Долина Сват: как выглядит одно из самых труднодоступных месторождений изумруда в мире.
Изумруды из Свата находили и в развалинах римских поселений, и в индийских сокровищницах. Однако из-за сложной судьбы региона в последние сотни лет месторождение было забыто, и переоткрыли его только в 1958 году.
Северо-восток Пакистана никогда не отличался стабильностью. Например, округ Сват долгое время был оплотом талибов. Прямо сейчас из-за очередного локального обострения иностранцам для посещения района требуется разрешение от правительства региона. На его получение у нас ушёл почти целый день, а в день поездки мы были удивлены, если не сказать шокированы, тем, что к разрешению прилагается вооружённая охрана (чтобы радикалы не взяли в заложники).
По легенде королева Елизавета во время визита в Пакистан в 1961 году назвала Сват "восточной Швейцарией" из-за зелёных лугов и заснеженных пиков. Мы же из-за времени и погоды до лугов не добрались, а приехали в крупнейший город района - Мингору (кстати, родина правозащитницы Малалы Юсуфзай). Первое, что мы услышали о городе от местных - многие дома здесь стоят дороже чем в столице, по 20-30 миллионов рублей. И секрет не в швейцарских видах, а в том, что фактически весь город стоит на месторождении изумрудов!
Изумруды из Свата находили и в развалинах римских поселений, и в индийских сокровищницах. Однако из-за сложной судьбы региона в последние сотни лет месторождение было забыто, и переоткрыли его только в 1958 году.
Северо-восток Пакистана никогда не отличался стабильностью. Например, округ Сват долгое время был оплотом талибов. Прямо сейчас из-за очередного локального обострения иностранцам для посещения района требуется разрешение от правительства региона. На его получение у нас ушёл почти целый день, а в день поездки мы были удивлены, если не сказать шокированы, тем, что к разрешению прилагается вооружённая охрана (чтобы радикалы не взяли в заложники).
По легенде королева Елизавета во время визита в Пакистан в 1961 году назвала Сват "восточной Швейцарией" из-за зелёных лугов и заснеженных пиков. Мы же из-за времени и погоды до лугов не добрались, а приехали в крупнейший город района - Мингору (кстати, родина правозащитницы Малалы Юсуфзай). Первое, что мы услышали о городе от местных - многие дома здесь стоят дороже чем в столице, по 20-30 миллионов рублей. И секрет не в швейцарских видах, а в том, что фактически весь город стоит на месторождении изумрудов!
Продолжаем увлекательные истории о долине Сват!
«Официальная» добыча ведётся чуть в стороне от центра города, гора изрыта шахтами как термитник. Изумруды здесь залегают в очень мягких породах, поэтому для добычи достаточно компрессора и отбойных молотков - метод если не дедовский, то очень близкий к нему. Внутри шахты только округлые отверстия и следы от отбойного молотка помогают понять что мы где-то в 20-21 веке а не в глубокой древности - ходы довольно низкие, техника безопасности отсутствует, чем не римская каменоломня?
В погоне за пронизывающей породу изумрудной жилой горняки вырабатывают большие ответвления от основного хода шахты - как горизонтальные (штреки), так и вертикальные. Часто у шахты несколько уровней, по нашим впечатлениям не всегда безопасно расположенных друг относительно друга (это если не говорить о том что разные шахты могут пересекаться!). Впечатления подтвердились статистикой - из-за обвалов тут иногда гибнут люди.
Прямо сейчас добыча не ведётся - лицензия, согласованная на 10 лет, закончилась, а новую пока не выдали. Как говорят местные чиновники, проблема в том что две большие группы желающих не могут договориться, кому же она достанется. Кстати, лицензия стоит порядка 200 миллионов рублей - не такая большая сумма по сравнению с добычей, тут только одна шахта из нескольких официальных даёт по 20-30 кг сырья в год.
