Если надо спасти кукушку и вы любите сюжетные нетривиальные игры — советую Undertale.
Не спойлерите себе сюжет! И вообще ничего не спойлерите. Только проходите игру без единого убийства — вообще. И я вам гарантирую море нежности, парадоксального юмора и пронимающую до глубины души историю. Игру сделали всего два человека, и удивительно, что сценаристка мужского пола, потому что мужчины так не чувствуют мир. Но — вот оно, лекарство для кукухи, которое работает и которое горячо советую.

Мне кажется, я могу уже выступать в жанре стендап на тему «интеллектуальная гонка вооружений на работе». Придумываешь защиту от дурака — её обходят. Ты делаешь апгрейд, его ломают с особой изощрённостью — так, что ты тратишь часы, чтобы разобраться, как это было сделано, а потом придумываешь, как это исправить и профилактировать. И каждый, каждый новый уровень твоей защиты взламывают всё с большей изобретательностью, будто защита — это вызов для коллег, будто нельзя просто так взять и войти в таблицы, внести информацию куда можно и забрать откуда нужно. Ты пишешь предупреждения и инструкции, ты прячешь хрупкое подальше и скрываешь вообще всё, что не должно никем трогаться — находят способ грохнуть, кто б сомневалась. Да под самые праздники, чтобы веселее жопа горела. А уж про говнистость и самопереоценённость мужиков я могу не два и не три стендапа бахнуть — вот где кладезь разрушительной силы!

Вспомнила, как общалась с братом на тему привилегий и женских прав, кстати.
Он говорит: ну вот когда женщины отвоёвывают себе права, они отбирают права у мужчин.
Я спрашиваю, каким образом, Карл? Освобождение из рабства — это, типа, отъём права рабовладельца на распоряжение чужой жизнью, сирисли?
И брат на серьёзных щах: вообще-то, да.
#мужчины_говорят

В связи с написанным мне очень откликается это стихотворение.

***
Будучи ни разу преподобной,
Совесть умерла и не воскресла.
Если б я хотела быть удобной,
Я бы родилась у мамы креслом.
⠀
Я была бы мягкой и бездушной.
Я бы принимала форму тела.
Если б я хотела быть послушной,
Я бы очень быстро расхотела.
⠀
Не взрастить в себе святые мощи.
Не скребут по небу небоскрёбы.
Если б я хотела быть попроще,
Я была бы дочерью амёбы.
⠀
Не смотри так пристально, прохожий.
Каждый глаз не зря снабдили веком.
Если б я хотела быть хорошей,
Я не родилась бы человеком.

Златенция Золотова

Я ебанутая. Первым делом подумала про поэта 🥲
Типа, у меня так Блок умер (кто в курсе древнего мема про Гуфа, поймут).

Много думала над тем моим постом про волонтёрку Нину, где мне пояснили, что помогать животным — антифеминистично, ибо пока страдают женщины, нам не до животных.

И вот я поняла, это ж один в один то, что слышат женщины: пока у нас дети в Африке голодают, пока у нас угроза всемирной засухи/потопа, пока у нас расизм — пока вот это всё, нам не до проблем женщин.

Никогда не до проблем женщин.

Никогда не до проблем животных.

Не понимаю, в какой момент зародилась очередная ложная дихотомия: ты либо феминистка, либо защитница животных — но мне надоели эти всратые дихотомии. В целом надоели эти бесконечные выписывания из феминисток и вообще женщин по надуманным поводам.

Надоело, что наши люди постоянно ищут поводы посраться, а не поддержать друг друга и объединиться.

Кстати (да, стикер с василиском разархивировал что-то в моей черепушке).
Если ты женщина и скажешь, что обожаешь игры серии Dark Souls, то с вероятностью 99% получишь ровно одну из двух реакций:
1. Азаза, любишь, когда тебя жёстко ебут, да?
2. Пффф, да ты сто проц не прошла судью, ты ж деффачка, ты просто летсплеев насмотрелась!
И абсолютно неважно, что на первом боссе (как раз судье) игру бросают именно нежные мущщинки, ведь они не привыкли к пробиванию бетонных стен тактикой десятков и сотен рутинных штурмов — особенно на самом старте. Они не привыкли быть настолько слабее врага, что он кажется непобедимым. Их настолько дизморалит дисбаланс сил не в их пользу, что они ломают джойстики и клавиатуры в порыве тестерики. То есть, это обыкновенная мужская проекция.
Первый пункт тоже проекция, разумеется, это уже классика.

Как же это странно, что я в радфем проживаю женский патриархальный опыт. Буквально со мной делают то же самое, что делали мужчины.

И не со мной одной.

Не укладывается в голове. Как можно увидеть системность — и тут же воспроизводить её против неприятных женщин...

Пока не знаю подробностей, ищу способ узнать ситуацию или связаться с Яной, авторкой канала Я буду ныть, пoка мир не изменится. На первый взгляд – взлом и уничтожение. Если кто-нибудь в курсе, напишите, пожалуйста, я открою сообщения каналу.
В Неудобных писать ничего не буду, пока хоть что-нибудь не прояснится.

Лена попробовала связаться, пока безрезультатно: личный аккаунт Яны переименован, на сообщения не отвечает.
Мне скинули другой её аккаунт (спасибо!), попробую связаться через него.

