Ампула для новорождённого: арифметика смерти
Очередной сгусток смысла, выдавленный из машины правосудия — будто кал из онемевшего тела. Скоро — свобода. С учётом СИЗО, домашнего ареста, «времени, проведённого под стражей». Но ночи по-прежнему возвращают меня к делу Белой и Сушкевич. К вопросу о происхождении магния у ребёнка. Я снова и снова перечитываю всё, что доступно в интернете, и с каждым разом удивляюсь всё сильнее: за все эти годы никто, похоже, даже не попытался прикинуть, смоделировать — каким должно было бы быть содержание магния в тканях, если принять за основу версию следствия о внутривенном введении сульфата магния?
И, что важнее, как эта гипотетическая величина соотносится с реальными данными химического анализа?
Давайте разбираться вместе?
Исходные данные:
Препарат: сульфат магния (MgSO₄) для внутривенного введения.
Концентрация: 250 мг/мл.
Объём ампулы: 5 мл.
Масса ребёнка: 700 г (0,7 кг).
Введение: однократное внутривенное болюсное введение всей ампулы.
Если ребёнку массой 700 г была введена целая ампула сульфата магния (1250 мг MgSO₄), значит в кровоток попало 252,5 мг чистого Mg, это привело к смертельно высокой концентрации магния в крови. Уровень магния в сыворотке составил 21,2 ммоль/л, а доза — 360,7 мг на килограмм массы тела. Эти показатели находятся на критически опасном уровне и практически точно соответствуют результатам судебно-химической экспертизы, с учётом всех возможных и очевидных допущений. Внутрипечёночное содержание иона магния также значительно превысило физиологическую норму.
Терапевтические дозы сульфата магния для детей такого веса и возраста в десятки раз ниже. Введение такой дозы магния было фатальным и с медицинской, и с этической точки зрения. Таким образом, попадание полной ампулы сульфата магния в вену новорождённого не только привело к его смерти, но и можно рассматривать как химическую казнь.
Если вы хотите глубже разобраться в механизмах действия, ознакомиться с расчётами или проверить их самостоятельно — читайте полный разбор.
@Записки Сун Цы
#магний #токсикология
Очередной сгусток смысла, выдавленный из машины правосудия — будто кал из онемевшего тела. Скоро — свобода. С учётом СИЗО, домашнего ареста, «времени, проведённого под стражей». Но ночи по-прежнему возвращают меня к делу Белой и Сушкевич. К вопросу о происхождении магния у ребёнка. Я снова и снова перечитываю всё, что доступно в интернете, и с каждым разом удивляюсь всё сильнее: за все эти годы никто, похоже, даже не попытался прикинуть, смоделировать — каким должно было бы быть содержание магния в тканях, если принять за основу версию следствия о внутривенном введении сульфата магния?
И, что важнее, как эта гипотетическая величина соотносится с реальными данными химического анализа?
Давайте разбираться вместе?
Исходные данные:
Препарат: сульфат магния (MgSO₄) для внутривенного введения.
Концентрация: 250 мг/мл.
Объём ампулы: 5 мл.
Масса ребёнка: 700 г (0,7 кг).
Введение: однократное внутривенное болюсное введение всей ампулы.
Если ребёнку массой 700 г была введена целая ампула сульфата магния (1250 мг MgSO₄), значит в кровоток попало 252,5 мг чистого Mg, это привело к смертельно высокой концентрации магния в крови. Уровень магния в сыворотке составил 21,2 ммоль/л, а доза — 360,7 мг на килограмм массы тела. Эти показатели находятся на критически опасном уровне и практически точно соответствуют результатам судебно-химической экспертизы, с учётом всех возможных и очевидных допущений. Внутрипечёночное содержание иона магния также значительно превысило физиологическую норму.
Терапевтические дозы сульфата магния для детей такого веса и возраста в десятки раз ниже. Введение такой дозы магния было фатальным и с медицинской, и с этической точки зрения. Таким образом, попадание полной ампулы сульфата магния в вену новорождённого не только привело к его смерти, но и можно рассматривать как химическую казнь.
Если вы хотите глубже разобраться в механизмах действия, ознакомиться с расчётами или проверить их самостоятельно — читайте полный разбор.
@Записки Сун Цы
#магний #токсикология
1👍20😱3🤓3👏2❤1🍌1
Как медики спасают себя от спасения других?
В этой серой, как больничный кафель, жизни, где медики, а в особенности судмедэксперты — солдаты на передовой чужих катастроф, мы заглянули в их потрёпанные души через анонимный опрос. Как они, измотанные, с кровью на халатах, выгрызают у мира кусочек покоя?
— Треть, 33%, тонут в хроническом диванозе. Они валятся на свои продавленные диваны, как на окопные нары, и пялятся в потолок. Никаких советов миру, только глухое молчание, где только стук их сердца с единичными экстрасистолами. Это не отдых, а капитуляция перед вечным боем.
— 22% укрываются в садово-огородном синдроме. Грядки — их окопы, где помидоры краснеют, как щёки от стыда за бессилие перед смертью. Они копаются в земле, будто роют могилу своим тревогам, но вместо креста сажают укроп. Земля молчит, и это их единственный друг, который не кричит от боли.
— 17% ищут спасение в алкогольной ремиссии. Коньяк и виски — их мутный компресс на раны души. Каждый глоток — как выстрел в висок, чтобы заглушить вопли пациентов и скрип каталок. Это не пьянство, а война с самим собой, где бутылка — и оружие, и белый флаг.
— 16% сбегают в игровую реанимацию. Виртуальные миры — их подпольные притоны, где они, как дезертиры, прячутся от реальности. Там они не спасают, а крошат врагов или строят замки, которые никто не разбомбит. Пиксели не умирают, и это единственное, что держит их на плаву.
— По 6% уходят в охоту на спокойствие и рыболовную апатию. Первые бродят по лесам с ружьём, как с крестом, стреляя в тишину, чтобы заглушить внутренний гул. Вторые сидят у реки, с удочкой, как с последней надеждой, глядя, как вода уносит их мысли. Рыба не клюёт, но это и не нужно — главное, чтобы не звонил телефон.
Итог? Медики — как псы, загнанные в угол, но всё ещё рычащие. Диван, грядка, стакан, экран, лес, река — их окопы в войне за самих себя. Каждый день они латают чужие жизни, но их собственные души — как старый бинт, пропитанный кровью и перспективой. Только какой?
Я-то сам пьяница-игроман со стажем. И вот если с виски всё понятно, то меня очень заинтересовали эти 16% товарищей, которые сбегают в «игровую реанимацию» — что вы предпочитаете, какие игры любите? Давайте делитесь своими игровыми предпочтениями, на компе или консольщики? Может быть, наши предпочтения совпадут, и мы затащим каточку командно?