Конечно, кроме официального района добычи (кстати, он находится рядом с кладбищем, и прямо под кладбищем тоже залегают изумруды, подземные выработки заходят прямо под современные захоронения) есть те самые баснословно дорогие дома. Купить такой дом - как лотерейный билет, 50-70 метров вниз (напомним, порода мягкая и в ней легко вести кустарную разработку) и либо наткнёшься на хорошие изумруды, либо нет. Кстати, такая же история с лицензией, разве что затраты и риски делятся на многих участников.
«Официальная» добыча ведётся чуть в стороне от центра города, гора изрыта шахтами как термитник. Изумруды здесь залегают в очень мягких породах, поэтому для добычи достаточно компрессора и отбойных молотков - метод если не дедовский, то очень близкий к нему. Внутри шахты только округлые отверстия и следы от отбойного молотка помогают понять что мы где-то в 20-21 веке а не в глубокой древности - ходы довольно низкие, техника безопасности отсутствует, чем не римская каменоломня?
В погоне за пронизывающей породу изумрудной жилой горняки вырабатывают большие ответвления от основного хода шахты - как горизонтальные (штреки), так и вертикальные. Часто у шахты несколько уровней, по нашим впечатлениям не всегда безопасно расположенных друг относительно друга (это если не говорить о том что разные шахты могут пересекаться!). Впечатления подтвердились статистикой - из-за обвалов тут иногда гибнут люди.
Прямо сейчас добыча не ведётся - лицензия, согласованная на 10 лет, закончилась, а новую пока не выдали. Как говорят местные чиновники, проблема в том что две большие группы желающих не могут договориться, кому же она достанется. Кстати, лицензия стоит порядка 200 миллионов рублей - не такая большая сумма по сравнению с добычей, тут только одна шахта из нескольких официальных даёт по 20-30 кг сырья в год.
Конечно, кроме официального района добычи (кстати, он находится рядом с кладбищем, и прямо под кладбищем тоже залегают изумруды, подземные выработки заходят прямо под современные захоронения) есть те самые баснословно дорогие дома. Купить такой дом - как лотерейный билет, 50-70 метров вниз (напомним, порода мягкая и в ней легко вести кустарную разработку) и либо наткнёшься на хорошие изумруды, либо нет. Кстати, такая же история с лицензией, разве что затраты и риски делятся на многих участников.
Изумруды из долины Сват не похожи на камни из других известных регионов - ни на Урал, ни на Колумбию, ни, тем более, на Замбию. На мировом рынке они пока не особо известны: почти всю добычу скупают китайцы, а небольшие яркие камни полюбились западным производителям дорогих часов (в том числе, Rolex) и украшений.
Самые яркие и чистые камни тут маленького размера - до 5 мм огранённого камня. Очень крупные - либо слишком тёмные, либо обладают плохой прозрачностью. Мы положили глаз на золотую середину - изумруды до 4 карат с живым vibrant цветом и гармоничным распределением включений.
Характерная минералогическая особенность - высокое содержание хрома. Примесь этого элемента даёт изумрудам тот самый ярко-зелёный цвет (в отличие от примесей железа - изумруды с преобладанием железа сероватые и менее яркие), и конкретно в случае камней из долины Сват позволяет небольшим камням сохранять яркость.
Хрома много и в колумбийских изумрудах, так что для точного определения месторождения важны ещё характерные газово-жидкие включения с шестиугольным контуром.
Самые яркие и чистые камни тут маленького размера - до 5 мм огранённого камня. Очень крупные - либо слишком тёмные, либо обладают плохой прозрачностью. Мы положили глаз на золотую середину - изумруды до 4 карат с живым vibrant цветом и гармоничным распределением включений.
Характерная минералогическая особенность - высокое содержание хрома. Примесь этого элемента даёт изумрудам тот самый ярко-зелёный цвет (в отличие от примесей железа - изумруды с преобладанием железа сероватые и менее яркие), и конкретно в случае камней из долины Сват позволяет небольшим камням сохранять яркость.
