И вдогонку к предыдущему посту: тот же портал Stepstone делает разбивку и по отдельным профессиям внутри отрасли. Например, вот это разбивка для отрасли здравоохранения. Я выбрал наиболее выразительные примеры и перевёл их быстренько на русский, полная таблица по-немецки здесь.

Меню в столовой заказчика на сегодня. Коммунизм для нескольких десятков тысяч сотрудников в отдельно взятой фирме уже наступил. 🙂

P. S. Добавку можно брать бесплатно. 🤤

Гугл любезно подсовывает мне в новостной ленте рекламу, очевидно базирующуюся на моих интересах. Недавно это была вакансия копателя могил (Totengräber). Потом паспорт Доминиканской республики рекламировал. Сейчас вот рекомендует заказать услуги Tatortreiniger, уборщиков мест преступлений. Профессионально, говорит, убирают и умеют хранить ваши секреты.

Что я такое гуглю, ума не приложу. 😁

Утренняя планерка начальников отделов автоматизированного склада и их бригадиров, всего 7 человек. Состав:

1. Немец (нач. отдела техники)
2. Сириец (бригадир техников)
3. Босниец (нач. отдела машинных операторов)
4. Немец (его бригадир)
5. Белорус (начальник отдела IT и автоматизации)
6. Немец (его бригадир)
7. Марокканец (его работник).

Интернационал. 💪💪

За неделю я побывал с коллегами в сетевом мексиканском ресторане (пафосном, с коктейлями по 17 € за стакан) и с другом моим в деревенской кнайпе, которая, судя по внешнему виду, стояла здесь ещё при Бисмарке.

В сетевом мексиканском ресторане тебе на стол кладут распечатку с QR-кодом, по которому ты можешь дозаказывать себе еду и напитки прямо со своего смартфона, не гоняя лишний раз официанта. Традиционная же немецкая кнайпа наглядно демонстрирует состояние немецкой дигитализации: на стойке лежит талмуд, в который гусиным пером записывают, кто на какое время заказал столик.

Но возвращаться в мексиканский ресторан все равно не хочется, а вот в кнайпу -- хоть каждый день. Хоть они и требуют оплаты строго наличными, несмотря на виднеющийся в глубине помещения запылившийся терминал. 😁

Сегодняшний Handelsblatt:

В этом месяце на немецком рабочем рынке незакрытыми остаются 2.000.000 вакансий. Но если бы все женщины Германии, которые на сегодняшний день работают на неполную ставку, согласились работать хотя бы на 2 часа в неделю больше каждая, то одно только это снизило бы потребность страны в рабочей силе на 500.000 рабочих мест.

Видео, за одну минуту демонстрирующее, как менялись поставщики газа Германии за последние два года. Источник тщательно не проверял, но с общедоступной информацией из прессы совпадает.

Были на выходных в Варшаве, отвозили вместе с женой ее маму и моего старого друга на автобус до дома. (Там ведь как старой песне теперь: "не летят туда сегодня сааааамалеты и не еэээдут даже поезда"! Поэтому приходится добираться автобусами.)

Всего 24 часа в дороге -- и дело в шляпе. 🙂 Гуляя по Берлину, увидели странные инсталляции в окнах посольства Северной Кореи. Оказалось, интересная история, завтра напишу.

Посольство Северной Кореи (пере-)открылось в Берлине чуть больше двадцати лет назад. Оно въехало в то же большое помпезное здание, которое было построено специально для него в ГДР, но в этот раз оказалось, что посольским работникам совсем не нужно столько места. Дипломатических отношений между странами фактически никаких нет, так что посольская работа не ведётся.

Поразмыслив, северокорейцы разместили свои полтора рабочих места в дальнем уголке, а само здание сдали под... хостел. Туристы могли переночевать в самом центре, в двух шагах от Checkpoint Charlie, всего за 17 евро за ночь, а посольство получало 40.000 € в месяц аренды. Сплошной win-win? Нет, решил немецкий суд и постановил хостел закрыть. Да, сказало северокорейское консульство и послало немецкий суд по известному адресу.

Официальный Берлин пытался запретить и не пущать, но посол лично выгонял полицейских с территории хостела. МИД мычал что-то невразумительное про оказываемое давление, но не мог объяснить, что конкретно имеется в виду.

Эта совершенно безумная история продолжалась до 2020 года, пока хостел не закрыли из-за короны. И теперь в посольских окнах видны лишь одинокие матрасы, сваленные там за ненадобностью.