@Записки Сун Цы
В этой серой, как больничный кафель, жизни, где медики, а в особенности судмедэксперты — солдаты на передовой чужих катастроф, мы заглянули в их потрёпанные души через анонимный опрос. Как они, измотанные, с кровью на халатах, выгрызают у мира кусочек покоя?
— Треть, 33%, тонут в хроническом диванозе. Они валятся на свои продавленные диваны, как на окопные нары, и пялятся в потолок. Никаких советов миру, только глухое молчание, где только стук их сердца с единичными экстрасистолами. Это не отдых, а капитуляция перед вечным боем.
— 22% укрываются в садово-огородном синдроме. Грядки — их окопы, где помидоры краснеют, как щёки от стыда за бессилие перед смертью. Они копаются в земле, будто роют могилу своим тревогам, но вместо креста сажают укроп. Земля молчит, и это их единственный друг, который не кричит от боли.
— 17% ищут спасение в алкогольной ремиссии. Коньяк и виски — их мутный компресс на раны души. Каждый глоток — как выстрел в висок, чтобы заглушить вопли пациентов и скрип каталок. Это не пьянство, а война с самим собой, где бутылка — и оружие, и белый флаг.
— 16% сбегают в игровую реанимацию. Виртуальные миры — их подпольные притоны, где они, как дезертиры, прячутся от реальности. Там они не спасают, а крошат врагов или строят замки, которые никто не разбомбит. Пиксели не умирают, и это единственное, что держит их на плаву.
— По 6% уходят в охоту на спокойствие и рыболовную апатию. Первые бродят по лесам с ружьём, как с крестом, стреляя в тишину, чтобы заглушить внутренний гул. Вторые сидят у реки, с удочкой, как с последней надеждой, глядя, как вода уносит их мысли. Рыба не клюёт, но это и не нужно — главное, чтобы не звонил телефон.
Итог? Медики — как псы, загнанные в угол, но всё ещё рычащие. Диван, грядка, стакан, экран, лес, река — их окопы в войне за самих себя. Каждый день они латают чужие жизни, но их собственные души — как старый бинт, пропитанный кровью и перспективой. Только какой?
Я-то сам пьяница-игроман со стажем. И вот если с виски всё понятно, то меня очень заинтересовали эти 16% товарищей, которые сбегают в «игровую реанимацию» — что вы предпочитаете, какие игры любите? Давайте делитесь своими игровыми предпочтениями, на компе или консольщики? Может быть, наши предпочтения совпадут, и мы затащим каточку командно?
@Записки Сун Цы
👍22❤5😁4🌭1🍾1
Стяжки и тоска: баллада о дешёвом уходе
В тесной квартире на пятом этаже панельного дома, пропитанной запахом плесени, прокисшего пива и отчаяния, обнаружили мужчину, ушедшего из жизни с помощью монтажных стяжек — дешёвых, по 1,5 рубля за штуку. Восемь белых пластиковых петель, аккуратно затянутых спереди, глубоко врезались в шею, оставив ровные, чёткие странгуляционные борозды. Это был не импульс, не внезапный порыв — это был выверенный, почти ритуальный акт. Тело сидело в кресле, запрокинув голову под неестественным углом, с синюшным лицом, ущемлённым языком и кровавыми следами под ногтями. Кожа на шее была рассечена острыми краями пластика, из-под стяжек сочилась сукровица, образуя кроваво-восковую корку.
Квартира выглядела как склеп социального дна: пол усыпан окурками, пустыми бутылками, обрывками фастфуда. На столе — счета за коммуналку, пустые блистеры антидепрессантов, недопитая водка. Стены в плесени, как метастазы, потолок протекает, телевизор бубнит рекламу кредитов — голос, который, казалось, последние годы был единственным собеседником. Старый кактус на подоконнике давно высох, как и сам хозяин — душевно.
Это был не просто суицид — это баллада о человеке, загнанном в угол жизнью, долгами и одиночеством. Он выбрал не газ, не шнур, а стяжки — символ современной цивилизации: прочные, доступные, безжалостные. Он затягивал их одну за другой, чувствуя, как падает давление в венах, как сердце бьётся в бешеном ритме, как кислород исчезает. Первые 15 секунд — паника, виски стучат, зрение мутнеет. Через минуту — судороги, хрипы, ущемление языка. Через три — потеря сознания. Через шесть — клиническая смерть.
Рядом играла рок-музыка — последний саундтрек его жизни. Он не оставил длинных писем, только короткую записку: «Простите, если можете». Но простить уже некого. Он стал частью мрачного натюрморта — тела, растворяющегося в гниющей обстановке, где всё, включая надежду, давно сгнило.
Если хочешь узнать о последних минутах, о физиологии агонии, о деталях, как он затягивал петли и что происходило в его теле — читай полный текст.
@Записки Сун Цы
В тесной квартире на пятом этаже панельного дома, пропитанной запахом плесени, прокисшего пива и отчаяния, обнаружили мужчину, ушедшего из жизни с помощью монтажных стяжек — дешёвых, по 1,5 рубля за штуку. Восемь белых пластиковых петель, аккуратно затянутых спереди, глубоко врезались в шею, оставив ровные, чёткие странгуляционные борозды. Это был не импульс, не внезапный порыв — это был выверенный, почти ритуальный акт. Тело сидело в кресле, запрокинув голову под неестественным углом, с синюшным лицом, ущемлённым языком и кровавыми следами под ногтями. Кожа на шее была рассечена острыми краями пластика, из-под стяжек сочилась сукровица, образуя кроваво-восковую корку.
Квартира выглядела как склеп социального дна: пол усыпан окурками, пустыми бутылками, обрывками фастфуда. На столе — счета за коммуналку, пустые блистеры антидепрессантов, недопитая водка. Стены в плесени, как метастазы, потолок протекает, телевизор бубнит рекламу кредитов — голос, который, казалось, последние годы был единственным собеседником. Старый кактус на подоконнике давно высох, как и сам хозяин — душевно.
Это был не просто суицид — это баллада о человеке, загнанном в угол жизнью, долгами и одиночеством. Он выбрал не газ, не шнур, а стяжки — символ современной цивилизации: прочные, доступные, безжалостные. Он затягивал их одну за другой, чувствуя, как падает давление в венах, как сердце бьётся в бешеном ритме, как кислород исчезает. Первые 15 секунд — паника, виски стучат, зрение мутнеет. Через минуту — судороги, хрипы, ущемление языка. Через три — потеря сознания. Через шесть — клиническая смерть.
Рядом играла рок-музыка — последний саундтрек его жизни. Он не оставил длинных писем, только короткую записку: «Простите, если можете». Но простить уже некого. Он стал частью мрачного натюрморта — тела, растворяющегося в гниющей обстановке, где всё, включая надежду, давно сгнило.
Если хочешь узнать о последних минутах, о физиологии агонии, о деталях, как он затягивал петли и что происходило в его теле — читай полный текст.
