множество, и что сокрыты они не просто так, но вот пришло время им выйти из тьмы.

Наверное, по московскому метро соскучился.