Гексайдер — Паша Gexider, диджей из Беларуси, бывший мастер брейккора, а ныне адепт загадочного стиля «хуй пойми finger work» (что-то очень быстрое и непонятное, как переборка педалей или ломание пальцев об сэмплер). Он невысокого роста, с вечным мешком под глазами, в футболке «Breakcore is not Dead, but I wish I was».
Входит Гексайдер в бар. Привычно протискивается к стойке.
Бармен, протирая стакан, скептически: «Паша, ты опоздал. Что на этот раз?»
Гексайдер (тяжело вздыхая, достает из кармана кусок сыра и ставит на стойку): «Да... во Франции был. Хотел там рейв устроить. Грандиозный. С брейккором, со всей этой грязью, чтобы уши кровоточили».
Бармен: «И как?»
Гексайдер (снова вздыхает, откусывает сыр): «Как... Арестовали. Там, оказывается, фрирейвы запрещены. Запрет на свободное самовыражение в виде ломаного ритма. Полиция ворвалась, кричит: "Се запред! У вас нет лицензии на громкое нечленораздельное звучание!"»
Бармен: «А где ж тогда свобода, а?»
Гексайдер (задумчиво вертит в руках сыр): «А свобода, оказывается, там, где разрешены только французские сыры. И, возможно, только французский брейккор, который никто не играет, потому что он слишком скучный для настоящих любителей боли».
Бармен: «И что теперь?»
Гексайдер (внезапно достает из кармана маленькую портативную драм-машину): «А теперь я играю *это*. Помнишь, я раньше брейккор играл? Теперь я играю finger work. Это как брейккор, но быстрее и без всякой надежды».
Начинает яростно стучать пальцами по пэдам, издавая звуки, напоминающие смесь сломанного принтера и раненого опоссума. Бар пустеет за секунды. Остается только бармен, который, вздохнув, наливает Паше еще водки.
—