@Записки Сун Цы
👍14😱9😢8❤5👏3💔3🫡2
Детокс по-русски: когда организм очищается от жизни
Заказал на «Авито» сбор алтайских трав для заваривания чая. Прислали огромный пакет с какой-то сушёной ботвой — совершенно непонятно, что это. Забоялся, как зайчонок, вспомнив, как легко можно отравиться, и выбросил. А вчерашний вечер с друзьями вывернул наизнанку старую беседу об отравлениях — унылый рефрен судебной медицины: алкоголь, наркотики, парацетамол, проглоченный в отчаянии и запитый вином. Современный человек, окружённый стерильными упаковками и сертификатами, редко умирает иначе. Растительные яды — экзотика, ускользающая от внимания. Их не ищут в банках с надписью «здоровье» или в руках травниц, чьи улыбки пахнут землёй, а пальцы — хной и горькой тайной. Судмедэксперты, чьи глаза устали от вскрытий, теряют чутьё, не замечая смерть, которая шепчет, маскируясь под ритуал, под утренний чай, заваренный с педантичной точностью.
Представьте человека, чья жизнь — ритуал: чашка чая каждое утро, ложка мёда, травы, что, по словам женщины с добрыми глазами, продлевают жизнь и очищают кровь. Соседи шутили: его организм — швейцарские часы. Но в этой педантичности и крылась ловушка. Тело, приученное к порядку, не заметило, как в него просачивалась смерть — день за днём, под видом заботы, в «формуле долголетия» за триста рублей. Этикетка, если приглядеться, шептала правду: «Сделано в гараже, 2025». На вскрытии кардиомиопатия, фибрилляция, чуть увеличенная печень — ничего необычного. Кто сейчас не пьёт, не устаёт, не стареет? Похороны прошли буднично: урна, несколько слов, вдова с пакетом трав, собранных ею самой, всё ещё заваривающая тот же чай, потому что привычка сильнее смерти, уже поселившейся на её кухне.
Но однажды масс-спектрометр, включённый почти случайно, выдал правду: пики скополамина, стрихнина, алкалоидов аконита, цикутотоксина — не из аптеки, не с чёрного рынка, а из сада, из банки «для нервов», из пучка трав, где ромашка мешалась с ядом, а мята — с гниением. Смерть, притаившаяся в уюте, оказалась такой же натуральной, как зелень на подоконнике, и такой же безжалостной, как природа, не различающая заботу и убийство. Мы разучились бояться ядов, доверяя всему «естественному», как средневековые крестьяне доверяли святой воде с растворённым мышьяком. Сегодня мы платим за отравление, заказывая «лесные сборы» с доставкой, называя это возвращением к истокам, забывая, что природа — это не только чай и йога, но и гниющая плоть под листвой в дремучем лесу.
История помнит: яд был оружием элит. В подвалах Ренессанса варили «настойки тишины», тестируя их на тех, чья жизнь стоила меньше секрета. Екатерина Медичи знала: лучший убийца — доверие, ритуал, привычка. Её мастерские сменили вывески на «травяных коучей» и форумы, где советуют дозировки полыни, не спрашивая, кто проверял смесь. Никто не отвечает, когда человек умирает от «детокса», а смерть списывают на сердце, стресс, возраст — так проще, чем признать, что мы снова научились убивать: тихо, культурно, с этикеткой «био».
За годы я видел всего несколько случаев, где растительные яды оставляли след: цикута, съеденная вместо редьки; болиголов, сваренный в суп «для отдыха»; аконит против подагры; дурман от астмы; олеандр и тис для суицида; рицин из семян клещевины для убийства; семена чёточника с абрином для последнего вдоха. Эти растения — не мифы. Они растут в садах, на обочинах, в горшках. Их яд не оставляет следов, маскируясь под естественные причины и веру в добро природы и намерений.
Когда возьмёшь банку сушёных листьев от женщины, что «чувствует твою энергетику», или закажешь травы с гор, спроси: кто проверял сад? Что росло рядом с петрушкой? Не завариваешь ли ты смерть, добавляя мёд, не замечая, как дыхание становится тоньше, сердце спотыкается, а жизнь растворяется в утреннем чае — заботливо, аккуратно, с улыбкой отравления.
Знаете ли вы растения, которые растут вокруг нас и кажутся обычными, но на самом деле могут быть очень опасными?
@Записки Сун Цы
Заказал на «Авито» сбор алтайских трав для заваривания чая. Прислали огромный пакет с какой-то сушёной ботвой — совершенно непонятно, что это. Забоялся, как зайчонок, вспомнив, как легко можно отравиться, и выбросил. А вчерашний вечер с друзьями вывернул наизнанку старую беседу об отравлениях — унылый рефрен судебной медицины: алкоголь, наркотики, парацетамол, проглоченный в отчаянии и запитый вином. Современный человек, окружённый стерильными упаковками и сертификатами, редко умирает иначе. Растительные яды — экзотика, ускользающая от внимания. Их не ищут в банках с надписью «здоровье» или в руках травниц, чьи улыбки пахнут землёй, а пальцы — хной и горькой тайной. Судмедэксперты, чьи глаза устали от вскрытий, теряют чутьё, не замечая смерть, которая шепчет, маскируясь под ритуал, под утренний чай, заваренный с педантичной точностью.
Представьте человека, чья жизнь — ритуал: чашка чая каждое утро, ложка мёда, травы, что, по словам женщины с добрыми глазами, продлевают жизнь и очищают кровь. Соседи шутили: его организм — швейцарские часы. Но в этой педантичности и крылась ловушка. Тело, приученное к порядку, не заметило, как в него просачивалась смерть — день за днём, под видом заботы, в «формуле долголетия» за триста рублей. Этикетка, если приглядеться, шептала правду: «Сделано в гараже, 2025». На вскрытии кардиомиопатия, фибрилляция, чуть увеличенная печень — ничего необычного. Кто сейчас не пьёт, не устаёт, не стареет? Похороны прошли буднично: урна, несколько слов, вдова с пакетом трав, собранных ею самой, всё ещё заваривающая тот же чай, потому что привычка сильнее смерти, уже поселившейся на её кухне.
Но однажды масс-спектрометр, включённый почти случайно, выдал правду: пики скополамина, стрихнина, алкалоидов аконита, цикутотоксина — не из аптеки, не с чёрного рынка, а из сада, из банки «для нервов», из пучка трав, где ромашка мешалась с ядом, а мята — с гниением. Смерть, притаившаяся в уюте, оказалась такой же натуральной, как зелень на подоконнике, и такой же безжалостной, как природа, не различающая заботу и убийство. Мы разучились бояться ядов, доверяя всему «естественному», как средневековые крестьяне доверяли святой воде с растворённым мышьяком. Сегодня мы платим за отравление, заказывая «лесные сборы» с доставкой, называя это возвращением к истокам, забывая, что природа — это не только чай и йога, но и гниющая плоть под листвой в дремучем лесу.
