Вот не взял меня клуб канала «Ку-ку» смотреть на днях Музей декоративного искусства, а я тоже потом пошёл со своим клубом.
Боже, это всё ещё невыносимо с точки зрения потребительских стандартов: запахи, навигация, зонт мой поставить некуда... Но выставка «Во имя промысла» — очень хорошая. Там есть струганная деревянная фаллическая ракета с Гагариным внутри и ракета, шитая кружевами. Медведь, качающийся на палке с Луной. Скульптуры тувинцев, приготовляющих лапшу в восьмидесятых годах прошлого века. И ковёр с масонским треугольником и советской тяжёлой техникой. Наш народ богат, в основном, трудом, но еще немножечко и духом, этому вся выставка — доказательство.
Остаётся пара вопросов, которые надо будет прояснить для себя в дальнейшем. Например, какой характер имеют отношения музейщиков и коллекционеров? Декоративное искусство - это та область, где частный собиратель часто живее и точнее музейного. Как обстоят дела с выставками? Экспертной оценкой и каталогизацией частных коллекций? Наследованием знаний? Именно тут ВМДИ мог бы поучить федеральные художественные музеи.
Но вы сходите, посмотрите.
Боже, это всё ещё невыносимо с точки зрения потребительских стандартов: запахи, навигация, зонт мой поставить некуда... Но выставка «Во имя промысла» — очень хорошая. Там есть струганная деревянная фаллическая ракета с Гагариным внутри и ракета, шитая кружевами. Медведь, качающийся на палке с Луной. Скульптуры тувинцев, приготовляющих лапшу в восьмидесятых годах прошлого века. И ковёр с масонским треугольником и советской тяжёлой техникой. Наш народ богат, в основном, трудом, но еще немножечко и духом, этому вся выставка — доказательство.
Остаётся пара вопросов, которые надо будет прояснить для себя в дальнейшем. Например, какой характер имеют отношения музейщиков и коллекционеров? Декоративное искусство - это та область, где частный собиратель часто живее и точнее музейного. Как обстоят дела с выставками? Экспертной оценкой и каталогизацией частных коллекций? Наследованием знаний? Именно тут ВМДИ мог бы поучить федеральные художественные музеи.
Но вы сходите, посмотрите.
👍33❤8🔥6🥰1
Каждый раз, как приезжаю в Петербург, визиту сопутствуют пьянство (безотносительно цели визита), снижение моего рейтинга в «яндекс.такси» и тёплый приём в «Мойке, 22».
Вообще, конечно, одиноким пьющим людям полезно останавливаться именно в «Мойке». Дело в том, что это — самый интеллигентный и семейный отель Санкт-Петербурга из приличных. Вываливаясь утром к завтраку ты испытываешь невероятное чувство стыда: вокруг тебя сидят счастливые люди, которые уж всяко сейчас не мечтают о пиве. А думают они о том, что им пара шагов до «Эрмитажа», «Литературного кафе» или хотя бы до «Подписных изданий». А если ты сбегаешь в чайную комнату, то там совсем тебе стыдно становится. Но спокойно. Вместе с чаем по телу растекается такое тихое и всепонимающее тепло, как будто ты проснулся в семейном доме и тебе завтрак приготовили, пока ты спал. Ну, проснулся с бодуна, да, немного стыдно. Но духом ты как бы очищаешься, становишься лучше.
Этими соображениями я поделился с Игорем, очень знаменитым швейцаром «Мойки», пока ждал такси. Игорь — золотой человек. Как-то раз я пытался поблагодарить его за помощь с чемоданом и получил полное портмоне конфет. Буквально. Да, подумал я. А ты не барствуй, твоё дело — истории рассказывать, а не барствовать. Больше смирения, Вадим. Рождество скоро.
Почувствовал духовный рост, отменил такси и пошёл в «Свиное рыло» пешком.
Вообще, конечно, одиноким пьющим людям полезно останавливаться именно в «Мойке». Дело в том, что это — самый интеллигентный и семейный отель Санкт-Петербурга из приличных. Вываливаясь утром к завтраку ты испытываешь невероятное чувство стыда: вокруг тебя сидят счастливые люди, которые уж всяко сейчас не мечтают о пиве. А думают они о том, что им пара шагов до «Эрмитажа», «Литературного кафе» или хотя бы до «Подписных изданий». А если ты сбегаешь в чайную комнату, то там совсем тебе стыдно становится. Но спокойно. Вместе с чаем по телу растекается такое тихое и всепонимающее тепло, как будто ты проснулся в семейном доме и тебе завтрак приготовили, пока ты спал. Ну, проснулся с бодуна, да, немного стыдно. Но духом ты как бы очищаешься, становишься лучше.