Всё, связалась с Яной, с ней всё хорошо!

Шок-контент.
В сегодня лет узнала, что белая акация и жёлтая акация вовсе не родственницы (этот вопрос терзал меня с юности, но любопытства не хватало полезть и изучить вопрос).
Но что ещё интереснее... Они обе — не акации.
Белая акация на самом деле робиния ложноакациевая.
А жёлтая акация на самом деле карагана.
Всё, теперь живём с этим.

Я не столько в ужасе оттого, сколько ненависти к неприятным женщинам питают Ксения, Наталья и прочие их подруги — сколько счастлива, что я в их глазах теперь та самая неприятная женщина, против которой они вполне официально дружат. Потому что пока я была для них классной и умной, они ломали меня и моё мышление под их миропонимание, и я бы посейчас хавала их манипуляции, как те, что пущены против моей позиции в последнем приступе хейта (он ещё идёт), их мизогинию в упор бы не замечала да и мыслила бы как они — двойными стандартами. В отличие от Нади я бы, скорее всего, не поддерживала издевательства над бывшей подругой, но могла бы, как Ира, публично молчать, втайне поддерживать и надеяться, что групповая травля однажды сама пройдёт.

Я вижу, сколько умных женщин перешли в режим ридонли, а если и высказываются — делают это тайно, исключительно в лс и микрочатах. Я их понимаю, вопросы не к ним, а к тем, кто создаёт невыносимые условия для женщин под видом феминизма. К тем, кто настолько яростно атакует женщин, что вынуждает их молчать. И если бы это делали мужчины, ни у кого в фемкругу не возникло бы мысли защищать агрессоров. Но вот место мужчин заняли не просто женщины, а те, кто называет себя радикальными феминистками, кто присвоили себе звание единственно верных радикальных феминисток и борются с инакомыслием (притом таща в радфем патриархальное дерьмо, типа психофобии, и называя каждый пост о коробке передач в автомобиле системным фемпостом для роста самосознания).

Наше маленькое радфем-соо парализовал страх. Нельзя критиковать королев, даже если королевы систематически уничтожают «неправильных феминисток». Возможно, кто-то мыслит это как меньшее из зол, кто-то просто отстраняется, а кому-то по кайфу присоединиться к уничтожению неприятных женщин.

Я не знаю, что с этим делать.

Я не хочу снова бороться за своё право говорить без страха издевательств, передёргивания, освистывания, глумления. С другой стороны, если я замолчу, будет плохо не только мне. И я не хочу говорить об этих пожирательницах женщин, я хочу рассуждать о феминизме и встраивать его в нынешнюю действительность. Но одновременно с тем я прекрасно помню, что делает стая, когда жертва идёт своим путём и игнорирует стаю — я прошла через буллинг.

Вчера обсуждали с дочерью опыт школьного обучения, и я попыталась вспомнить, а были ли в моей жизни моменты, когда меня хвалили — не обязательно искренне, даже чисто из желания поддержать интерес, отметить старания и подчеркнуть успехи, которые, безусловно, были.
Но нет — причём не просто не хвалили, а всегда срали. Всегда выбирали именно ошибки и промахи и раздували их до размеров, когда весь остальной успех, даже если он составлял девять из десяти, попросту мерк и обесценивался. Орали, рвали и шавряли тетрадки (бумаге стыдно за тебя!), отправляли работать «дворником» или «проституткой» (феминитивы, как известно, иногда очень даже нужны).

По сути ничего не изменилось в институте. А потом на работе. И, конечно, в интернете. Не было такого места, где бы можно было поделиться своими стихами и не нарваться на насмешки, карикатуры и прочие унижения. Никому не интересно, насколько глубокую мысль ты выразила, насколько виртуозную форму выточила, какими откровениями поделилась — ведь всегда найдётся заусенец, который обязательно заметят и расковыряют. Потянут за краешек и отдерут, нахрен, лоскут кожи. Потом ещё. И ещё. И вот ты боишься показать следующее творение. А потом понимаешь, что не можешь писать вовсе, потому что критики поселились в твоей голове и уже растерзали твои нерождённые стихи. И ты перестаёшь творить.

А ещё ты окончательно теряешь ощущение безопасности. Если до этого ты не чувствовала безопасности физической, то теперь у тебя нет вообще никакой.

Мне на это говорили и говорят: интернет и не может быть безопасным — не подставляйся. Но то же самое мне твердят про реальное общество и рекомендуют надеть юбку подлиннее.

Мне говорили и говорят: в интернете тебе пишут буковки, они не могут тебе навредить. Но то же самое мне твердят про слова в реале — просто не обращай внимания. И ведь большинство оскорблений, сальных комплиментов и пр., действительно, не перетекает в физический контакт — то есть, это, действительно, просто слова, на которые достаточно просто не обращать внимания.

Всё так просто, оказывается.

У них всё просто, а ты просто себе надумала, просто преувеличила, просто накрутила себя. Нельзя обидеть, можно только обидеться.

Так что не обижайся. И вообще внимания не обращай.

Неправда, ето не я схарчила лилии! А ето не пыльца, ето... другое!