История помнит: яд был оружием элит. В подвалах Ренессанса варили «настойки тишины», тестируя их на тех, чья жизнь стоила меньше секрета. Екатерина Медичи знала: лучший убийца — доверие, ритуал, привычка. Её мастерские сменили вывески на «травяных коучей» и форумы, где советуют дозировки полыни, не спрашивая, кто проверял смесь. Никто не отвечает, когда человек умирает от «детокса», а смерть списывают на сердце, стресс, возраст — так проще, чем признать, что мы снова научились убивать: тихо, культурно, с этикеткой «био».
За годы я видел всего несколько случаев, где растительные яды оставляли след: цикута, съеденная вместо редьки; болиголов, сваренный в суп «для отдыха»; аконит против подагры; дурман от астмы; олеандр и тис для суицида; рицин из семян клещевины для убийства; семена чёточника с абрином для последнего вдоха. Эти растения — не мифы. Они растут в садах, на обочинах, в горшках. Их яд не оставляет следов, маскируясь под естественные причины и веру в добро природы и намерений.
Когда возьмёшь банку сушёных листьев от женщины, что «чувствует твою энергетику», или закажешь травы с гор, спроси: кто проверял сад? Что росло рядом с петрушкой? Не завариваешь ли ты смерть, добавляя мёд, не замечая, как дыхание становится тоньше, сердце спотыкается, а жизнь растворяется в утреннем чае — заботливо, аккуратно, с улыбкой отравления.
Знаете ли вы растения, которые растут вокруг нас и кажутся обычными, но на самом деле могут быть очень опасными?
@Записки Сун Цы
1👍31🔥9❤6👏4
Растения-предатели: когда «целебный чай» превращается в последний ужин
За милой внешностью и нежным ароматом некоторых растений скрывается едва прикрытая ядовитая улыбка самой природы. То, что мы ласково называем «домашним любимцем» или «природной аптекой», с радушным энтузиазмом может отправить нас в мир иной — особенно если решим не просто полюбоваться, а попробовать на вкус.
Эти зелёные соседи живут с нами бок о бок: в садах, на дачах, в лесу и даже в наших благородных помыслах о здоровом образе жизни. Мы собираем их для «целебных» настоев, завариваем в ароматные чаи, веря, что природа заботится о нас. Печально, но иногда она просто ждёт момента, чтобы напомнить: «Я — не ваша няня. И уж точно не ваш фармацевт». Когда мы покупаем травяные сборы или, рискуя стать главным героем сюжета «Смерть от доброго сердца», собираем их сами — стоит помнить: без лабораторного анализа наш «очищающий» отвар легко может превратиться в натуральный коктейль с этикеткой: «Содержит: надежду, веру и смертельный алкалоид».
Ведь что может быть безобиднее ромашки? Ну, разве что её тихая, но зловещая соседка — болиголов. Он, кстати, не только отлично маскируется под «травку для души», но и с удовольствием вмешивается в наш вечерний ритуал, превращая уютный чай в финальный акт.
Так что, прежде чем заварить очередной «природный эликсир», давайте убедимся: мы лечимся от простуды, а не готовимся к вечному отдыху без снов.
Вот небольшая подборка зелёных убийц, которые уже давно обосновались у нас под балконом, в саду или даже в банке с «лекарственными травами» — потому что, судя по всему, кто-то в доме хотел добавить драмы в вечерний ромашковый чай.
Давайте будем бдительны. Природа не прощает ошибок.
И, скорее всего, не вызовет «скорую».
1. Вех ядовитый
Научное название: Cicuta virosa (вех ядовитый), Cicuta douglasii
Токсины: Цикутотоксин — полиацетиленовый яд, один из самых токсичных природных нейротоксинов.
Действие: Поражает центральную нервную систему, вызывая судороги, тошноту, рвоту, головокружение, нарушение координации, паралич дыхательных мышц. Смерть может наступить в течение 2–3 часов после приёма.
Особенности: Корень особенно ядовит и внешне напоминает корень петрушки или моркови. Часто путают при сборе дикорастущих растений. Даже небольшое количество сока может быть смертельно опасным.
2. Борец («волчий корень»)
Научное название: Aconitum napellus и другие виды рода Aconitum
Токсины: Аконитин и другие дитерпеноидные алкалоиды.
Действие: Блокирует натриевые каналы в нервных и мышечных клетках, вызывая онемение, жжение во рту, тошноту, аритмию, судороги, паралич дыхания и остановку сердца.
Особенности: Яд действует очень быстро — симптомы проявляются через 10–30 минут. Используется в традиционной медицине в строго контролируемых дозах, но смертельная доза может составлять менее 2 граммов сырого корня.
3. Болиголов пятнистый
Научное название: Conium maculatum
Токсины: Кониин — алкалоид, блокирующий нервно-мышечную передачу.
Действие: Вызывает мышечную слабость, паралич, начинающийся с ног, постепенно распространяющийся на дыхательные мышцы. Летальный исход наступает от удушья.
Особенности: Исторически использовался для казни Сократа. Имеет резкий, мышиный запах. Часто путают с укропом или петрушкой, особенно в молодом возрасте.
4. Дурман (Бругмансия)
Научное название: Brugmansia spp. (ангельские трубы), Datura spp. (настоящий дурман)
Токсины: Атропин, скополамин, гиосциамин — тропановые алкалоиды.
Действие: Антихолинергическое действие — сухость во рту, расширение зрачков (мидриаз), тахикардия, галлюцинации, психоз, судороги, кома, остановка дыхания.
Особенности: Случайное употребление цветков, листьев или семян (например, в «травяных чаях») приводит к тяжёлому отравлению. Категорически не рекомендуется к употреблению в любом виде.
@Записки Сун Цы
За милой внешностью и нежным ароматом некоторых растений скрывается едва прикрытая ядовитая улыбка самой природы. То, что мы ласково называем «домашним любимцем» или «природной аптекой», с радушным энтузиазмом может отправить нас в мир иной — особенно если решим не просто полюбоваться, а попробовать на вкус.
Эти зелёные соседи живут с нами бок о бок: в садах, на дачах, в лесу и даже в наших благородных помыслах о здоровом образе жизни. Мы собираем их для «целебных» настоев, завариваем в ароматные чаи, веря, что природа заботится о нас. Печально, но иногда она просто ждёт момента, чтобы напомнить: «Я — не ваша няня. И уж точно не ваш фармацевт». Когда мы покупаем травяные сборы или, рискуя стать главным героем сюжета «Смерть от доброго сердца», собираем их сами — стоит помнить: без лабораторного анализа наш «очищающий» отвар легко может превратиться в натуральный коктейль с этикеткой: «Содержит: надежду, веру и смертельный алкалоид».