Этими соображениями я поделился с Игорем, очень знаменитым швейцаром «Мойки», пока ждал такси. Игорь — золотой человек. Как-то раз я пытался поблагодарить его за помощь с чемоданом и получил полное портмоне конфет. Буквально. Да, подумал я. А ты не барствуй, твоё дело — истории рассказывать, а не барствовать. Больше смирения, Вадим. Рождество скоро.
Почувствовал духовный рост, отменил такси и пошёл в «Свиное рыло» пешком.
👍55🔥26❤17😁10❤🔥3🤯2
На картинке вы можете видеть редактора, читающего в первом номере журнала «Москвичка» своё собственное интервью с директором ГМИИ им. Пушкина Елизаветой Лихачёвой.
Дарина, ты — чудо, а не главред. И номер вышел чудесный.
P.S.
Сверху торчат не редакторовы уши, а уши нарисованного пса Хазара.
Дарина, ты — чудо, а не главред. И номер вышел чудесный.
P.S.
Сверху торчат не редакторовы уши, а уши нарисованного пса Хазара.
👍32❤8😁4🗿4🔥3🤮1
Коллеги из аукционного дома «12 стул» через час продолжат распродавать библиотеку Ильи Зильберштейна. Ну, я даже уже участвовать, видимо, не буду. Оттуда продолжают сыпаться разные библиографические разности, но я устал проигрывать в этих битвах.
Что понравилось в этот раз? «Краткий исторический очерк правительственных мер и предначертаний против студенческих беспорядков» (1890) Георгиевского. Можно кому угодно из политического прошлого такое подарить. Первое и единственное издание «Гильгамеша» (1919) в переводе Николая Гумилёва. Интересно, что введение к книге написал Владимир Шилейко, второй муж Анны Ахматовой. А Гумилёв, соответсвенно, был первый. Записка историка Лукомского самому Зильберштейну, что скоро будут распродавать библиотеку несчастного Дмитрия Пинеса, расстрелянного в 1937. Это к вопросу о моральных страданиях интеллигенции в то время, социалистических гиен. Литография «Кладбище» Рериха, с подписью. И автограф Луи Арагона. Это очень изящно, хотя я и терпеть не могу Арагона.
Конечно, искренне радуюсь тому, что много замечательных вещей оказываются на рынке, но всё-таки распродажа любой библиотеки — это немного грустно.
Что понравилось в этот раз? «Краткий исторический очерк правительственных мер и предначертаний против студенческих беспорядков» (1890) Георгиевского. Можно кому угодно из политического прошлого такое подарить. Первое и единственное издание «Гильгамеша» (1919) в переводе Николая Гумилёва. Интересно, что введение к книге написал Владимир Шилейко, второй муж Анны Ахматовой. А Гумилёв, соответсвенно, был первый. Записка историка Лукомского самому Зильберштейну, что скоро будут распродавать библиотеку несчастного Дмитрия Пинеса, расстрелянного в 1937. Это к вопросу о моральных страданиях интеллигенции в то время, социалистических гиен. Литография «Кладбище» Рериха, с подписью. И автограф Луи Арагона. Это очень изящно, хотя я и терпеть не могу Арагона.
Конечно, искренне радуюсь тому, что много замечательных вещей оказываются на рынке, но всё-таки распродажа любой библиотеки — это немного грустно.
👍27😢9❤5🔥1
Это редактор, который уже скоро расскажет вам про «Испанскую коллекцию», открывшуюся вчера в ГМИИ им. Пушкина.
👍20❤8😁4
Forwarded from Журнал «Москвичка»
Есть такие люди, даже короткий разговор с которыми наводит в твоей голове порядок.
И когда директор ГМИИ им. Пушкина Елизавета Лихачёва пришла в гости к редакции, то сразу стало ясно, что без неё первого номера «Москвички» быть не может. Потому, что порядка в нём не будет.
А чтобы узнать, как Елизавета Станиславна наводит порядок в своём музее, читайте её интервью на 96 странице, которое брал Вадим Ветерков. Фото Анастасия Градских.
И когда директор ГМИИ им. Пушкина Елизавета Лихачёва пришла в гости к редакции, то сразу стало ясно, что без неё первого номера «Москвички» быть не может. Потому, что порядка в нём не будет.
А чтобы узнать, как Елизавета Станиславна наводит порядок в своём музее, читайте её интервью на 96 странице, которое брал Вадим Ветерков. Фото Анастасия Градских.
👍42❤11🤔2🤮1