Хрома много и в колумбийских изумрудах, так что для точного определения месторождения важны ещё характерные газово-жидкие включения с шестиугольным контуром.
Шлём пламенный привет из Пешавара и поздравляем с наступающим Новым годом. Желаем каждому мира, счастья и благополучия, а ещё сил, чтобы двигаться к целям и исполнять мечты.
Через пару дней мы отправимся в Афганистан: в 2023 году Полудраг будет радовать ещё более захватывающими историями и красивыми драгоценными камнями.
Спасибо, что вы с нами.
Дмитрий и Ольга
Через пару дней мы отправимся в Афганистан: в 2023 году Полудраг будет радовать ещё более захватывающими историями и красивыми драгоценными камнями.
Спасибо, что вы с нами.
Дмитрий и Ольга
Media is too big
VIEW IN TELEGRAM
Традиционный процесс огранки драгоценных камней в Пакистане требует минимум инструмента. Кроме станка с диском, на котором камень шлифуется, используется единственное простейшее приспособление для задания угла граней — «ангура» — изогнутая металлическая пластина с зажимом для «ханди» (так на пушту называется кич, куда клеится камень).
Мастерство огранщика позволяет даже на таком оборудовании получить довольно аккуратные камни. Профессия эта уважаемая, техника передается от поколения к поколению без каких-либо новшеств. Мальчики могут начать обучение у наставников примерно в 10 лет, и уже через год-два усердной практики выдают результат приемлемого коммерческого качества.
Почему технология столетней давности сохраняется и пакистанцы не переходят на современное ограночное оборудование?
Дело тут и в традициях (ручная огранка, по мнению местных, отличается от высокоточной — как ковёр ручной работы от фабричного), и в стремлении сохранить ремесло и передать следующим поколениям, и в подходе к сырью. Здесь из него стараются получить максимальный вес (отсюда камни с высотой, превышающей ширину, а то и длину), а подстраиваться к форме сырья при неточной огранке проще. К тому же идеальная огранка занимает гораздо больше времени, а желающих его оплачивать пока мало.
Видео со звуком.
Мастерство огранщика позволяет даже на таком оборудовании получить довольно аккуратные камни. Профессия эта уважаемая, техника передается от поколения к поколению без каких-либо новшеств. Мальчики могут начать обучение у наставников примерно в 10 лет, и уже через год-два усердной практики выдают результат приемлемого коммерческого качества.
Почему технология столетней давности сохраняется и пакистанцы не переходят на современное ограночное оборудование?
Дело тут и в традициях (ручная огранка, по мнению местных, отличается от высокоточной — как ковёр ручной работы от фабричного), и в стремлении сохранить ремесло и передать следующим поколениям, и в подходе к сырью. Здесь из него стараются получить максимальный вес (отсюда камни с высотой, превышающей ширину, а то и длину), а подстраиваться к форме сырья при неточной огранке проще. К тому же идеальная огранка занимает гораздо больше времени, а желающих его оплачивать пока мало.
Видео со звуком.
Мы прилетели в Афганистан - это третья часть нашей новогодней геммологической и гемхантерской экспедиции. Аэропорт Кабула встретил белыми флагами талибов, которые пришли к власти полтора года назад, и усиленными мерами безопасности: накануне в той части аэропорта, которая относится к военным, произошел взрыв, погибли 10 человек, несколько были тяжело ранены. По дороге в гостиницу мы видели десятки блокпостов, пулеметы на автомобилях и людей с автоматами. У отеля тоже серьезная охрана, и больше он напоминает крепость, даже наши рюкзачки после сканера обнюхал местный Мухтар на предмет оружия и наркотиков. Все это непривычно для нашего восприятия, однако люди здесь в Кабуле дружелюбные, готовы прийти на помощь и хорошо объясняются на английском.
Начинается самая волнительная часть путешествия!
#полудраг_афганистан
Начинается самая волнительная часть путешествия!
#полудраг_афганистан