Ведь что может быть безобиднее ромашки? Ну, разве что её тихая, но зловещая соседка — болиголов. Он, кстати, не только отлично маскируется под «травку для души», но и с удовольствием вмешивается в наш вечерний ритуал, превращая уютный чай в финальный акт.
Так что, прежде чем заварить очередной «природный эликсир», давайте убедимся: мы лечимся от простуды, а не готовимся к вечному отдыху без снов.
Вот небольшая подборка зелёных убийц, которые уже давно обосновались у нас под балконом, в саду или даже в банке с «лекарственными травами» — потому что, судя по всему, кто-то в доме хотел добавить драмы в вечерний ромашковый чай.
Давайте будем бдительны. Природа не прощает ошибок.
И, скорее всего, не вызовет «скорую».
1. Вех ядовитый
Научное название: Cicuta virosa (вех ядовитый), Cicuta douglasii
Токсины: Цикутотоксин — полиацетиленовый яд, один из самых токсичных природных нейротоксинов.
Действие: Поражает центральную нервную систему, вызывая судороги, тошноту, рвоту, головокружение, нарушение координации, паралич дыхательных мышц. Смерть может наступить в течение 2–3 часов после приёма.
Особенности: Корень особенно ядовит и внешне напоминает корень петрушки или моркови. Часто путают при сборе дикорастущих растений. Даже небольшое количество сока может быть смертельно опасным.
2. Борец («волчий корень»)
Научное название: Aconitum napellus и другие виды рода Aconitum
Токсины: Аконитин и другие дитерпеноидные алкалоиды.
Действие: Блокирует натриевые каналы в нервных и мышечных клетках, вызывая онемение, жжение во рту, тошноту, аритмию, судороги, паралич дыхания и остановку сердца.
Особенности: Яд действует очень быстро — симптомы проявляются через 10–30 минут. Используется в традиционной медицине в строго контролируемых дозах, но смертельная доза может составлять менее 2 граммов сырого корня.
3. Болиголов пятнистый
Научное название: Conium maculatum
Токсины: Кониин — алкалоид, блокирующий нервно-мышечную передачу.
Действие: Вызывает мышечную слабость, паралич, начинающийся с ног, постепенно распространяющийся на дыхательные мышцы. Летальный исход наступает от удушья.
Особенности: Исторически использовался для казни Сократа. Имеет резкий, мышиный запах. Часто путают с укропом или петрушкой, особенно в молодом возрасте.
4. Дурман (Бругмансия)
Научное название: Brugmansia spp. (ангельские трубы), Datura spp. (настоящий дурман)
Токсины: Атропин, скополамин, гиосциамин — тропановые алкалоиды.
Действие: Антихолинергическое действие — сухость во рту, расширение зрачков (мидриаз), тахикардия, галлюцинации, психоз, судороги, кома, остановка дыхания.
Особенности: Случайное употребление цветков, листьев или семян (например, в «травяных чаях») приводит к тяжёлому отравлению. Категорически не рекомендуется к употреблению в любом виде.
@Записки Сун Цы
1👍25❤6👏3
5. Олеандр (оливковый лавр)
Научное название: Nerium oleander
Токсины: Олеандрин, нериин, дигитоксин-подобные сердечные гликозиды.
Действие: Нарушает электролитный баланс в сердечной мышце, вызывая аритмию, брадикардию, тошноту, рвоту, диарею, судороги и остановку сердца.
Особенности: Все части растения крайне ядовиты, включая дым от сжигания ветвей. Даже пчёлы, собирающие нектар, могут производить токсичный мёд.
6. Тис ягодный (европейский тис)
Научное название: Taxus baccata
Токсины: Таксин B (основной токсин), другие алкалоиды таксана.
Действие: Блокирует митотическое деление клеток, вызывает головокружение, рвоту, судороги, нарушение ритма сердца и остановку сердца.
Особенности: Красная сочная арилла вокруг семян не ядовита, но семя внутри — смертельно опасно. Хвоя, кора и корни также токсичны. Широко используется в ландшафтном дизайне, что повышает риск случайного контакта.
7. Клещевина
Научное название: Ricinus communis
Токсины: Рицин — рибосомный ингибитор, один из самых токсичных белков природного происхождения.
Действие: Разрушает рибосомы, останавливает синтез белка, вызывает некроз печени, почечную недостаточность, внутренние кровотечения, шок.
Смертельная доза: 1–10 мг при пероральном приёме (в зависимости от массы тела). При ингаляции (аэрозоль) — ещё опаснее. Одно разжёванное семя может убить ребёнка.
8. Чёточник молитвенный (абрина)
Научное название: Abrus precatorius
Токсины: Абрин — белковый токсин, схожий с рицином, но в 75 раз токсичнее.
Действие: Ингибирует синтез белка, вызывает рвоту, диарею с кровью, печеночную и почечную недостаточность, внутренние кровотечения, смерть.
Особенности: Семена ярко-красные с чёрной точкой, часто используются в бижутерии. Опасны при повреждении оболочки (разжёвывание, царапины). Даже одно повреждённое семя может быть смертельным.
@Записки Сун Цы
Научное название: Nerium oleander
Токсины: Олеандрин, нериин, дигитоксин-подобные сердечные гликозиды.
Действие: Нарушает электролитный баланс в сердечной мышце, вызывая аритмию, брадикардию, тошноту, рвоту, диарею, судороги и остановку сердца.
Особенности: Все части растения крайне ядовиты, включая дым от сжигания ветвей. Даже пчёлы, собирающие нектар, могут производить токсичный мёд.
6. Тис ягодный (европейский тис)
Научное название: Taxus baccata
Токсины: Таксин B (основной токсин), другие алкалоиды таксана.
Действие: Блокирует митотическое деление клеток, вызывает головокружение, рвоту, судороги, нарушение ритма сердца и остановку сердца.
Особенности: Красная сочная арилла вокруг семян не ядовита, но семя внутри — смертельно опасно. Хвоя, кора и корни также токсичны. Широко используется в ландшафтном дизайне, что повышает риск случайного контакта.
7. Клещевина
Научное название: Ricinus communis
Токсины: Рицин — рибосомный ингибитор, один из самых токсичных белков природного происхождения.
Действие: Разрушает рибосомы, останавливает синтез белка, вызывает некроз печени, почечную недостаточность, внутренние кровотечения, шок.
Смертельная доза: 1–10 мг при пероральном приёме (в зависимости от массы тела). При ингаляции (аэрозоль) — ещё опаснее. Одно разжёванное семя может убить ребёнка.
8. Чёточник молитвенный (абрина)
Научное название: Abrus precatorius
Токсины: Абрин — белковый токсин, схожий с рицином, но в 75 раз токсичнее.
Действие: Ингибирует синтез белка, вызывает рвоту, диарею с кровью, печеночную и почечную недостаточность, внутренние кровотечения, смерть.
Особенности: Семена ярко-красные с чёрной точкой, часто используются в бижутерии. Опасны при повреждении оболочки (разжёвывание, царапины). Даже одно повреждённое семя может быть смертельным.
@Записки Сун Цы
1👍24🔥7👏2
9. Ландыш майский
Научное название: Convallaria majalis
Токсины: Конваллятоксин — сердечный гликозид, схожий с дигиталисом.
Действие: Усиливает сократимость сердца, но при передозировке вызывает аритмию, брадикардию, тошноту, рвоту, головокружение, потерю сознания и смерть.
Особенности: Все части растения ядовиты, особенно цветки и ягоды. Используется в гомеопатии и кардиологии, но только в строго контролируемых дозах.
10. Живокость (дельфиниум, шпорник)
Научное название: Delphinium spp.
Токсины: Дельфемин, кондельфинин и другие алкалоиды, схожие по действию с аконитином.
Действие: Раздражение слизистых оболочек, тошнота, рвота, головокружение, онемение языка и губ, мышечные судороги, паралич дыхания.
Особенности: Все части растения ядовиты, особенно молодые побеги и семена. Часто выращивается в садах, может быть ошибочно принят за съедобное растение (например, за шпинат).
11. Вороний глаз четырёхлистный (Парижская трава)
Научное название: Paris quadrifolia
Токсины: Паридин, сапонины, стероидные гликозиды.
Действие: Раздражение желудочно-кишечного тракта, рвота, диарея, головокружение, судороги, угнетение дыхания. При тяжёлом отравлении — кома и смерть.
Особенности: Ягоды напоминают голубику, но крайне ядовиты. Название «вороний глаз» связано с внешним видом чёрных ягод на зелёной ножке. Растение встречается в тенистых лесах.
12. Цербера одолламская (огненное дерево)
Научное название: Cerbera odollam
Токсины: Церберин — сердечный гликозид, аналогичный олеандрину и дигиталису.
Действие: Блокирует натрий-калиевый насос в клетках, вызывает аритмию, тошноту, рвоту, судороги, остановку сердца.
Особенности: Все части растения сильно ядовиты, особенно семена. Даже дым от сжигания древесины может вызвать тяжёлое отравление.
@Записки Сун Цы
Научное название: Convallaria majalis
Токсины: Конваллятоксин — сердечный гликозид, схожий с дигиталисом.
Действие: Усиливает сократимость сердца, но при передозировке вызывает аритмию, брадикардию, тошноту, рвоту, головокружение, потерю сознания и смерть.
Особенности: Все части растения ядовиты, особенно цветки и ягоды. Используется в гомеопатии и кардиологии, но только в строго контролируемых дозах.
10. Живокость (дельфиниум, шпорник)
Научное название: Delphinium spp.
Токсины: Дельфемин, кондельфинин и другие алкалоиды, схожие по действию с аконитином.
Действие: Раздражение слизистых оболочек, тошнота, рвота, головокружение, онемение языка и губ, мышечные судороги, паралич дыхания.
Особенности: Все части растения ядовиты, особенно молодые побеги и семена. Часто выращивается в садах, может быть ошибочно принят за съедобное растение (например, за шпинат).
11. Вороний глаз четырёхлистный (Парижская трава)
Научное название: Paris quadrifolia
Токсины: Паридин, сапонины, стероидные гликозиды.
Действие: Раздражение желудочно-кишечного тракта, рвота, диарея, головокружение, судороги, угнетение дыхания. При тяжёлом отравлении — кома и смерть.
Особенности: Ягоды напоминают голубику, но крайне ядовиты. Название «вороний глаз» связано с внешним видом чёрных ягод на зелёной ножке. Растение встречается в тенистых лесах.
12. Цербера одолламская (огненное дерево)
Научное название: Cerbera odollam
Токсины: Церберин — сердечный гликозид, аналогичный олеандрину и дигиталису.
Действие: Блокирует натрий-калиевый насос в клетках, вызывает аритмию, тошноту, рвоту, судороги, остановку сердца.
Особенности: Все части растения сильно ядовиты, особенно семена. Даже дым от сжигания древесины может вызвать тяжёлое отравление.
@Записки Сун Цы
1👍26🔥6❤4👏2
Последний штрих пандемии: как ставят диагноз, когда вируса уже нет
Коронавирусная инфекция уже ушла в прошлое — пандемия завершена, но её последствия ощущаются до сих пор: многие сталкиваются с хроническими заболеваниями, развитие или обострение которых началось во время перенесённого COVID-19 или вскоре после него. Несмотря на это, в судебно-медицинской практике поток дел, связанных с коронавирусом и его последствиями, не уменьшается. По-прежнему высок уровень назначений экспертиз как в рамках уголовного, так и гражданского судопроизводства. Выжившие пациенты, а также родственники погибших продолжают предъявлять претензии к медицинским учреждениям: их обвиняют в некачественном лечении, бездействии, в том, что врачи «не спасли» или «неправильно лечили». Только в Москве к настоящему времени было зафиксировано 2,4 млн. заражений, а число летальных исходов составило 39 тыс.
Недавно один из читателей задал вопрос, касающийся посмертных вирусологических исследований. Вопрос касался конкретного утверждения, с которым приходится сталкиваться в экспертной практике. Ольга, этот ответ — специально для вас.
Фраза «Отрицательный результат посмертного вирусологического исследования не повлиял на заключительный патологоанатомический диагноз, так как COVID-19 был выявлен прижизненно» отражает общепринятую клиническую и патологоанатомическую практику, которая может быть обоснованной при определённых условиях. Диагноз COVID-19, установленный при жизни с использованием достоверных методов — ПЦР или серологические тесты (ИФА) в сочетании с характерной клинической картиной, — может сохраняться как причина смерти даже при отрицательных результатах посмертных вирусологических исследований. Существует несколько объяснений этому:
- К моменту смерти вирус уже полностью элиминирован из организма, особенно если инфицирование произошло за несколько недель или месяцев до летального исхода.
- Летальный исход вызван не самим вирусом, а его отдалёнными последствиями — тромбозами, фиброзом лёгких, миокардитом, другими осложнениями.
- После смерти биологические образцы быстро деградируют, что приводит к ложноотрицательным результатам при посмертном выявлении вирусной РНК. Поэтому посмертные вирусологические исследования либо не проводятся (нет оснований), либо их результаты не являются решающими (есть ограничения). Утверждение о сохранении диагноза при отрицательном посмертном тесте допустимо лишь при условии, что прижизненная диагностика была достоверной, а морфологическая картина, выявленная при вскрытии, соответствует типичным последствиям тяжёлого течения COVID-19.
Можно ли на 100% полагаться на ИФА-тесты?
(Предполагаю, что под «ИХА-тестами» имелся в виду ИФА — иммуноферментный анализ.)
ИФА определяет антитела к SARS-CoV-2 (IgM, IgG, IgA) в крови и относится к серологическим методам. Он показывает не наличие самого вируса, а иммунный ответ организма на инфекцию. На 100% полагаться на ИФА нельзя. Как и любой диагностический тест, он не обладает абсолютной чувствительностью и специфичностью. Положительный результат сам по себе не является достаточным основанием для постановки диагноза. Однако ИФА полезен для подтверждения перенесённой инфекции — особенно спустя 2–3 недели после заражения. Наибольшую ценность ИФА представляет в комплексе с другими данными: результатами ПЦР, клинической картиной, рентгенологическими или морфологическими признаками. Например, при вскрытии наличие характерных изменений в лёгких в сочетании с положительным ИФА и подтверждённым анамнезом заболевания позволяет считать диагноз COVID-19 обоснованным и клинически достоверным.
Вывод:
Отрицательный результат посмертного вирусологического исследования не опровергает диагноз COVID-19, если он был достоверно установлен при жизни и подтверждается патоморфологической картиной. ИФА-тесты не являются абсолютно надёжным инструментом диагностики, но при правильном использовании — в нужные сроки и в комплексе с другими данными — они служат важным вспомогательным элементом в установлении и подтверждении диагноза.
@Записки Сун Цы
Коронавирусная инфекция уже ушла в прошлое — пандемия завершена, но её последствия ощущаются до сих пор: многие сталкиваются с хроническими заболеваниями, развитие или обострение которых началось во время перенесённого COVID-19 или вскоре после него. Несмотря на это, в судебно-медицинской практике поток дел, связанных с коронавирусом и его последствиями, не уменьшается. По-прежнему высок уровень назначений экспертиз как в рамках уголовного, так и гражданского судопроизводства. Выжившие пациенты, а также родственники погибших продолжают предъявлять претензии к медицинским учреждениям: их обвиняют в некачественном лечении, бездействии, в том, что врачи «не спасли» или «неправильно лечили». Только в Москве к настоящему времени было зафиксировано 2,4 млн. заражений, а число летальных исходов составило 39 тыс.
Недавно один из читателей задал вопрос, касающийся посмертных вирусологических исследований. Вопрос касался конкретного утверждения, с которым приходится сталкиваться в экспертной практике. Ольга, этот ответ — специально для вас.
Фраза «Отрицательный результат посмертного вирусологического исследования не повлиял на заключительный патологоанатомический диагноз, так как COVID-19 был выявлен прижизненно» отражает общепринятую клиническую и патологоанатомическую практику, которая может быть обоснованной при определённых условиях. Диагноз COVID-19, установленный при жизни с использованием достоверных методов — ПЦР или серологические тесты (ИФА) в сочетании с характерной клинической картиной, — может сохраняться как причина смерти даже при отрицательных результатах посмертных вирусологических исследований. Существует несколько объяснений этому:
- К моменту смерти вирус уже полностью элиминирован из организма, особенно если инфицирование произошло за несколько недель или месяцев до летального исхода.
- Летальный исход вызван не самим вирусом, а его отдалёнными последствиями — тромбозами, фиброзом лёгких, миокардитом, другими осложнениями.
- После смерти биологические образцы быстро деградируют, что приводит к ложноотрицательным результатам при посмертном выявлении вирусной РНК. Поэтому посмертные вирусологические исследования либо не проводятся (нет оснований), либо их результаты не являются решающими (есть ограничения). Утверждение о сохранении диагноза при отрицательном посмертном тесте допустимо лишь при условии, что прижизненная диагностика была достоверной, а морфологическая картина, выявленная при вскрытии, соответствует типичным последствиям тяжёлого течения COVID-19.
Можно ли на 100% полагаться на ИФА-тесты?
(Предполагаю, что под «ИХА-тестами» имелся в виду ИФА — иммуноферментный анализ.)
ИФА определяет антитела к SARS-CoV-2 (IgM, IgG, IgA) в крови и относится к серологическим методам. Он показывает не наличие самого вируса, а иммунный ответ организма на инфекцию. На 100% полагаться на ИФА нельзя. Как и любой диагностический тест, он не обладает абсолютной чувствительностью и специфичностью. Положительный результат сам по себе не является достаточным основанием для постановки диагноза. Однако ИФА полезен для подтверждения перенесённой инфекции — особенно спустя 2–3 недели после заражения. Наибольшую ценность ИФА представляет в комплексе с другими данными: результатами ПЦР, клинической картиной, рентгенологическими или морфологическими признаками. Например, при вскрытии наличие характерных изменений в лёгких в сочетании с положительным ИФА и подтверждённым анамнезом заболевания позволяет считать диагноз COVID-19 обоснованным и клинически достоверным.
Вывод:
Отрицательный результат посмертного вирусологического исследования не опровергает диагноз COVID-19, если он был достоверно установлен при жизни и подтверждается патоморфологической картиной. ИФА-тесты не являются абсолютно надёжным инструментом диагностики, но при правильном использовании — в нужные сроки и в комплексе с другими данными — они служат важным вспомогательным элементом в установлении и подтверждении диагноза.
@Записки Сун Цы
1👍18👏7🔥6
Судмедэксперты без границ: почему весь мир едет к ним
Стоя тут на Раскатах по самые бубенчики в воде, наткнулся на блог одной россиянки, которая очень хотела стать патологоанатом и судмедэкспертом — и зачитался. Так увлёкся, что даже совершил тактический манёвр под прикрытием спиннинга — вышел на контакт. Буду общаться и много чего интересного узнавать. Ведёт она его очень живо и подробно: как сдавать экзамены на подтверждение диплома, как выживать в резидентуре, и как, наконец, стать судебным медиком в США. Читаешь — и будто сам проходишь этот путь: от ужаса перед USMLE до торжества при получении первого сертификата и лицензии.
В итоге выяснилось, что её путь от российского диплома до робы в морге Чикаго занял целых девять лет — четыре на подготовку и экзамены, пять на резидентуру и феллоушип. Девять лет! При этом у нас в России стать судебным медиком можно за два года ординатуры в кругу друзей и родных, практически не выходя из дома — и вот ты уже квалифицированный специалист, с правом подписи и без необходимости доказывать, что ты вообще умеешь держать скальпель.
Но вот что поразило ещё больше: в США сейчас острый дефицит судмедэкспертов и судебных патологов. Они не просто ищут — они всех зовут со всего мира, в резидентуры и феллоушипы. И россияне едут — с чемоданами, надеждами и мечтой о стабильной зарплате и нормальных условиях работы в городах заваленных криминальными трупами, где доставку еды можно заказывать только днём, а по улицам передвигаться перебежками.
А вот обратного потока почему-то нет. Ни одного иностранца с мечтой стать судмедэкспертом в российской ординатуре я пока не встречал. Не то чтобы к нам стучались в дверь с криком: «Я хочу вскрывать по-русски!».
Так в чём дело? Может, мы просто не рекламируем свои программы?
Или у нас ординатуры — как закрытые клубы, где вход только по знакомству и с благословения анатома-патологоанатома?
@Записки Сун Цы
Стоя тут на Раскатах по самые бубенчики в воде, наткнулся на блог одной россиянки, которая очень хотела стать патологоанатом и судмедэкспертом — и зачитался. Так увлёкся, что даже совершил тактический манёвр под прикрытием спиннинга — вышел на контакт. Буду общаться и много чего интересного узнавать. Ведёт она его очень живо и подробно: как сдавать экзамены на подтверждение диплома, как выживать в резидентуре, и как, наконец, стать судебным медиком в США. Читаешь — и будто сам проходишь этот путь: от ужаса перед USMLE до торжества при получении первого сертификата и лицензии.
В итоге выяснилось, что её путь от российского диплома до робы в морге Чикаго занял целых девять лет — четыре на подготовку и экзамены, пять на резидентуру и феллоушип. Девять лет! При этом у нас в России стать судебным медиком можно за два года ординатуры в кругу друзей и родных, практически не выходя из дома — и вот ты уже квалифицированный специалист, с правом подписи и без необходимости доказывать, что ты вообще умеешь держать скальпель.
Но вот что поразило ещё больше: в США сейчас острый дефицит судмедэкспертов и судебных патологов. Они не просто ищут — они всех зовут со всего мира, в резидентуры и феллоушипы. И россияне едут — с чемоданами, надеждами и мечтой о стабильной зарплате и нормальных условиях работы в городах заваленных криминальными трупами, где доставку еды можно заказывать только днём, а по улицам передвигаться перебежками.
А вот обратного потока почему-то нет. Ни одного иностранца с мечтой стать судмедэкспертом в российской ординатуре я пока не встречал. Не то чтобы к нам стучались в дверь с криком: «Я хочу вскрывать по-русски!».
Так в чём дело? Может, мы просто не рекламируем свои программы?
Или у нас ординатуры — как закрытые клубы, где вход только по знакомству и с благословения анатома-патологоанатома?
@Записки Сун Цы
🔥18❤7👍4🤔3
Ух, провёл мощную цифровую генеральную уборку: вычистил всех, у кого не указан русский язык, кто не заходил в Телеграм больше месяца — и, конечно, тех, чьи никнеймы звучат убого. Всего 2103.
Жаль, что пока нет фильтра: «только христиане, агностики и обязательно с детьми» — мечты, мечты…
Если кого-то из друзей канала случайно вынесло — прости.
Аминь. Но подписывайтесь обратно — грех ведь можно простить.
Жаль, что пока нет фильтра: «только христиане, агностики и обязательно с детьми» — мечты, мечты…
Если кого-то из друзей канала случайно вынесло — прости.
Аминь. Но подписывайтесь обратно — грех ведь можно простить.
👍21🤣17👏4😐1💊1
Наконец-то потрясающая новость — Президент России Владимир Путин, услышав от губернатора Нижегородской области Глеба Никитина идею разрешить регионам запрещать вейпы, не просто кивнул — он буквально вдохнул эту инициативу и выдохнул согласие.
«Считайте, что я уже согласился. Хорошее предложение», — сказал Путин.
А пока можно повторить про вред и наше судебно-медицинское исследование.
@Записки Сун Цы
«Считайте, что я уже согласился. Хорошее предложение», — сказал Путин.
А пока можно повторить про вред и наше судебно-медицинское исследование.
@Записки Сун Цы
Telegram
Записки Сун Цы | Судебная медицина | Судебно-медицинская экспертиза | Жизнь
©️Воздух, от которого тает душа©️
Вчера листал телеграмм-каналы и наткнулся на пост: студенты на научном кружке по гигиене разбирали проблему электронных сигарет. Молодцы, ребята — тема не только актуальная, но и перспективная. Уверен, она скоро перекочует…
Вчера листал телеграмм-каналы и наткнулся на пост: студенты на научном кружке по гигиене разбирали проблему электронных сигарет. Молодцы, ребята — тема не только актуальная, но и перспективная. Уверен, она скоро перекочует…
👍12❤2👏1
Russian Forceps: Standard Issue
Кто бы мог подумать, что самый распространённый в судебно-медицинской практике пинцет — тот самый, который наши российские танатологи не выпускают из рук часами — у нас скромно называется... Пинцет зубчато-лапчатый 150 мм П-83. Наискучнейшее название, не находите?
А вот на Западе — в США и во всём «загнивающем» мире — его знают как Russian forceps — русский пинцет. Как будто бы каждый раз, когда американский патолог берёт его в руку, он чувствует запах водки, перестройки и КГБ.
А ведь это, по сути, тот же самый железный крючок, которым веками вытаскивали кишки из трупов, аккуратно насаживали их на браншу ножниц, раздвигали органы с такой же невозмутимой точностью, с какой русские люди, поколение за поколением, строят свою величественную историю.
Так кто на самом деле изобрёл этот пинцет? Не важно. Важнее другое: этот пинцет стал символом. Не просто хирургического инструмента, а странной игры имён и ассоциаций, в которой Россия вечно присутствует — даже когда молчит, когда её никто не вспоминает.
Кто бы мог подумать…
А какие ещё медицинские инструменты за рубежом носят «русские» имена?
Жду, что скоро скальпель назовут Siberian Kiss, а шприц — Sputnik Express!
Делитесь в комментариях примерами креативных и атмосферных названий для медицинских инструментов в «русском стиле».
@Записки Сун Цы
Кто бы мог подумать, что самый распространённый в судебно-медицинской практике пинцет — тот самый, который наши российские танатологи не выпускают из рук часами — у нас скромно называется... Пинцет зубчато-лапчатый 150 мм П-83. Наискучнейшее название, не находите?
А вот на Западе — в США и во всём «загнивающем» мире — его знают как Russian forceps — русский пинцет. Как будто бы каждый раз, когда американский патолог берёт его в руку, он чувствует запах водки, перестройки и КГБ.
А ведь это, по сути, тот же самый железный крючок, которым веками вытаскивали кишки из трупов, аккуратно насаживали их на браншу ножниц, раздвигали органы с такой же невозмутимой точностью, с какой русские люди, поколение за поколением, строят свою величественную историю.
Так кто на самом деле изобрёл этот пинцет? Не важно. Важнее другое: этот пинцет стал символом. Не просто хирургического инструмента, а странной игры имён и ассоциаций, в которой Россия вечно присутствует — даже когда молчит, когда её никто не вспоминает.
Кто бы мог подумать…
А какие ещё медицинские инструменты за рубежом носят «русские» имена?
Жду, что скоро скальпель назовут Siberian Kiss, а шприц — Sputnik Express!
Делитесь в комментариях примерами креативных и атмосферных названий для медицинских инструментов в «русском стиле».
@Записки Сун Цы
🔥21👍6👏2😁2🙈2